Небесный тихоход: зачем СССР построил летающий танк и что из этого вышло ( 10 фото )
Словосочетание «летающий танк» звучит как оксюморон. Бронированная машина ассоциируется с неповоротливостью, стальной массой, грязью и ближним боем на земле. Самолёт же олицетворяет стремительность, поднебесную высь, изящные крылья и моторы. Кажется, будто эти два мира неспособны пересечься.
Тем не менее в разгар войны, в 1942 году, Советский Союз действительно протестировал танк, оснащенный крыльями. Разработка именовалась Антонов А-40, либо КТ — «Крылья танка». К легкой машине Т-60 пристыковали массивный бипланный модуль из дерева и ткани, включавший плоскости, хвостовые фермы и стабилизаторы. Всю эту сборку подняли на буксире за бомбардировщиком ТБ-3.
Зачем боевой машине понадобились плоскости
Задумка появилась вовсе не ради того, чтобы поразить командование экзотическим гибридом. Перед конструкторами стояла конкретная тактическая цель: мгновенно перебросить бронетехнику в зону, куда она сама добраться не в состоянии.
Бойцов десантируют с парашютами. Боеприпасы, контейнеры со снаряжением и легкую артиллерию тоже можно скинуть с воздуха. С бронемашиной такой фокус не пройдет. Она тяжелая, при жестком контакте с поверхностью выйдет из строя, а экипаж после выброски рискует оказаться далеко от своей техники.
В довоенные годы в Союзе уже экспериментировали с наружной подвеской танкеток и броневиков на тяжелых машинах. Однако это было крайне ненадежно. Бомбардировщику требовалось либо садиться на импровизированный аэродром, либо скидывать груз на малой высоте. В реальном столкновении это опасно: ровной площадки может не найтись, враг где-то поблизости, а танк после приземления не всегда способен сразу двигаться.
Инженер Олег Антонов выдвинул альтернативу: пусть бронемашина самостоятельно планирует к точке высадки.
С этой целью на корпус Т-60 монтировали несущие поверхности и хвостовое оперение. Тяжелый лидер поднимал конструкцию на тросе и тащил в заданный квадрат. После отцепки аппарат вел себя как планер, приземляясь прямо на гусеницы. Оказавшись на твердой почве, танкисты должны были мгновенно демонтировать крылья и продолжить выполнение задачи как стандартное сухопутное подразделение.
Теоретически схема выглядела изящно: машина и бойцы доставляются синхронно, авиации нет нужды заходить на посадку под вражеским огнем, а бронеединица материализуется там, где противник ее не ждет.
Критерии отбора в пользу Т-60
Рядовая бронетехника для столь дерзкого замысла категорически не годилась. Прославленный Т-34 отличался избыточной массой. Поднять его в небо на тросе силами доступных самолетов было немыслимо.
По этой причине ставку сделали на легкий Т-60. Его серийное производство освоили в 1941 году, когда армия остро нуждалась в любой бронетехнике. Аппарат вышел компактным, утилитарным и достаточно легким.
Легкий танк Т-60 (СССР)
Снаряженный вес Т-60 составлял приблизительно 6 тонн, внутри помещалось два человека, броневая защита была скромной, а основным оружием служила 20-мм автоматическая пушка ТНШ, дополненная пулеметом. Для противодействия мощным немецким панцерам он, безусловно, уступал, но для разведрейдов, сопровождения колонн, поддержки пехотных цепей и подавления небронированных объектов оставался полезным.
Для программы А-40 определяющим фактором была масса: Т-60 весил довольно скромно, чтобы хотя бы рискнуть провести такой эксперимент. С любой более внушительной машиной затея сразу становилась утопией.
Архитектура аппарата А-40
А-40 не являлся самолетом в традиционном понимании. У него не было собственного винтомоторного агрегата. По сути, это шасси, к которому пристыковали исполинский планер.
Конструкция состояла из следующих компонентов:
- сдвоенные плоскости по бипланной схеме;
- хвостовые силовые балки;
- набор стабилизаторов;
- органы управления в пилотировании;
- быстросъемные узлы, сбрасываемые при контакте с землей.
Планёрный каркас был древесно-полотняным, чтобы сэкономить вес. Размах несущих поверхностей доходил до 18 метров, а суммарная площадь равнялась примерно 85 квадратным метрам. На фоне этого исполинского воздушного змея облегченный Т-60 смотрелся массивным подвесным балластом.
После касания земли громоздкая авиационная оснастка становилась бесполезным хламом. Танк не способен маневрировать в бою с торчащими по бокам деревянными крыльями. По расчетам экипажу надлежало немедленно демонтировать планерную часть и уйти в сторону поля боя.
