Как харьковские инженеры заставили «Москвич» ехать на воде ( 4 фото )
В багажник обычного «Москвича-412» инженеры поместили компактный реактор и бак с водой, а штатный бензобак оставили на месте. Спустя полвека об этом харьковском эксперименте вспоминают каждый раз, когда в Сети появляется очередное видео с двигателем, якобы работающим на одной воде.
Кто и зачем переоборудовал машину
Специалисты из отдела тепловых двигателей харьковского Института проблем машиностроения замеряли у переделанного автомобиля максимальную скорость и расход топлива — совсем как у обычной серийной модели. Мотор «Москвича» одинаково легко заводился и на чистом бензине, и на водороде, и на их смеси.
Что на самом деле служило топливом
Машина ездила не на бензине и не на воде — её топливом были особые составы на кремниевой или алюминиевой основе, которые называли энергоаккумулирующими веществами (ЭАВ). Вода сама по себе не может дать энергию — это противоречило бы закону сохранения энергии.
Эти составы предварительно заряжали энергией на отдельном производстве. В реакторе они порциями вступали в реакцию с водой: металл отбирал у молекул воды кислород, высвобождая водород, а сама реакция шла с выделением тепла. Скорость этого процесса водитель регулировал обычной педалью газа — сильнее нажал, быстрее поехал, как в любой другой машине. Полученный водород по трубке поступал прямо в цилиндры и сгорал там, как обычное топливо.
После реакции вещество окислялось, и его нужно было заново заряжать на заводе — что-то вроде перезарядки батареи, только вместо электричества использовали высокую температуру и уголь.
Зачем усложняли обычный мотор
В водороде на единицу веса энергии содержится почти в три раза больше, чем в бензине. К тому же он сгорает почти без следа: на выходе из двигателя образуется обычный пар, а не сажа и гарь.
Опасного баллона со сжатым газом в машине не было — реактор производил ровно столько водорода, сколько требовалось двигателю в данный момент, не накапливая его про запас. Это само по себе снижало риск взрыва.
Другие советские машины на водороде
Подобные опыты в СССР 70-х годов не ограничивались «Москвичом». Грузовики ЗИЛ-130, микроавтобусы РАФ и УАЗ, а также «Волга» ГАЗ-24 и ГАЗ-69 в разное время выходили на испытания с водородными или бензоводородными установками.
Отдельно переоборудовали ВАЗ-2101: добавка водорода к бензину снижала его расход примерно на 40% и почти полностью убирала из выхлопа угарный газ. Итогом программы стали серийные харьковские таксомоторы «Волга», которые возили пассажиров с баками для хранения водорода в виде гидридов металлов.
Почему проект закрыли
Дальше единичных образцов дело не пошло. ЭАВ были дорогими, а их производство требовало отдельных заводских мощностей. К концу 70-х в стране начались экономические трудности, и финансирование таких нишевых направлений сокращали в первую очередь. Реактор так и остался лабораторным решением, а не серийной деталью.
Чем это отличалось от аферы Стэнли Мейера
В 1980 году американец Стэнли Мейер показал публике багги, которое якобы ездило на чистой воде. По его словам, машина проезжала путь от Нью-Йорка до Лос-Анджелеса на 83 литрах воды. Свою конструкцию изобретатель называл топливным элементом и утверждал, что тот разлагает воду почти без затрат энергии.
Двое инвесторов, купивших у Мейера права на продажу технологии, обратились в суд. В 1996 году суд штата Огайо признал его разработку мошенничеством и обязал вернуть вложенные 25 тысяч долларов. В 1998 году, ужиная с бельгийскими партнёрами в ресторане, Мейер выбежал на улицу, держась за горло, и вскоре умер. Врачи назвали причиной аневризму, но, по некоторым свидетельствам, среди последних его слов было утверждение, что его отравили.
В отличие от аферы Мейера, в Институте проблем машиностроения никогда не утверждали, что горит сама вода. Настоящим топливом оставались дорогие металлические составы, а воду использовали только как среду для реакции. Это признавали открыто, без обещаний бесплатной энергии.
Что сохранилось до наших дней
Тот же харьковский институт занимается водородной энергетикой и сегодня — там продолжают собирать реакторы по похожему принципу и испытывать новые сочетания металлов с катализаторами. Из всех машин той программы до наших дней сохранилась только одна — экспериментальный «Москвич-412» с реактором в багажнике.
Как вы думаете, если бы в СССР не закончились деньги на проект, водородные Москвичи могли бы поехать серийно, или это всё равно была тупиковая ветвь?