Танец вышел на улицу: что показали на фестивале в Петербурге ( 8 фото )
В августе Петербург в четвёртый раз принял фестиваль «Танец без ума от себя и от любви». На Новой Голландии, в Севкабель Порту и других городских локациях современная хореография обращалась к зрителю без традиционного сюжета и театральной дистанции — говорила о свободе, уязвимости, телесности и личном опыте.
Танцевальный перформанс «Восстание»
Уже само название фестиваля несёт в себе лёгкость, которая ломает стереотип о танце как о чём-то сугубо академическом и сценическом. Однако за этой лёгкостью скрывается серьёзная миссия — сделать современный танец заметнее и доступнее для широкой публики.
В России современная хореография давно перешагнула границы театральных подмостков. Её можно встретить в музеях, галереях, на городских площадках и в самых неожиданных пространствах. Но для зрителя это искусство по-прежнему остаётся тем, что приходится искать специально, а не встречать случайно по пути.
Фестиваль «Танец без ума от себя и от любви» пытается переломить эту ситуацию. Прийти на него можно не только будучи давним поклонником жанра, но и просто из любопытства. И выбор площадок для показов здесь оказывается не менее значимым, чем выбор самих спектаклей.
В этом году часть программы развернулась на Новой Голландии и в «Севкабель Порту» — местах, куда люди приходят отдохнуть, встретиться с друзьями, перекусить, погулять и увидеть что-то новое. Танец встраивается в этот городской маршрут.
В основной программе участвовали более 60 танцхудожников. Здесь сошлись хореографы разных поколений и с разным профессиональным бэкграундом: среди них выпускники Вагановского училища, выпускники бельгийской школы P.A.R.T.S. и других европейских программ, художники, учившиеся у мастеров танца 1990-х, и те, кто пришёл в современный танец иными маршрутами.
Танцевальный перформанс «Глория»
Танцевальный перформанс «Политика тела»
Сам фестиваль вырос из инициативы петербургских деятелей современного танца. У него нет крупных спонсоров, проект существует на собственные средства и благодаря донатам от любителей современного танца. Такая независимость позволяет формировать собственную кураторскую программу и не ориентироваться исключительно на привычные представления о том, каким должен быть танец. Здесь можно увидеть разные стороны российского современного танца — от больших постановок до небольших сольных работ, от хореографии, построенной вокруг виртуозного движения, до перформативных и концептуальных практик.
Открыл основную программу фестиваля перформанс «Каблучки» хореографа Виктории Брызгаловой.
Современный танец стремится быть видимым, но видимость также таит в себе и уязвимость. Об этих двух понятиях размышляет в своей работе Виктория. «Каблучки» — это феминный, тонкий, местами почти хрупкий перформанс, визуально отсылающий к работам бельгийских хореографов. Виктория окончила школу P.A.R.T.S., основанную Анной Терезой Де Кеерсмакер, и в «Каблучках» заметны некоторые черты этой хореографической школы: внимание к математической структуре и ритму, а также сама движенческая партитура.
Танцевальный перформанс «Каблучки»
Работа начинается со стука каблуков. На сцену одна за другой выходят шесть исполнительниц, и постепенно этот звук заполняет собой всё пространство. Стук заявляет о присутствии, делает его громким и видимым, почти демонстративным.
Потом он стихает, но движение и ритм продолжаются. Почти бесшумно, на носочках, девушки сохраняют тот же внутренний ритм, чтобы спустя время снова ударить дробью. В этом переходе от громкого к почти неслышному движению начинает открываться тема работы. Можно ли быть заметной и при этом не бояться уязвимости? Можно ли, уменьшая громкость присутствия, не потерять качество и пульс этого присутствия?
Шесть танцовщиц всё время существуют внутри простроенной хореографической структуры, в которой важны синхронность, повторы, ритмическая точность. И именно поэтому работа особенно чувствительна к качеству исполнения: когда шесть исполнительниц должны существовать как единый организм, любое небольшое расхождение становится заметным. В некоторых моментах не хватало этой исполнительской слаженности.
В «Каблучках» для хореографа не столько важен поиск нового хореографического языка, сколько сама идея, с которой работает Виктория. Она берёт уже существующую, узнаваемую хореографическую лексику и помещает в неё своё размышление о присутствии, видимости, силе и уязвимости.
Танцевальный перформанс «Каблучки»
Если работа «Каблучки» достаточно минималистична, то визуальная и движенческая насыщенность усиливается в работе «Псы» хореографа и танцхудожницы Маши Шешуковой. Последние шесть лет Маша постепенно оттачивала собственный танцевальный язык. Работая с импровизационными задачами, композицией, взаимодействием танцовщиков, ей удаётся выстроить в своих спектаклях общее танцевальное поле, которое захватывает зрителя. Каждая её работа имеет яркое, бойкое и запоминающееся название: «Твари», «Страсти» и вот теперь «Псы». Первые ассоциации со словом «псы», которые могут прийти в голову, — стая, необузданность, свобода. Всё это можно увидеть в этой работе.
