Взрыв в микроавтобусе: как убили создателя «Глиссады» ( 7 фото )
В 1981 году в центре Москвы прогремел взрыв, который стал вызовом для всего КГБ. Дерзко и без следов устранили выдающегося авиаконструктора Советского Союза Игоря Бережного.
От автомобиля уцелели лишь колеса и мотор, от самого конструктора — почти ничего, а вот водитель остался жив благодаря счастливой случайности. Расследование вывело на аферу с фотографическим кружком, организованную в секретном конструкторском бюро, однако виновные так и не были найдены. Дело легло в архив как «глухарь»: ни заказчика, ни исполнителя, а все фигуранты постепенно исчезали. Так в СССР появилось первое заказное убийство и соответствующая папка в архиве.
Жизнь, отданная авиации
Игорь Александрович Бережной.
Работа становится смыслом существования, если она не просто обязанность, а суть бытия. Именно так произошло с Игорем Бережным: он с детства бредил небом, выучился на инженера и стал одним из лучших авиаконструкторов страны. Гениальность, ответственность и упорство в достижении цели определяли его подход к делу. Он сам проверял свои идеи — например, разгонял «Москвич» по аэродрому без тормозов, чтобы выяснить, способны ли шасси тормозить «елочкой»; освоил управление всеми типами самолетов и стремился улучшить их характеристики.
Упорный труд и результаты привели к созданию опытно-конструкторского бюро, где он собрал сильнейший коллектив, лично отбирая талантливых выпускников. Вместе с ними он экспериментировал и разрабатывал полезные технологии для авиапрома. Например, было создано сложнейшее шасси для сверхзвукового самолета конструкции П. О. Сухого. Однако в конце 70-х вышло постановление о закрытии всех ОКБ: они должны были стать частью заводов, а не самостоятельными единицами. Многие конструкторы были против, но спорить с правительством тогда было бесполезно и опасно. Бережной поступил решительнее — подал заявление на увольнение.
Авиаконструирование в СССР.
Талантливого специалиста не захотели терять и предложили ему возглавить новую режимную структуру — Куйбышевское конструкторское бюро автоматических систем (ККБАС). В новое бюро разрешили взять 50 сотрудников из ОКБ, выделили здание на территории свиноводческого совхоза «Зубчаниновский» и дали свободу творчества. Но средств не хватало, а за авторское изобретение можно было получить не более 50 рублей на человека или 200 рублей за коллективное.
Главным достижением ККБАС под руководством Бережного могла стать лазерная система «Глиссада», предназначенная для посадки самолетов в любую погоду. Подобного еще не существовало, идея опережала время на десятилетия, но завершить ее не удалось.
Для творчества требовались деньги, и тогда возникла мысль открыть фотографический кружок, а выручку направлять на закупку необходимых материалов. Но на практике что-то пошло не так. Докопаться до истины предстояло следствию, поскольку спросить у Бережного уже было невозможно.
Афера под видом фотокружка
Фотокружок в СССР.
Фотокружок открыли в клубе «Родина», принадлежавшем этой структуре, задействовав своих людей — заместителя Бережного Геннадия Нерозю и начальника техбюро ККБАС Соломона Беренштейна. Они были верхушкой, заправлявшей делами кружка, взяв в работу талантливого фотографа Михаила Цыганкова и зятя Нерози. Здесь и закрутилась афера: под видом закупки подержанной техники и аппаратуры оформлялась заявка, которая, проходя через руки Беренштейна, превращалась в новейшие материалы из-за границы.
В конце 70-х фотокружок получал лучшую немецкую пленку «Кодак» и другие материалы. Их использовали для качественных фото- и видеосъемок для высокопоставленных лиц. Деньги потекли рекой. Бережной был удивлен, сколько они заработали за месяц, но не вникал в то, как делаются деньги, что и стало его ошибкой. Доходили ли средства до экспериментов — неизвестно, но через год Бережной сделал шикарный подарок главному руководителю Минавиапрома СССР — «Волгу». Подарок оценили по достоинству, и с этого момента бюро и фотокружок зажили на широкую ногу — ни проверок, ни придирок. Но всему хорошему приходит конец, и наступил он неожиданно.
Смертельная посылка
В посылке с лекарством была спрятана бомба.
Каждый год Бережной докладывал о проделанной работе за прошлый год в Москву. Не стал исключением и 1981 год. Поездка намечалась в столицу, и его заместитель Нерозя попросил привезти лекарства. В этой просьбе не было ничего удивительного, ведь Игорь Александрович часто привозил то, что просили сотрудники и чего не было в Куйбышеве. Только никто не знал, чем просьба закончится на этот раз.
