«Оборотень в погонах» из 80-х: как майор МВД обчистил село ( 6 фото )
На скамье подсудимых оказался высокопоставленный милицейский офицер и его пособники. В наши дни подобный сюжет никого не шокирует, но для Советского Союза вообразить такую ситуацию было немыслимо. Разве страж порядка мог пойти против закона?
Как выяснилось — легко! Наглядным подтверждением служит громкий судебный процесс, состоявшийся летом 1984 года, где фигуранты схлопотали двузначные сроки заключения.
Иллюстрация создана специально для статьи
Эта подлинная история развернулась в селе Велисцихе Гурджаанского района Грузинской ССР, где в то время насчитывалось порядка 6,5 тысяч жителей.
МЕСТО ПРЕСТУПЛЕНИЯ
Восьмого января 1984 года к дому Автандила Бериашвили нагрянула группа мужчин, назвавшихся сотрудниками республиканского МВД. Компанию им составлял местный участковый инспектор Важа Арсенишвили, отчего весь визит приобретал абсолютно служебный вид.
Самого владельца жилища на месте не оказалось — он отлучился за хлебом. Вернувшись, мужчина застал перепуганную супругу, растерянных соседей, приглашенных в качестве понятых, и собственный дом, стоящий вверх дном. Непрошеные гости устроили «обыск»: обшаривали комнаты, щелкали фотоаппаратом мебель и утварь, заполняли протокол изъятия.
Командовал операцией субъект в форме с майорскими погонами — инспектор Политуправления МВД Грузинской ССР, 36-летний Гизо Кутидзе. Он продемонстрировал хозяину ордер на обыск и подметное письмо, в котором говорилось, что Бериашвили якобы промышляет спекуляцией дефицитом, а участковый будто бы крышует этот незаконный бизнес.
Запрещенных товаров в жилище не обнаружили. Однако по завершении «обыска» незваные гости выставили хозяину ультиматум: 25 тысяч рублей за то, чтобы делу не дали официальный ход. По меркам начала 1980-х сумма была колоссальной.
Грузинская ССР в 1984 г. Фото из открытых источников
Ошарашенный Бериашвили принялся судорожно искать деньги. Вдвоем с женой они бросились по родному селу. Одалживали у родни, соседей и приятелей, собирали по крохам, строчили долговые расписки. За несколько часов удалось «наскрести» лишь 16 тысяч. Пришлось слегка поторговаться с вымогателями, в результате стражи порядка уехали, прихватив деньги и кое-какое домашнее имущество.
Лишь спустя трое суток пострадавший отважился нанести визит в РОВД Гурджаанского района и во всех деталях поведал о случившемся. Проверка вскрыла: никакой санкции на обыск в природе не существовало.
ГРАБЬ НАГРАБЛЕННОЕ
В дальнейшем на суде будет установлено, что мозговым центром аферы выступил житель Тбилиси Заза Мачабели, торговавший на одном из городских рынков. Именно он подыскал жертву. Сельчанин Автандил Бериашвили исправно возил на базар плоды с личного огорода, но часть овощей и фруктов сбывал не государственной заготконторе, а перекупщикам за наличный расчет. Причем в таких масштабах, что Мачабели не сомневался: товар воруют с совхозных угодий. И жаловаться в случае чего торгаш никуда не кинется.
Вероятно, именно поэтому потерпевший Бериашвили сначала перепугался «обыска» и согласился отстегнуть милиции любую сумму. Правда, потом сообразил, что его попросту надули. Однако забегая вперед скажем: никаких обвинений — ни в спекуляции, ни в расхищении социалистической собственности — следствие Автандилу Бериашвили так и не выдвинуло.
Заза Мачабели подключил к делу давнего приятеля — действующего милиционера Гизо Кутидзе. Банде требовалось подлинное удостоверение, чтобы жертва даже не помышляла о сопротивлении и жалобах.
Грузинская ССР в 1984 г. Фото из открытых источников
В костяк группировки также вошли знакомые Мачабели — работник аптечного склада Закавказской железной дороги, ранее судимый Артаваз Горгаслидзе, и рыночный грузчик Муртаз Чакветадзе.
За несколько дней до налета сообщники сфабриковали и отправили в МВД липовую анонимку на Автандила Бериашвили, будто бы сочиненную «бдительными» односельчанами. И хотя в СССР анонимки официально хулили и презирали, бумажка прошла по инстанциям и легла на стол в Политуправлении — прямиком к участнику преступного сговора.
