Не только супергерои: гид по самым необычным инди-комиксам ( 6 фото )
В августе издательство «Комильфо» порадует поклонников авторских графических историй выходом второй части нашумевшего романа «В лесной глуши, где нет ни души». Это произведение — удивительный симбиоз милой диснеевской эстетики и мрачного триллера о серийном убийце, способного дать фору «Декстеру». В этом материале — подробный разбор этого комикса и обзор других выдающихся представителей независимой сцены, которые остро нуждаются в отечественном издании.
Иллюстрации из комикса «В лесной глуши, где нет ни души»
Персонажами графических романов вовсе не обязаны быть мускулистые герои в обтягивающих костюмах. В «Лесной глуши» центральный персонаж — говорящая медведица, тщательно скрывающая свою тёмную тайну. Есть здесь и истории о молодом человеке с биполярным расстройством, и о добровольцах, погрузившихся в экспериментальную цифровую реальность. Нашлось место и для пожилого мужчины, чья жизнь кардинально меняется после встречи с маленькой девочкой из Перу. Эти сюжеты затягивают не меньше, чем блокбастеры про супергероев, а эмоциональный накал и катарсис, ожидающие читателя на последних страницах, могут оказаться куда более сильными.
«В лесной глуши, где нет ни души» / Beneath the Tree Where Nobody Sees
Патрик Хорват
Дебютная графическая новелла американского автора Патрика Хорвата стала настоящим прорывом в мире независимых комиксов. Произведение ловко жонглирует жанрами: здесь есть и очаровательная сказка о жизни лесных зверей, и держащий в напряжении психологический триллер. Действие разворачивается в вымышленных 1980-х, где бок о бок существуют обычные животные и их антропоморфные сородичи, напоминающие персонажей классических мультфильмов или иллюстраций Кеннета Грэма и Роальда Даля.
В утопающем в зелени идиллическом городке Вудбрук проживает бурая медведица Саманта Стронг. Днём она управляет небольшим хозяйственным магазином, а в свободное время ездит в соседний мегаполис, где вершит самосуд над самодовольными горожанами. Главное правило Саманты, как и любого уважающего себя серийного убийцы, — не оставлять следов возле дома. Она не желает нарушать безмятежную атмосферу родного города, пропитанную ароматами хвои и свежей выпечки. В конце концов, зачем рисковать и охотиться на соседей, когда в большом городе полно людей, чьё исчезновение никого не встревожит?
Спокойная жизнь Саманты рушится, когда в Вудбруке появляется второй маньяк, не обременённый подобными принципами. Его активность грозит привлечь к городку внимание полиции и начать масштабное расследование, которое может вывести шерифа на след самой медведицы. Идеально выстроенная за годы двойная жизнь оказывается под угрозой.
Как известно ещё со времён «Твин Пикса», в каждом благополучном маленьком городке прячется свой скелет в шкафу. Однако, как пела группа Sparks, два больших секрета — это уже перебор. Саманта решает взять инициативу в свои руки и начать собственное расследование, чтобы вычислить конкурента прежде, чем его жертвами станут её земляки.
Ключевая особенность «В лесной глуши» — разительный контраст между умилительными, будто сошедшими со страниц детских книг, персонажами и жёстким нуарным сюжетом, полным кровавых деталей. Этот комикс — идеальный выбор для взрослых, которые хотят вновь прикоснуться к детству, но не готовы жертвовать серьёзным содержанием. Подобного эффекта индустрия не видела со времён культового «Блэксэда» — мрачного детектива, где главным героем выступает чёрный кот.
«Псих» / Psychotic
Жак Мэтис и Сильвен Доранж
Ещё недавно биполярное расстройство в массовом сознании ассоциировалось лишь с капризным настроением. К счастью, современная культура, в том числе благодаря таким работам, как графический роман «Псих», помогает развеять эти мифы. Французский писатель Жак Мэтис на собственном примере показывает, что это заболевание — не просто перепады эмоций, а тяжёлое состояние, одним из проявлений которого является психоз с галлюцинациями. В одной из сцен герой, находясь в кризисе, искренне верит в свою способность остановить несущийся поезд силой мысли и отправляется на рельсы, чтобы проверить это.
