Bentley Brooklands: последний из аристократов ( 12 фото )
Bentley и Rolls-Royce неизменно ассоциируются с вершиной британского автомобилестроения, королевскими кортежами и безупречным вкусом. Нередко Bentley ошибочно воспринимают как более доступную и динамичную альтернативу Rolls-Royce, однако на самом деле всё гораздо глубже, особенно если говорить о модели Brooklands, чьё имя увековечило легендарную довоенную гоночную трассу.
Речь пойдёт о том, чем уникален Bentley Brooklands и какое место он занимает в истории марки.
Переломный момент
После перехода Bentley под управление Volkswagen AG инженеры сосредоточились на создании нового купе Continental GT, дебют которого состоялся на Парижском автосалоне 2002 года и который впоследствии стал самой коммерчески успешной моделью в истории марки.
Bentley Continental GT (2003-2007)
Параллельно завершался жизненный цикл Rolls-Royce Corniche IV — кабриолета, чья история началась ещё в 1973 году.
В основе этого автомобиля лежала платформа SY, эволюционировавшая в SZ. На ней базировались Silver Spur, Turbo R, оригинальный Mulsanne и множество других моделей Bentley и Rolls-Royce восьмидесятых годов. Именно эта платформа стала основой для нового Rolls-Royce Corniche V, тесно связанного с кабриолетом Bentley Azure первого поколения.
Купе Continental R 1991 года стало первой моделью Bentley, которая не делила кузов с Rolls-Royce
Rolls-Royce Corniche V (2000-2002)
Rolls-Royce Silver Seraph (1999-2002)
Ещё одним важным связующим звеном между брендами был седан Bentley Arnage, который в исполнении Rolls-Royce назывался Silver Seraph.
Bentley Arnage (2007-2009)
Rolls-Royce, выпускавшийся с 1999 по 2002 год, комплектовался исключительно двенадцатицилиндровым двигателем BMW M73. Bentley Arnage, в свою очередь, оснащался только битурбированными «восьмёрками» — как баварского производства, так и фирменными агрегатами объёмом 6,75 литра.
Существенные различия были и в трансмиссиях: Arnage в зависимости от года выпуска и модификации получал четырёх-, пяти- или шестиступенчатый автомат, тогда как Silver Seraph довольствовался лишь пятиступенчатой коробкой ZF 5HP30. Производство Arnage продолжалось до 2009 года, значительно пережив своего платформенного собрата. В 2005 году на Франкфуртском автосалоне состоялась премьера Azure второго поколения, отличавшегося кузовными панелями ручной работы.
Особое внимание инженеры уделили жёсткости кузова, настройкам подвески и механизму складывания крыши. Под капотом разместился мощный 6,75-литровый V8 с двумя турбонагнетателями, развивавший в стандартной версии Azure 456 л.с. и 875 Нм крутящего момента, а в топ-версии Azure T — уже 507 л.с. и 1000 Нм.
Однако из 10 014 автомобилей Bentley, произведённых в 2007 году, более 9000 приходилось на модель Continental GT. На долю Arnage и Azure оставалась лишь примерно тысяча экземпляров. Стало очевидно, что устаревшая платформа, доставшаяся в наследство от Rolls-Royce, требует замены.
Здесь стоит вспомнить о Brooklands первого поколения. Эта модель, выпускавшаяся с 1992 по 1997 год, представляла собой полноразмерный седан, по сути являвшийся более доступной версией Turbo R. Построенный на платформе SZ, он нёс в себе дух восьмидесятых, который к концу девяностых уже безнадёжно устарел.
Bentley возродила это имя спустя десять лет, в 2007 году, представив монументальное четырёхместное купе Brooklands, ближайшего родственника кабриолета Azure. Автомобиль производился ограниченным тиражом с 2008 по 2011 год.
Название модели отсылает к гоночной трассе Бруклендс в графстве Суррей, где Bentley одержала свои величайшие триумфы в 1920-х и 1930-х годах. Знаменитые Bentley Boys ещё век назад создали репутацию марки как производителя быстрых и надёжных автомобилей, одерживая победы не только на Бруклендсе, но и в гонке «24 часа Ле-Мана».
