«Танец — это гигиена»: хореограф Александр Могилев о детях, осознанности и языке тела ( 8 фото )
Премьера нового сезона шоу «Большие и маленькие», посвященного детской и юношеской хореографии, состоится 5 сентября. Накануне этого события хореограф и член жюри проекта Александр Могилев поделился мыслями о том, какую роль танцы играют в жизни ребенка, почему ими стоит заниматься мальчикам и может ли жесткая дисциплина помочь юным артистам.
По словам Могилева, новый сезон проекта во многом повторяет предыдущие, и именно в этом его сила. Главные изменения касаются декораций, качества съемки и состава жюри. Сам хореограф участвует в шоу с самого первого сезона 2019 года и судит седьмой выпуск подряд, пропустив лишь один год из-за гастролей.
Александр Могилёв
Могилев считает, что «Большие и маленькие» — одно из самых добрых и искренних телевизионных шоу, посвященных детскому танцевальному творчеству. Он отмечает, что подобных проектов на ТВ осталось крайне мало, а этот несет важную образовательную и воспитательную миссию.
Отвечая на вопрос о скептическом отношении к современному танцу, хореограф подчеркивает, что выступления детей из разных регионов страны демонстрируют огромную поддержку этого направления. Образ современного танца как чего-то мрачного и сложного постепенно уходит в прошлое. Возможность через детей знакомить зрителя с этим искусством представляется Могилеву крайне ценной. Он убежден, что современное искусство может быть понятным, а танец является обязательной частью жизни любого человека.
Танец, по мнению эксперта, сочетает в себе физическую нагрузку, творчество и развитие креативного мышления. Он также формирует культуру общения между полами. Даже минимальное вовлечение ребенка в танцы, например, просто хлопанье в ладоши под музыку, дает ему прививку культуры на всю жизнь. Более серьезные занятия, даже без профессиональных амбиций, укрепляют тело и проясняют сознание. Могилев ссылается на исследования, показывающие, что дети, занимающиеся танцами, лучше успевают в школе благодаря развитому креативному мышлению. Он сравнивает танец с гигиеной, подчеркивая, что он необходим каждому, а не только будущим артистам балета.
Говоря о своей жизни, Могилев признает, что танец занимает в ней огромное место, являясь и профессией, и хобби. Однако он не забывает и о других важных аспектах: семье, родителях и двух собаках. Смена деятельности помогает ему не перегореть. Для людей, не связанных с танцем профессионально, это, по его мнению, идеальный вариант хобби, который может дать все необходимое.
Свой путь в хореографию Могилев начал в небольшом городе Кандалакша, в местном народном ансамбле танца «Юность». В коллектив он попал в возрасте 12–13 лет, что считается довольно поздним стартом. Решающим моментом стало выступление солистки на празднике в Доме культуры, когда он осознал, что танец — это особый язык, не требующий слов. Это впечатление настолько сильно повлияло на него, что он сразу заявил отцу о желании научиться этому языку.
Руководитель ансамбля Людмила Евгеньевна Грибанова стала его первым педагогом, хотя группы для мальчиков его возраста не было, и ему приходилось заниматься в разных группах, в том числе и с девочками. В конце 1990-х он увлекся брейк-дансом, собрав свою собственную команду во дворе. Параллельно он занимался эстрадными танцами. К 17 годам стало понятно, что его будущее связано только с танцем.
Образование Могилев получал в Карельском училище культуры, Московском государственном университете культуры, Австрийской консерватории балета в Санкт-Пёльтене и Школе современного танца Николая Огрызкова.
Обсуждая возраст начала занятий, хореограф отмечает тенденцию приводить детей в 3–4 года, когда они еще не могут сделать осознанный выбор. Часто, особенно мальчики, к 8–10 годам теряют интерес и уходят. Это создает серьезный гендерный дисбаланс, и наблюдается острая нехватка юношей 12–17 лет. Могилев связывает это с неправильной популяризацией танца среди мальчиков и стереотипом, что это «не по-пацански». Он аргументирует, что танец — это мужское занятие, которое учит взаимодействовать с противоположным полом, понимать границы и проявлять уважение. Мальчики, занимающиеся танцами, с детства привыкают помогать девочкам, понимают особенности их костюмов и грима, что формирует культурную грамотность и уважение в будущих отношениях. Помимо социального аспекта, танец развивает силу, выносливость и умение быстро реагировать, что важно для любого мужчины.