Пилотирование в роли груза
Закономерный вопрос: кто должен был управлять этим симбиозом — механик-водитель или пилот?
В ходе испытаний за штурвалом находился летчик-испытатель Сергей Николаевич Анохин, знаменитый планерист. Это было абсолютно оправданное решение: в небе конструкция подчинялась не логике бронетехники, а аэродинамике чрезвычайно тяжелого и неповоротливого планера.
Перед стартом аппарат подвергли экстремальному облегчению. Демонтировали всё, что можно было снять без ущерба для движения, слили почти всё горючее, урезали боекомплект. В ряде источников упоминается демонтаж части орудийной системы или даже башни. Каждый сэкономленный килограмм имел значение для удержания в воздухе.
На этом этапе вскрылся коренной порок затеи. Чтобы обеспечить отрыв от земли, технику требовалось максимально «раздевать», однако с каждым снятым узлом она переставала быть боеспособным оружием.
Сценарий огневого применения
В теории алгоритм работы выглядел элементарно.
Четырехмоторный бомбардировщик тащит А-40 за собой в район десантирования. Это мог быть плацдарм для высадки, ближний тыл соперника или локация, где партизанским соединениям не хватало броневого щита.
Сцепка размыкается, лидерный самолет отворачивает. Комбинированная система планирует, приземляется на траки, освобождается от балласта из крыльев и с ходу ввязывается в сражение.
Однако на деле реализация требовала идеального стечения факторов. Требовался исключительно мощный тягач. Нужна была приемлемая для гусеничного шасси посадочная полоса. Требовалась летная погода. Необходим был механизм мгновенного снятия крыльев. И самое критичное — после всех потерь в массе у танка должны были сохраниться остатки горючего и боезапас, позволяющие нанести хоть какой-то урон.
Совместить все эти компоненты оказалось непосильной задачей.
Экспериментальный вылет 2 сентября 1942 года
Тестовый запуск состоялся 2 сентября 1942 года. Функцию тягача возложили на тяжелый бомбардировщик ТБ-3. Машина эта считалась уже устаревшей, но более подходящего варианта попросту не существовало.
А-40 действительно поднялся ввысь. Это принципиальный момент: идея перешла из разряда фантазий в реальность. Бронированная коробка с гусеницами действительно летела.
Но практически сразу стало очевидно, что силовая установка ТБ-3 функционирует на критических режимах. А-40 обладал колоссальным лобовым сопротивлением и чрезмерной массой. Буксир тащил не аэродинамичный планер, а угловатый танковый корпус с торчащими гусеницами и выступающими элементами.
Моторы перегревались, запаса тяги для уверенного набора высоты катастрофически не хватало. Стремясь избежать аварии самолета-лидера, КТ пришлось отстыковать досрочно.
Оказавшись в свободном планировании, Анохин мастерски посадил гибрид. Если верить сохранившимся рапортам, приземление оказалось штатным: машина села в поле, экипаж отстрелил крылья и самостоятельно добрался до точки сбора.
Эксперимент наглядно доказал две аксиомы. Танк, оснащенный крыльями, мог совершать полет. Однако применять его в качестве реального оружия было практически нереально.
Причины свертывания программы
Первым и самым весомым обстоятельством стала слабость тягача. Для подъема А-40 жизненно требовалась машина, способная без надрыва вытянуть необтекаемую многотонную конструкцию. СССР в 1942 году не располагал подобными самолетами в достаточном количестве.
Гипотетически можно было обратиться к дальнему бомбардировщику Пе-8, но их едва хватало для выполнения стратегических задач. Отвлекать столь дефицитную технику ради транспортировки легкой бронемашины посчитали чрезмерным расточительством.
Второй проблемой выступал непосредственно Т-60. Его боевая эффективность к тому моменту стала сомнительной. Тонкое бронирование и 20-миллиметровая пушка не позволяли уверенно сражаться с основными танками вермахта. Выходило, что ради эффектного, но бесполезного в боевом плане шоу затевается сложнейшая воздушная операция.
Третьим слабым звеном являлась послепосадочная подготовка. Технику требовалось освободить от деревянной оснастки, привести в походный режим, иметь боеприпасы и горючее. Если весь этот ресурс всё равно доставлять отдельно, то сама концепция бессмысленна.
В итоге программу закрыли не потому, что аппарат «не взлетел». Он именно взлетел. Просто выяснилось: полет физически возможен, а вот рациональный боевой смысл в нем отсутствует.
След в истории
Проект Антонова А-40 оставил после себя парадоксальный итог: бронемашина действительно способна оторваться от земли. Гораздо труднее сделать так, чтобы после такого перелета она представляла реальную угрозу для врага.
А как по-вашему, стоило ли дальше развивать эту безумную идею?