Первый Brooklands на одноименной трассе
В США цены на Brooklands стартовали примерно с 156 500 долларов. Это двухдверное четырёхместное купе с жёсткой крышей собиралось исключительно вручную, небольшими партиями, с применением традиционных методов кузовостроения и впечатляющего опыта работы с деревом и кожей.
Сложная задача
Может показаться, что превратить кабриолет Azure в купе с жёсткой крышей — простая задача. Возможно, для Volkswagen Golf или Opel Kadett это было бы несложно, но в случае с Bentley всё обстоит иначе.
Глава компании Bentley доктор Франц-Йозеф Пефген на презентации модели точно подметил: «Гордое спортивное наследие Bentley, закалённое достижениями бессмертных Bentley Boys на знаменитом треке Бруклендс в 1920-х годах, отразилось в нашем новом купе, в котором воплощены стиль, мощь и роскошь той эпохи». Слова пафосные, но справедливые.
Задача была нетривиальной. Azure изначально проектировался как кабриолет с классическими пропорциями, и просто «надеть» на него металлическую крышу было бы кощунством по отношению к дизайну.
Ситуация осложнялась и временем появления купе. Это была эпоха, когда кредитно-ипотечный пузырь мировой финансовой системы был надут до предела и должен был вот-вот лопнуть. Деньги ещё водились, но никто не знал, что ждёт впереди.
Планируемый тираж ограничили 550 автомобилями, а поставки начались в первой половине 2008 года. Примечательно, что 549 автомобилей были раскуплены ещё до начала производства! Это ли не свидетельство успеха?
Рамка ветрового стекла и задние крылья были существенно переработаны по сравнению с кабриолетом, чтобы силуэт машины выглядел цельным и гармоничным. Центральные стойки, разумеется, отсутствовали — стремительный и вытянутый кузов был стопроцентным хардтопом.
Даже из красивого и пропорционального кабриолета удалось создать органичное и в своей чистоте божественное купе. Внушительные 5,4 метра длины позволили установить 20-дюймовые колёсные диски без ассоциаций с американскими рэперами. Brooklands выглядел роскошно и дорого, но при этом максимально сдержанно и по-британски чопорно, что шло ему только на пользу.
Понимая, что автомобиль будет очень дорогим и мелкосерийным, в Крю решили не создавать новые боковые панели. Вместо этого металлическая крыша просто приваривалась к «основанию» кабриолета Azure. Таким образом, кузов Brooklands становился цельнометаллическим, на что требовалось более 110 человеко-часов ручного труда высочайшей квалификации. Визуально результат был безукоризненным, а хардтоп со снаряжённой массой около 2700 кг получил высочайшую жёсткость кузова, необходимую как для комфорта пассажиров, так и для удовольствия от вождения.
Слухи о том, что Brooklands якобы делали путём удаления задних дверей из седана Arnage, были полностью ошибочными. За основу был взят исключительно кабриолет Azure.
От Brooklands нового века никто не ждал спортивных реакций. Это гигантское купе было рождено для беззаботных и вальяжных поездок по Лазурному берегу. Правда, как выяснилось, автомобиль годился и для хулиганских «прострелов» по безлимитным немецким автобанам, где благодаря жёсткой крыше даже на скорости далеко за 200 км/ч причёски водителя и пассажиров оставались в полном порядке.
Хардтоп получил наиболее «заряженную» версию 6,75-литрового V8, который, несмотря на пару турбонагнетателей, своими корнями уходил ещё в далёкий 1959 год. Мотор развивал впечатляющие 537 л.с. и «тепловозные» 1050 Нм крутящего момента, обеспечивая автомобилю сумасшедшую тягу.
