Швейцарец, создавший Краматорск: история забвения Конрада Гампера ( 5 фото )

В конце девятнадцатого столетия в Донбасс съезжались специалисты со всей Европы. Валлиец Джон Юз закладывал будущий Донецк, бельгийцы возводили металлургические гиганты, французы вкладывали состояния в угольные шахты. Среди них был и швейцарец Конрад Гампер — человек, прошедший путь от ученика слесаря до владельца нескольких заводов. В 1896 году он приобрел участок пустоши у станции Краматорская. Уже через год там заработало крупное механическое предприятие. А спустя тридцать шесть лет поселок при заводе превратился в город с населением 32 тысячи человек. Это рассказ о том, как один человек создал мощный промышленный центр — и как его имя исчезло из памяти города, который он, по сути, основал.

Конрад Ульрихович Гампер появился на свет 30 апреля 1846 года в швейцарском кантоне Тургау, в деревне Нойхауз. Семья жила скромно — ни на образование, ни на связи, ни на наследство рассчитывать не приходилось. В 17 лет он покинул родной дом и устроился учеником слесаря.

Следующие одиннадцать лет Гампер неустанно постигал тонкости ремесла. Он трудился на заводах и стройках Германии, Франции, Чехии, Венгрии. Жил в нужде, но не оставлял учебу — параллельно с работой занимался самообразованием, посещал технический колледж в Миттвайде, а затем Швейцарский федеральный политехнический институт в Цюрихе. Из ученика слесаря он превратился в инженера-конструктора.

В 1874 году Гампер начал работать на заводе фон Руффера в Бреслау (Вроцлаве), который специализировался на металлоконструкциях. Им были спроектированы два моста через Одер, а затем железнодорожный виадук под Козлем. Владелец предприятия оценил талант нового инженера, которого исследователи описывают как «проницательного, сообразительного, исключительно скрупулезного и трудолюбивого». В 1876 году Гампер стал директором завода паровых котлов и мостов в Пилахютте в Верхней Силезии.

Гампер осознавал: польские заводы зависят от привозного угля и бедной руды, что делает продукцию дорогой, а высокие пошлины снижают ее конкурентоспособность на огромном внутреннем рынке. Он предложил владельцу открыть филиалы в России, но получил отказ. Вскоре поступило предложение от другого промышленника — Вильгельма Фицнера, владевшего собственным производством в Верхней Силезии. Фицнер искал партнера для строительства завода в Царстве Польском, входившем в состав Российской империи. Гампер согласился.

В 1880 году на землях, купленных у графа Ренара около Сосновца, Гампер и Фицнер основали котельный, мостостроительный и механический завод. Их фирма получила название «В. Фицнер и К. Гампер».

Успех не заставил себя ждать. За неполных двадцать лет фирма поставила металлоконструкции для восьми доменных печей в Польше и шести — на заводы Юга России. Котлы Гампера устанавливали по всей империи. Продукция компании получала награды на технических выставках. На пике мощности завод выпускал до 60 паровых котлов в месяц.

В 1893 году Гампер приобрел производство машин и литья в Домброве (ранее им владел знаменитый чешский инженер Эмиль Шкода), а в 1895-м выкупил долю Фицнера, став единственным владельцем.

Однако польские предприятия Гампера по-прежнему работали на бедной железной руде. Уголь приходилось импортировать, что делало продукцию очень дорогой. В то же время в Новороссии этих ресурсов было в избытке. Протекционистские пошлины, введенные в Российской империи, делали строительство собственных заводов еще более выгодным. К тому же в Донбассе уже действовали шахты и металлургические заводы, остро нуждавшиеся в оборудовании, — а своего машиностроения практически не было.