ОБОРОТЕНЬ В ПОГОНАХ
Майор Гизо Кутидзе на подлинном министерском бланке состряпал фиктивное постановление о возбуждении уголовного дела и об обыске жилища Бериашвили. Для придания спектаклю максимальной достоверности заезжие гастролеры задействовали местного участкового, старшего лейтенанта Важу Арсенишвили, чье имя как раз фигурировало в анонимке.
Участковый явно струхнул и беспрекословно подчинялся «тбилисским оперативникам». Ему даже в голову не пришло удивиться, почему Кутидзе явился в форме, а трое его «коллег» щеголяют в гражданском, корочек не кажут и ведут себя абсолютно непрофессионально при проведении оперативных действий. И с какой стати сотрудники политического отдела из столичного Министерства вообще шерстят квартиру заурядного спекулянта (если он, конечно, таковым являлся), чью вину должен доказывать районный ОБХСС.
Для понимания: Политическое управление в союзном МВД и его республиканские филиалы учредили лишь в начале 1983 года. Ключевыми задачами этой структуры были идейно-нравственное воспитание, политпросвещение кадров, надзор за законностью в работе органов правопорядка и добровольных дружин, повышение культурного уровня сотрудников.
То есть абсолютно никакой оперативной работы.
Более того, майор Гиго Кутидзе еще недавно был сугубо штатским специалистом, трудился инспектором-методистом по военно-патриотическому воспитанию в Управлении воспитательной работы Министерства просвещения Грузинской ССР. В органы внутренних дел его перебросили лишь в январе 1983-го, а уже через год он пустился в тяжкий криминал.
РАССЛЕДОВАНИЕ
Когда, прикарманив 16 тысяч рублей мзды и доверху загрузившись фруктами, мясом да вином из закромов «спекулянта», тбилисские стражи порядка укатили из села Велисцихе, обобранный до нитки Автандил Бериашвили и участковый Важа Арсенишвили принялись гадать: что же это, черт возьми, было? Пришли к горькому выводу — оба стали жертвами примитивного развода. Подобные фортели в республике уже случались, но раньше уголовники просто рядились в милицейскую униформу. А тут — настоящий майор, да еще из министерства.
Участковый предлагал замять историю, понимая: если начнется следствие, он сам угодит на скамью подсудимых за халатность. Но Бериашвили, осознав, что долговую петлю ему не разорвать, на третий день все же настрочил заявление.
Расследование данного дела курировал лично заместитель министра внутренних дел Грузинской ССР. Уже 12 января, спустя сутки после подачи жалобы, следователи Следственного управления МВД республики допросили Гизо Кутидзе, чью фамилию, должность и звание прекрасно запомнил сельский участковый. Майор, понимая бессмысленность запирательства, раскололся. Сдал подельников и вернул часть похищенного.
Заза Мачабели и Муртаз Чакветадзе каким-то чудом прознали о задержании Кутидзе и пустились в бега, но позже их отыскали у родни.
СУД и ПРИГОВОР
Судебные слушания прошли в июле 1984 года и широко освещались в грузинской прессе, а Кутидзе журналисты напрямую окрестили «оборотнем». Чуть позже, уже в начале нулевых, подобных типов станут именовать «оборотнями в погонах».
Вердикт на показательном процессе оказался беспрецедентно строгим, особенно если учесть, что насилия не применялось. Все четверо подсудимых удостоились колоссальных сроков в исправительной колонии усиленного режима с конфискацией имущества. Кроме того, им предстояло компенсировать пострадавшему Бериашвили 13,5 тысяч рублей — при аресте у них обнаружили лишь 2,5 тысячи наличными, а куда подевались остальные, так и осталось загадкой.
Рядовые исполнители Артаваз Горгаслидзе и Муртаз Чакветадзе получили соответственно 11 и 10 лет.
Архитектор криминальной комбинации Заза Мачабели отправился в лагеря на 13 лет. Но самое суровое возмездие ждало, что вполне объяснимо, майора милиции.
Гизо Кутидзе лишили звания и вышвырнули из партии. В суде его адвокат огласил покаянное послание подзащитного, где тот, нет, не взывал к милосердию, а, напротив, пафосно требовал наказать себя по всей строгости советского коммунистического закона.
Если это был тактический маневр, то он с треском провалился.
Грузинская ССР в 1984 г. Фото из открытых источников
Опозоривший мундир Кутидзе заработал 14,5 лет лишения свободы с изъятием всего нажитого.
И лишь участковый Важа Арсенишвили, трус и раззява, избежал реальной отсидки. Его тихо-мирно поперли из рядов милиции…
Как полагаете, справедливым ли оказалось наказание для главного организатора или ему стоило дать еще больший срок?