«Псы» — про свободу и удовольствие от танца, от каждого движения. Не бояться быть диким, странным — и находить красоту в этой дикости и странности.
На сцене шесть танцовщиков и три музыканта, спектакль проходит под живую музыку. Барабаны задают ритм, тела танцовщиков реагируют на него. Их танец начинается с приветственного воя и телесной сонастройки. С усилением музыкального сопровождения усиливается и плотность движения танцовщиков, и её амплитуда. Танцовщики смело меняют положение тела, балансируя то на ногах, то на руках, из общих импровизаций они выходят в парные взаимодействия, а потом сольные выходы, чтобы вновь соединиться единым ритмом и диким движением. Всё это время зритель следит за танцем, ловит его пульсацию и наслаждение от него. В какой-то момент происходит подключение и зритель на телесном уровне начинает получать удовольствие от происходящего.
Танцевальный перформанс «Псы»
«Псов» хочется назвать танцевальным рок-концертом. В спектакле нет нарративного сюжета, но есть состояние и ощущение, которым постепенно заряжается и пропитывается зритель. В этом сила работы: она не требует разбора и следования либретто — она предлагает просто быть внутри этого движения и подключиться к этой любви и удовольствию от танца, которое излучают танцовщики.
Если «Псы» предлагают зрителю забыть о дистанции между сценой и залом и попробовать телесно присоединиться к этому движению, то «15172» переносит тело в другую реальность. Здесь оно становится носителем личного опыта, о котором порой трудно говорить вслух.
Танцевальный перформанс «15172» Ильдара Алекбаева — пример того, как личная история может превращаться в хореографическое документальное высказывание. Таких работ на фестивале было несколько: авторы обращались к прожитому опыту и рассказывали о нём через воспоминания, которые осели в теле.
Работа Ильдара — это разговор о сложной теме, которая до сих пор остаётся в обществе стигматизированной и местами практически табуированной. Через собственный опыт Ильдар рассказывает о жизни с ВИЧ: о том, как принять себя с этим диагнозом, как строить отношения с людьми, как любить и быть любимым, как найти в себе силы открыто говорить об этом.
Танцевальный перформанс «15172»
Хореограф Анна Щеклеина помогала Ильдару в оформлении этого танцевального перформанса. У Анны очень узнаваемый хореографический почерк — местами напористый, с почти агрессивной сексуальностью, захватывающей всю сцену. Иногда такая энергия может ошарашить и немного пугать.
Но в этой работе между исполнителем, его личной историей и хореографом случилось стопроцентное попадание. Хореография Анны и её подход к постановке оказались очень созвучны энергии и высказыванию Ильдара.
Перед зрителем предстаёт сильное молодое мужское тело, готовое выполнять сложные трюки, быть выносливым и гибким. Оно показано во всей своей физической красоте: обнажённый торс, мышцы и жилы, стекающий по телу пот. Это тело живое, настоящее, присутствующее здесь и сейчас.
Танцовщик, обладающий этим телом, рассказывает свою историю голосом, подкрепляя её движением. Где-то движение становится напористым и почти демонстративным, где-то — небольшим, интимным, почти незаметным. Но каждое движение и каждая строчка текста работают на одно высказывание — о смелости быть видимым, принимать себя и говорить о себе.
И всё же, несмотря на внутреннюю силу и смелость открыто говорить о своём ВИЧ-статусе в обществе, где эта тема по-прежнему стигматизирована, главной идеей работы становится не только история человека с диагнозом. В конечном счёте она приводит к очень простой мысли: человеку нужен человек. Особенно трепетно было видеть в зале зрителей, которые сами живут с ВИЧ-положительным статусом. В такие моменты особенно остро приходит осознание, что за любым диагнозом, любой статистикой стоит конкретный человек — со своим телом, страхами, любовью и желанием быть принятым.
Десять работ основной программы, конечно, не сводятся к этим трём показам. Кураторский отбор равномерно распределил их между четырьмя днями основной программы.
Каждая работа достойна найти своего зрителя и быть увиденной на фестивальных площадках. Современному танцу не обязательно иметь сюжет, чтобы обращаться к темам, которые трудно выразить словами. Важно, чтобы у каждого высказывания был тот, кто его услышит, а у зрителя была возможность найти свой танец.
Подготовила Наталья Жильцова
Современный танец без сюжета — это искусство будущего или просто модная провокация для избранных?