Повествование в романе намеренно рваное и нелинейное, словно отражающее хаос в сознании автора. Читатель переносится из настоящего, где взрослый Жак коротает вечера на набережной Страсбурга в компании бездомного, обсуждая свою будущую книгу, в прошлое — в мрачный городок Лотарингии, где в 14 лет его жизнь разделилась на «до» и «после» первого приступа. Дальнейшая биография героя — это череда больничных палат, встреч с психиатрами и отчаянных попыток найти себя: то он штурмует Нью-Йорк, мечтая о карьере режиссёра, то безбилетником колесит по Европе, потеряв счёт времени и городам.
Страницы комикса «Псих»
В конечном счёте Жак оседает в Страсбурге, приняв свою участь. «Даже мои друзья иногда могут сказать что-то упрощённое вроде: "Если ты подстраиваешься под эту жизнь, то ты слаб, тебе не хватает инициативы". Но я не выбирал ничего: самые важные составляющие моей жизни — это результат отсутствия выбора, — подводит итоги герой. — Я получаю пособие по инвалидности — на 80% я нетрудоспособен. В каком-то смысле это то, к чему я стремился: иметь достаточно денег, чтобы спокойно писать, читать, смотреть фильмы и видеться с друзьями. Позволять себе непозволительную роскошь ничего не делать.
Я снимаю крошечную квартиру, в которую я не могу пригласить больше трёх гостей. Больше всего она подходит для уединения и копания в себе. По сути, я принадлежу к низшему социальному классу. Я не женат и не могу позволить себе завести детей. Список того, что я не выбирал, можно продолжать — есть масса вещей, которые я перестал пытаться реализовать. Но это отсутствие выбора привело меня к свободной жизни. Каждый день я пытаюсь утолить мою неутолимую жажду знаний. Я смотрю на этот мир с того места, где нахожусь, отстранённо. Как отшельник. Я и есть современный отшельник. Но в определённом смысле я самый свободный человек, которого я когда-либо встречал. Я рад быть кем-то, не подходящим под стандартные рамки общества. Но за это приходится платить. Я не стремлюсь к успеху. Очень тяжело воспринимать себя всерьёз и обладать высокой самооценкой, когда многие люди считают тебя неудачником и паразитом».
Несмотря на серьёзность темы, «Псих» — это невероятно светлое и искреннее произведение, от которого сложно оторваться. Спасает фирменный юмор автора, эксцентричная подача и великолепные иллюстрации художника Сильвена Доранжа.
«Альтернативная жизнь» / Alt-Life
Томас Каден и Жозеф Фалькон
Этот сай-фай-комикс, вдохновлённый легендарным «Миром Эдены» Мёбиуса, рисует будущее, где человечество, спасаясь от гибели, пытается переселиться в цифровое пространство. Как и творение Мёбиуса, «Альтернативная жизнь» — это причудливый сплав научной фантастики, фэнтези и сюрреализма, поднимающий глубокие философские вопросы о природе реальности и прогрессе. Герои истории отправляются в духовные и интеллектуальные поиски, сталкиваясь с последствиями технологий, меняющих мышление, интимную жизнь и самовосприятие.
Сюжет разворачивается в мире на грани коллапса. Молодые пионеры Жозиан и Рене добровольно становятся первыми жителями полностью виртуальной вселенной. Новая технология позволяет существовать без физического тела, а каждый участник эксперимента может конструировать собственную реальность по своему желанию. Главное — уложиться в выделенные объёмы памяти. Первопроходцам же ресурсы предоставлены почти без ограничений, и рамки для них задаёт лишь собственное воображение.
На начальном этапе герои с головой окунаются в удовольствия, населяя свой мир созданиями, воплощающими их сексуальные фантазии. Жозиан с упоением исследует безграничные возможности наслаждения, а вот Рене быстро пресыщается и чувствует подвох. Он решает применить свою безграничную креативность для чего-то более грандиозного.
