Французский градоначальник грозил нарушителям «суровым наказанием», итальянский просил граждан «приложить все усилия», а бразильский собирался штрафовать родню усопших. Запрет на умирание невыполним по своей природе — и именно поэтому его вводили вновь и вновь: от античной Эллады до Андалусии.