Цена экономии: как прокладка сгубила 39 моряков на К-3 ( 5 фото )

В 1957 году на воду была спущена первая советская атомная подводная лодка К-3. После успешного перехода подо льдами Северного полюса субмарина считалась гордостью отрасли. В 1967-м она возвращалась с боевого дежурства в Средиземном море.

До родной базы оставалось чуть больше суток пути, когда в одном из отсеков К-3 вспыхнул пожар. Командование уже знало о чрезвычайном происшествии, но субмарина продолжала идти своим ходом. Теплилась надежда, что обошлось без жертв. Однако приспущенный флаг на лодке говорил об обратном.

Третья в мире атомная

Впервые советская подлодка всплыла на Северном полюсе.

До появления советской К-3 в мире существовало лишь две атомные субмарины — американские «Наутилус» и «Сивульф». Работы над подлодкой начались в разгар холодной войны, когда требовалось достичь военного паритета с Западом. 12 сентября 1952 года Иосиф Сталин дал санкцию на проект, который велся в обстановке глубочайшей секретности. Темпы строительства поражали: американские конкуренты не могли за ними угнаться. Уже 9 октября 1957 года, спустя всего пять лет с момента зарождения идеи, К-3 была спущена на воду. Для сравнения, создание «Наутилуса» заняло у США целое десятилетие. Генеральный конструктор К-3 Владимир Перегудов за свое творение получил звание Героя Социалистического Труда.

Для своего времени К-3 была настоящим прорывом: скорость до 30 узлов превосходила показатели американских аналогов, рабочая глубина погружения достигала 300 метров, а автономность позволяла находиться под водой до трех месяцев без единого всплытия.

Флаг ВМФ СССР был поднят на лодке 1 июня 1958 года, после чего начался этап доводки инновационной техники и устранения выявленных недочетов. Атомоход требовал совершенно иного подхода к обслуживанию, поэтому параллельно возводилась необходимая береговая инфраструктура. С 1959 года К-3 была приписана к Северодвинску в составе отдельной 206-й бригады подводных лодок, а в 1961-м отправилась в свою первую боевую службу в Атлантику. В июле 1962 года субмарина впервые в истории советского ВМФ совершила длительный подледный переход по Северному Ледовитому океану, дважды пройдя точку Северного полюса.

Водружение Государственного флага СССР на Северном полюсе.

За эту операцию личный состав К-3 был удостоен орденов и медалей, а сама лодка получила имя «Ленинский комсомол». Возвращавшуюся субмарину лично приветствовал Никита Хрущев. Однако триумфальный поход имел и обратную сторону. Экипаж стали активно привлекать к участию в общественных и торжественных мероприятиях, что негативно сказалось на боевой подготовке. К-3, вместо длительных автономных походов, использовалась лишь в коротких выходах в море, что является порочной практикой для боевого корабля.

Домой не дошли

Экипаж К-3, 1962 год.

В начале 1967 года «Ленинский комсомол» в срочном порядке начали готовить к ответственному походу. На Ближнем Востоке разгорелся военный конфликт, и по стратегическим соображениям советский атомоход требовалось перебросить в Средиземное море. Экипаж для К-3 набирали в спешке. 80-дневное боевое патрулирование проходило в тяжелейших условиях. Постоянно возникали мелкие неполадки, а изнуряющая жара добавляла проблем — температура в турбинном отсеке редко опускалась ниже 60 градусов.

Трагедия на «Ленинском комсомоле» произошла, когда лодка, получив приказ о возвращении, вошла в Норвежское море. В подводном положении в первом отсеке, где находились торпедные аппараты, боезапас и кубрики для отдыха экипажа, вспыхнул пожар. Огонь мгновенно охватил 28 человек, отдыхавших там. Охваченные пламенем, они в панике выбегали в коридор, превратившись в живые факелы.

Ворвавшись во второй отсек, где располагались каюты офицеров, они подожгли и его. Благодаря грамотным и быстрым действиям по герметизации отсеков огонь не добрался до центрального поста, что спасло основную часть экипажа и саму лодку. Пожар на подводных лодках развивается стремительно, наполняя воздух токсичными продуктами горения. Из-за высокой температуры и критического давления существовала реальная угроза взрыва торпед с ядерными боеголовками и аккумуляторной батареи. Попытки открыть переборочную дверь во второй отсек, где оставались 38 человек, не увенчались успехом. Как выяснилось позже, ее заблокировали тела уже погибших подводников.

К-3 экстренно всплыла и передала на командный пункт радиограмму об аварии. Пострадавших от отравления поместили в лазарет, развернутый в восьмом отсеке. После всплытия и вентиляции центрального поста началась борьба за живучесть корабля. Атомная энергоустановка работала безотказно, что позволило лодке самостоятельно дойти до базы.

Виновата прокладка?

Подготовка к музеефикации.

Когда к К-3 подошли спасательные суда, была предпринята еще одна попытка попасть во второй отсек, где пожар к тому времени вспыхнул с новой силой. Выжившие подводники отказались от замены резервным экипажем и требовали, чтобы подошедшие корабли держались на безопасной дистанции. Все понимали, какая угроза нависла над миром. 10 сентября аварийная К-3 с приспущенным флагом вошла в мурманскую базу. В кормовой части второго отсека обнаружили членов экипажа, спекшихся в единую массу.

Комиссия установила, что причиной трагедии стало возгорание масла в гидравлической системе. Под большим давлением оно было впрыснуто в первый отсек через дефектное уплотнение гидравлической машинки клапана вентиляции цистерны главного балласта. Струя масла попала на горевшую лампу электроосвещения и мгновенно воспламенилась. Позднее специалисты выдвинули версию, что прорыв гидравлики произошел из-за того, что вместо положенной медной прокладки была установлена прокладка из более дешевого материала.

В условиях строжайшей секретности того времени официально не сообщалось ни о борьбе с пожаром на «Ленинском комсомоле», ни о результатах расследования. Погибшие 39 подводников были похоронены в братской могиле в губе Западная Лица. На памятнике высечена скромная надпись: «Подводникам, погибшим в океане 08.09.67 г.» Сегодня подводная лодка «Ленинский комсомол» является центральным экспонатом Музея военно-морской славы в кластере «Остров фортов» в Кронштадте.

Как вы думаете, можно ли было избежать этой трагедии, если бы экипаж не отвлекали на парадные мероприятия, или дело было исключительно в халатности с прокладкой?