Имея в распоряжении целую вечность, Рене создаёт собственную звёздную систему и заселяет одну из планет разумными существами. Игра в творца всё сильнее захватывает его: он наблюдает за эволюцией своих созданий, ускоряя и замедляя время. Но однажды в идеальном мире Рене обнаруживается сбой — сверхсущество, не подчиняющееся законам, заложенным создателем. Уничтожить его невозможно, не погубив всю планету. Уверенный, что это воплощение зла, Рене решает создать собственного мессию — девочку, которая должна исполнить древнее пророчество и исправить ошибку.
«Удочерение» / L’adoption (The Adoption)
Зидру и Арно Монин
Ворчливый 74-летний Габриэль категорически против решения своего 47-летнего сына Алена удочерить 4-летнюю Кинайю, осиротевшую после разрушительного землетрясения в Перу. Прагматичный старик считает, что в таком возрасте уже поздно обзаводиться детьми, ведь сам он стал отцом в 21 год. «Могли бы просто завести собаку», — цинично бросает он жене, демонстрируя полное отсутствие сентиментальности. Сразу видно, что отношения между отцом и сыном далеки от идеала. Для Алена и его жены, долгие годы безуспешно пытавшихся зачать ребёнка, Кинайя — последняя надежда обрести смысл жизни и «не проводить Рождество впустую».
Разумеется, по законам жанра, старому зануде Габриэлю всё чаще приходится оставаться с девочкой наедине. Его суровое сердце постепенно оттаивает, и вот он уже спонтанно заворачивает в магазин за новым песком для песочницы или собирает Кинайе первый велосипед. Вместе они возятся с помидорами, которые Габриэль с любовью выращивает, и посещают легендарную велогонку «Тур де Франс», проходящую через их городок.
Кинайя быстро становится своей в компании дедушки и его двух таких же возрастных друзей. Эта троица обожает после занятий на уличных тренажёрах засесть в кафе у сенегалки Мамы Бубу, чтобы плотно поесть и «вернуть калории, которые только что сожгли». «Я не для того работал 74 года и купил автомобиль, чтобы ходить в кафе пешком после тренировки», — шутит Габриэль. «А я не для того работал 72 года и завёл друга, который смог себе позволить купить автомобиль, чтобы ходить пешком в кафе после тренировки», — вторит ему приятель.
За этими лаконичными и остроумными диалогами скрывается непростая судьба персонажей. Каждый герой «Удочерения» выписан и прорисован с такой теплотой, что им невозможно не симпатизировать, даже если их шутки поначалу кажутся неуместными.
Новая работа Зидру stylistic близка к его знаменитой серии «Великолепные лета» (Les beaux étés), созданной в соавторстве с испанским художником Жорди Лафебром. В «Удочерении» его напарником выступил бельгийско-французский иллюстратор Арно Монин, но фирменная нежная, пастельная атмосфера, дарящая ощущение тепла и уюта, перекочевала и в эту историю.
Как и в «Великолепных летах», здесь сюжет не является главным. В центре внимания — герои, их чувства и повседневная жизнь. Читатель неспешно наблюдает за бытовыми мелочами и мимолётными эмоциями семьи. В «Удочерении» большую часть времени не происходит ничего экстраординарного, но оторваться от чтения невозможно. То ли благодаря душевному миру, созданному Монином, то ли из-за искромётных и жизненных диалогов Зидру, — но история подкупает своей аутентичностью. Вероятно, секрет кроется в удивительной химии между всеми элементами повествования. Это произведение для тех, кто ценит не экшн, а глубокую эмоциональную составляющую, способную погрузить в состояние безмятежной радости.
Но не стоит расслабляться — Зидру подготовил сюрприз. Финал истории пробивает на слезу, а неожиданный поворот заставит немедленно искать вторую часть. Серия оказалась настолько востребованной, что в этом году свет увидел уже шестой том «Удочерения».
Способен ли комикс с милыми зверушками, но с рейтингом 18+, заменить привычный супергеройский блокбастер?