Несмотря на полученное в Австрии балетное образование, Могилев не стал работать в этом направлении. Он признает, что балет дал ему мощную базу и научил работать ногами, но его собственным языком стал современный танец.
Касаясь стереотипа о жестокости в хореографической педагогике, Могилев отмечает, что современные методики предлагают разные подходы. Существует авторитарная педагогика с требованием «соберись», а есть подход, основанный на поощрении сильных сторон. Разные методы могут приводить к одинаковым результатам. Однако ключевую роль, по его мнению, играют природные данные и трудолюбие. Около 85–90% успеха зависит от того, как человек использует свои данные. Он убежден, что единственный настоящий талант — это трудолюбие, а роль педагога вторична.
В своей собственной педагогической практике, в школе «ЭТО», Могилев придерживается подхода, основанного на свободе развития и критическом мышлении. Он стремится поддержать учеников в их собственных открытиях, давая им возможность изобретать танец заново. Этот путь он прошел сам, смешивая разные стили и создавая свой собственный уникальный язык движения.
Выбор современного танца Могилев объясняет его осознанностью, психологичностью и глубиной. В нем меньше декоративности, но больше сути. Для него это язык, на котором он умеет разговаривать, язык, который позволяет выражать мысли и чувства более объемно, чем слова. Он признает, что его цель — популяризация современного танца в России, поэтому ему приходится учиться говорить и объяснять. Он отмечает, что люди рождаются и начинают общаться через тело, но с развитием речи эта способность атрофируется. Он считает важным прислушиваться к телу и верит, что интуиция — это и есть диалог с собой, качество которого зависит от уровня владения телом.
Могилев убежден, что фильтр мозга, привыкшего все понимать вербально, блокирует наше восприятие языка тела. Он призывает зрителей своих спектаклей не пытаться понять сюжет, а просто прислушаться к своим ощущениям от движений.
Философия школы «ЭТО» основана на авторской запатентованной методике «ЭТО Люди», которую Могилев описывает как танцевальную практику и систему осознанного движения. Она строится на ощущениях и родилась из его сомнений в том, что танец должен быть непременно «красивым» в общепринятом смысле. Он размышлял о том, что эталон красоты в танце, как и в любом искусстве, условен. Примером для него стал знакомый, родившийся абсолютно слепым, который не мог видеть танцы, но мог чувствовать свое тело и двигаться. Работа с ним привела Могилева к пониманию, что проприоцепция — чувство положения тела в пространстве — является основополагающим. Он понял, что красота — это не «как надо», а «как чувствуешь», и что гармония в движении — это и есть красота.
Занятия по методике «ЭТО Люди» часто проходят с закрытыми глазами. Ученикам не показывают хореографию, а дают задачи на ощущение. Название школы отражает ее предназначение: помочь всем, кто считает, что не умеет танцевать. Могилев утверждает, что любой человек, который стучит пальцем по бардачку в ритм музыки или покачивает головой, уже танцует. Его методика направлена на получение удовольствия от движения и знакомство со своим телом, что способствует выработке дофамина и повышению качества жизни.
В качестве примера упражнения хореограф предлагает встать и попробовать ощутить свой скелет, представить, как кости выстраиваются друг на друга, от головы до пят, минимально напрягая мышцы. Это позволяет почувствовать себя механизмом, которым можно управлять. Осознание собственного тела, его веса и амплитуды, открывает безграничные возможности для движения. Могилев вспоминает, что даже такое простое упражнение позволяет ощутить себя собранным и в то же время не скованным.
На вопрос о том, может ли он открыть для себя что-то новое в танце, Могилев отвечает утвердительно. Он подчеркивает, что человеческое тело безгранично, и процесс его познания бесконечен. Он намерен продолжать этот диалог со своим телом, пока оно готово отвечать, и нести эту философию людям.
Как вы считаете, современный танец — это искусство, доступное каждому, или все-таки удел избранных с особым складом ума?