Куриный паштет от Симы Маирбековны: рецепт, который разлучает семьи ( 3 фото )

В семье есть особая традиция — паштет из куриной печени. Сима Маирбековна готовит его с филигранной точностью, не дожидаясь повода. Это настоящий шедевр, и это не преувеличение.

Блюдо настолько удачное, что стало универсальным подарком. Когда не знают, что преподнести имениннику, просто приходят нарядными с банкой паштета. И этого достаточно — угощение затмевает все остальные презенты. Именинник, забыв про банкет, начинает есть паштет руками прямо за столом, а остальные дары выглядят бледно на фоне этого маленького кулинарного чуда.

Иногда, если событие особенное или человек очень близок, к паштету добавляют собственноручно испеченный хлеб. Но это рискованный шаг: получивший такой подарок мгновенно теряет волю и становится зависимым. Еще вчера человек был всеяден, а сегодня требует только этот паштет с горбушкой того самого хлеба.

Для мужчин дарить еду перестали после одного случая. Знакомый, отведав паштет, едва не развелся с женой, требуя, чтобы она научилась готовить так же. Сима Маирбековна тогда незаметно перекрестилась и заметила, что хорошо не испекла пирожки — иначе развод был бы неизбежен.

С самооценкой у женщины все в порядке — она на уровне кулинарных способностей. Откуда взялось это колдовство, никто не знает. Возможно, Сима Маирбековна знает заклинания из «Книги о вкусной и здоровой пище» и проводит полуночные ритуалы. И только один человек способен устоять перед этим паштетом.

Этот человек может есть его и не впадать в транс. Может не есть и не впадать в уныние. Но самое ужасное — он способен купить паштет в магазине и съесть его, если захочется. Так и случилось на днях. Купил баночку, поел, потом еще раз, и сегодня подал к завтраку. Баночка была маленькой, но хлебосольной. Однако вечером Сима Маирбековна решила приготовить свой паштет, и его тоже подали к завтраку. Все ели ее версию, а покупную — только один человек.

На него смотрели с интересом и осуждением, но патриархальные устои и тирания заставляли молчать. Он спокойно мазал покупной продукт на хлеб и неторопливо ел.

— Значит, мой паштет ты не ешь... — задумчиво произнесла Сима Маирбековна.
— Ем. Вот доем этот и буду твой есть.
— Не нравится, значит, мой, да? — еще более задумчиво спросила она, приглашая к скандалу.

Но это старый солдат семейных баталий, и битва за паштет — несерьезно.

— Нравится. Но я позавчера захотел паштет, купил его и вот — ем.
— Мог бы сказать, и я бы сделала!
— Я захотел паштет позавчера. Если бы я сказал, ты бы сделала, но готов он был бы на следующий день. А на следующий день я, возможно, и не захотел.

На такое хамское отношение к паштету у Симы Маирбековны не нашлось слов. Она повернулась за поддержкой к семье. Семья хоть и дерзкая, но не шахиды — на рожон не лезут. Дети молчали, мать их смотрела. Наконец Алиса решила, на чьей она стороне. Дожевала бутерброд и тихо произнесла:

— Даже Иуда отнесся к Иисусу лучше, чем ты, папа, к паштету мамы.

Умеет формулировать и разряжать конфликты! И мать поддержала, и у отца восхищение вызвала. Вот что значит воспитание. А возможно, и правильное питание.

Остаток завтрака прошел спокойно.

Домашний паштет стоит того, чтобы из-за него ссориться с близкими, или проще купить в магазине и сохранить мир?