«Бабка, яйки, млеко! Шнель! » — примерно с такими требованиями солдаты вермахта изымали у жителей оккупированных территорий продовольствие. Однако брали они далеко не всё. Кое-что немцы оставляли, но не из доброты, а из брезгливости и даже страха.

34-летний огородник вел обычные работы на участке. Неожиданно лопата ударилась о железо: из-под земли показался нацистский схрон, наполненный оружием. Маузер, несколько снаряженных обойм и пакет документов на разные имена. Фермер недолго думая вызвал полицию, на место выдвинулись и оружейные эксперты.

34-летний огородник вел обычные работы на участке. Неожиданно лопата ударилась о железо: из-под земли показался ящик офичера, наполненный оружием. Маузер, несколько снаряженных обойм и пакет документов на разные имена. Фермер недолго думая вызвал полицию, на место выдвинулись и оружейные эксперты.

Свои негласные правила существовали даже на полях Второй мировой войны. И советские, и немецкие солдаты старались никогда не нарушать не писанный кодекс бойца. В первую очередь, стрелять запрещалось по санитарам и похоронным командам. Зачастую таким группам солдат приходилось выполнять свою тяжкую работу в самой горячке боя.

Немцы в конце войны бежали не помня себя. Но схроны с награбленным оставляли: черные копатели наткнулись на старый хутор, где отступающие фашисты спрятали несколько кладов. Найти спрятанное удалось благодаря металлоискателю. Машина дала четкий сигнал в некотором отдалении от домов хутора.