4 февраля вечером авиаконструктор сел в свой служебный микроавтобус польского производства на улице Кирова. Водитель, повернувшись со своего места, передал ему коробку, сказав, что это лекарство. Бережной решил посмотреть и открыл ее. Прозвучал взрыв. Бережного травмировало настолько, что пришлось делать восковую маску для похорон. Водителю повезло — взрывной волной его выбросило, и он отделался лишь ссадинами и ушибами.
Убийство по всем признакам можно было отнести к заказному, и для начала 80-х это оказалось вызовом. Тогда еще не предполагали, что кто-то может осмелиться на подобное. Из-за этого расследование под свой контроль взял Андропов, начальник КГБ.
Расследование КГБ: версии и виновники
Андропов взял расследование под свой контроль.
Игорь Бережной был видной фигурой в авиастроении, поэтому первая мысль была о покушении зарубежных спецслужб, и появилась операция «Капкан». Однако эту версию пришлось быстро отбросить. Стали прорабатывать всех, с кем работал Бережной, и вышли на фотокружок, а в работе бюро вскрылись многотысячные хищения. Оказалось, что много средств из кружка просто делились между его участниками, а еще по документам «висела» сумма в 21 тысячу рублей. Впоследствии окажется, что деньги ушли на съемку документального короткометражного фильма для одного из чиновников в качестве подарка на его день рождения, только растраты еще не были оприходованы, а после смерти Бережного и заказчик от фильма отказался.
Система КГБ в СССР была жесткой: не смотрели на звания и заслуги, ответственность несли все. Видимо, поэтому, когда начали расследование и приехали арестовывать Нерозю, он вырвался из рук милиционеров и, схватив кухонный нож, пытался себя убить. Рана на животе оказалась неглубокой. Его доставили в больницу и спасли, а обвинение из экономического перешло в криминальное — убийство, связав его просьбу с лекарством и покушением. Нерозя даже признал вину. Но когда давал показания, они получались разные: не мог назвать место, где передал взрывчатку, как ее сделал и другие подробности. В итоге он отказался совсем от своих слов и сказал, что не убивал. Пришлось отбросить эту версию, потому что улик действительно не хватало. Казалось, следствие снова зашло в тупик, и тогда пошли по модному на то время методу — привлекли к работе экстрасенса. В Ростове нашелся свой — Валерий Кустов, который работал в строительно-монтажном управлении и умел «связываться» с потусторонним миром. Следователи впервые ощутили, что энергия бывает и другой, только от этого светлее в темном деле не стало.
Суд состоялся, но фигуранты проходили по экономической статье за хищения и растраты. Нерозя получил 10 лет. Отсидел свой срок, вышел, поехал как-то на дачу и пропал. Его искали, но ни тела, ни следа — человек будто растворился в воздухе.
Беренштейн получил тоже срок, но немного меньший, потому что во всех операциях оказался второстепенным лицом. Тюрьма подорвала здоровье, и он долго не прожил. Не смог пережить следствие и моральное давление фотограф Цыганков. Когда его пришли арестовывать, то застали в странном, невменяемом состоянии. Он сказал, что выпил сильнодействующий растворитель, и показал на пустую бутылочку. Его быстро доставили в больницу, но через два дня он умер. Так ушли первые лица, которые были близки к Бережному, и дело застопорилось.
Нераскрытая тайна в архиве
Авиаконструктор Бережной.
В деле оказалось много загадок, и не только связанных с поиском убийцы или заказчика. Например, на складе, принадлежавшем ККБАС, обнаружили много рулонов джинсовой ткани, которой явно было с излишком для потребностей бюро. Возникла версия, что здесь пахнет коммерцией, и ткань переправляли для пошива модных на то время джинсов, а затем торговали ими. Отправка товара в другую страну не вызывала трудностей, потому что это было экспериментальное бюро, к тому же режимного типа. Спрашивать и давать отчет о каждом подъеме самолета — просто не нужно было. Работу совместили с приятным: бюро получало лучшие товары из других стран. Дорогие продукты, цветы к 8 Марта, самые лучшие товары для спортсменов и отдыха. Но даже эта ниточка оборвалась. Летчик Игорь Егоров, который часто совершал экспериментальные полеты, во время одного из них вошел в штопор и разбился.
Следствие велось ещё два года, пока не уткнулось в министерские структуры и дельцов, только набиравших силу, а связи могли покрыть все. В случае с Бережным у следователей создалось впечатление, что он либо не уступил, либо не захотел делиться с кем-то выручкой. Через десять лет подобным убийством уже трудно будет удивить, но в начале 80-х оно стало бомбой не только для Бережного, но и для всего советского общества.
Как вы считаете: Бережной стал жертвой собственной неосведомленности или его устранение было спланированной акцией тех, кто стоял за аферой с фотокружком?