В итоге Гампер решил построить завод на Юге России. В 1887 году он принял российское подданство. Во второй половине 1896 года переехал в Петербург и записался купцом 1-й гильдии. Как рассказывала бывшая директор музея истории Старокраматорского машиностроительного завода Надежда Максименко:

Поиск места для нового предприятия Гампер поручил инженеру Маврикию Хоржевскому. Тот сначала присмотрел участок у станции Константиновка, но сделка по неизвестным причинам не состоялась. Тогда Хоржевский обратил внимание на землю возле станции Краматорская. По одной из версий, название происходит от местного обозначения излучины реки Казенный Торец, где «крама» — это ее изгиб.

Выбранный участок принадлежал помещикам Тарановым-Белозеровым и простирался по обе стороны реки Маячка, на левобережье Казенного Торца. Рядом проходила Курско-Харьковско-Севастопольская железная дорога. Уголь и руду можно было подвозить по рельсам, готовую продукцию — отправлять в любую точку империи. Гампер, недолго думая, купил этот участок и начал строительство.

В мае 1896 года рабочие завершили возведение каменного литейного цеха. Весной 1897 года строительство основных цехов завода было закончено. Краматорский механический завод стал третьим предприятием фирмы Гампера — после Сосновца и Домбровы. Журнал «Горнозаводской листок» писал:

Первыми квалифицированными рабочими стали поляки — столяры, модельщики, литейщики. Они брали в подмастерья выходцев из окрестных деревень — Ясногорки, Малотарановки. Так на месте пустоши возникла рабочая слобода, названная Краматоровкой.

Не ограничиваясь механическим производством, Гампер в 1898 году начал строить металлургический завод — с доменными печами, коксовыми батареями и прокатными станами. Он стремился, чтобы предприятие выпускало не только оборудование для шахт и заводов, но и собственный металл. Строительство велось параллельно с работой механического завода. К 1899 году были заложены фундаменты основных цехов. В советский период это производство станет известно как КМЗ имени Куйбышева.

В 1897 году Гампер основал Общество копательных и механических заводов «В. Фицнер и К. Гампер» (он сохранил историческое и хорошо известное на рынке название, хотя сам Фицнер к делам отношения уже не имел) для управления всеми предприятиями, а 15 мая 1899 года учредил Краматорское металлургическое общество. Капитал общества, устав которого утвердил лично император Николай II, составлял 6,5 миллиона рублей.

29 сентября 1899 года Гампер осматривал стройку в Краматорске. Его смерть была внезапной — он скоропостижно скончался от инфаркта прямо на производстве. Ему было 53 года. Тело Гампера перевезли в Польшу, в Сосновец, и похоронили на евангелистском кладбище.

Почти сразу после смерти Гампера его паровой котел получил «Гран-при» на Всемирной выставке в Париже — высшую награду, которую мог получить промышленник. К тому времени котлы его конструкции уже стояли в Зимнем дворце и других императорских резиденциях.

В 1902 году механический завод начал выпускать прокатное оборудование, в 1907-м — прокатные станы. Во время Первой мировой здесь появился цех для штамповки снарядов. После революции завод национализировали. В советское время он стал Старокраматорским машиностроительным заводом — одним из крупнейших в СССР.

После смерти Гампера его семья пережила еще один удар: спустя два года умерла и жена промышленника Юлия. Пятеро детей остались сиротами и воспитывались под опекой близких друзей и деловых партнеров семьи. Старший сын Конрад Гампер-младший впоследствии участвовал в управлении предприятиями отца, однако история потомков промышленника со временем почти затерялась, как и память о самом основателе краматорской индустрии.

В его честь не названо ни улицы, ни сквера, ему не поставлено памятника или мемориальной доски. Возможно, в будущем эту ошибку придется исправить.

Во всяком случае, как считает краматорский краевед Владимир Коцаренко, Гампера можно считать третьим крестным отцом города. Первым был строитель железной дороги Самуил Поляков, вторым — Савва Мамонтов, превративший полустанок в узловую станцию.

Но именно Гампер построил завод, предопределивший главную профессию Краматорска — машиностроитель. Как отмечает Коцаренко:

Заслуживает ли Конрад Гампер, основавший промышленный Краматорск, чтобы его имя было увековечено в городе, или это было бы искусственным возвращением к забытому прошлому?