За четыре года противостояния с нацистской Германией советским войскам удалось захватить поистине гигантское количество вооружения и техники противника. Миллионы единиц стрелкового оружия, десятки тысяч артиллерийских стволов и бронемашин — всё это в итоге оказалось в распоряжении Москвы. Но какова была дальнейшая судьба этих трофеев?

Единственный военнослужащий вермахта, который за годы Великой Отечественной войны не просто оказался на стороне советских войск, но и проявил себя в боях — сначала в партизанском соединении на Смоленщине, а затем в составе разведгруппы в тылу противника, — был удостоен высшей государственной награды СССР.

Образ немецкого тяжелого танка «Тигр» прочно ассоциируется с мощью и разрушением. На момент своего дебюта эта боевая машина действительно представляла собой грозную силу, внушавшую уважение на поле боя. Возникает закономерный вопрос: почему советские войска, захватывая такие машины, не спешили использовать их в своих боевых порядках?

Сегодня этот уникальный образец советского вооружения времен Великой Отечественной войны, спроектированный для уничтожения сухопутной бронетехники вермахта, встречается лишь в музейных экспозициях и частных собраниях.

Страсть немецких конструкторов к созданию вундерваффе объясняется не столько техническим гением, сколько жесткими ресурсными ограничениями. Принцип «лучше меньше, да лучше» часто оборачивался обратной стороной, и «Тигр II» стал самым ярким тому подтверждением.