Даже с неторопливым шестиступенчатым автоматом 2650 кг роскошного британского железа ускорялись до 100 км/ч всего за 5,3 секунды, а «квотер» Brooklands брал за 13,3 секунды. При этом ускорение прекращалось лишь на 296 км/ч, то есть купе почти разменивало четвёртый десяток на спидометре. Вовремя остановиться с такой скорости тяжёлой машине помогали опциональные карбон-керамические 14-дюймовые тормоза, которые сами стоили как приличный европейский автомобиль — 29 270 долларов.
Управлялся Brooklands ровно так, как и подобало машине такого класса, массы и назначения — надёжно, предсказуемо и плавно.
Кто ты, воин?
Согласно исследованиям, портрет потенциального покупателя Brooklands выглядел примерно так: чуть старше 40 лет, около 30 миллионов долларов состояния и от 5 до 10 машин в личном гараже. Таких баловней судьбы в мире было как минимум пять сотен человек — если быть точнее, то 550.
В конструкции машины было предусмотрено два аккумулятора: один для запуска двигателя, другой — для бортовой электроники. Программа индивидуализации Mulliner предусматривала отделку интерьера любым видом древесины — от банальной сосны до дуба или клёна, включая самые ценные и редкие породы. Всё, что внутри Brooklands выглядело как кожа или металл, этим и являлось — никакого пластика или имитации натуральных материалов.
Подогревы, индивидуальные плафоны для чтения и собственные зоны климат-контроля были предусмотрены как для водителя и переднего пассажира, так и для обитателей второго ряда. Коврики с толстым и высоким ворсом, как и подобает в тяжёлом британском люксе, буквально поглощали подошвы обуви тех, кому посчастливилось оказаться внутри.
Салон Brooklands — это вершина роскоши и излишеств, визуальное пиршество, включающее сверкающую нержавеющую сталь, шерстяные ковры такой глубины, что в них можно спрятать монеты, лакированный орех и такое количество кожи, включая обивку потолка, что речь идёт уже не о шкурах, а о целых стадах. Только на пошив кожаного рулевого колеса уходит 19 часов. Передние сиденья имеют агрессивную боковую поддержку, но расположены довольно низко, и места для ног пассажиров ростом выше шести футов может быть недостаточно. Больше всего хочется расположиться на одном из задних кресел с подогревом, где каждый пассажир сам управляет системой кондиционирования, лампой для чтения и поясничной опорой. Задние сиденья с электроприводом откидываются настолько, что можно вздремнуть, увидев во сне, что ваша тётя — британская королева. В этом купе пассажиры на задних сиденьях даже имеют собственные дверные ручки, чтобы брюки Hugo Boss случайно не порвались при неловком наклоне вперёд.
Но за всё нужно платить. Brooklands был оглушительно дорогим автомобилем даже по меркам Bentley: без опций и программы индивидуализации стоимость купе начиналась с 348 000 ещё тех, докризисных долларов. Цена большинства экземпляров с учётом опций вплотную подбиралась к психологической отметке в 500 000 долларов.
Скорее всего, уже в момент своего выпуска этот автомобиль стал прижизненным памятником самому себе. У Bentley Brooklands было величайшее историческое прошлое в виде того, каким он состоялся и должен быть. Без компромиссов и оговорок. Красивым, быстрым, великолепно сконструированным и безупречно выполненным. Это наследник и ученик старой школы, в которой не училось поколение зумеров. Памятник британской автомобильной архитектуры.
Неудивительно, что после дебюта на Женевском автосалоне в 2007 году он моментально стал коллекционной ценностью. Ручная сборка привела к тому, что первые покупатели получили свои машины лишь в начале 2008 года, а последние — аж в 2011. Впрочем, это никак не повлияло на оглушительный рыночный успех великолепной машины.
И куда же поехать на машине, которая так смело заявляет: «Я чертовски богат»? Это просто: в Художественный музей Гранд-Рапидс, где представлено 100 работ Энди Уорхола. Уорхол с радостью и без зазрения совести способствовал распространению славы богатых знаменитостей, одновременно поклоняясь собору, которым является Манхэттенский банк Чейз. «Здорово покупать друзей, — говорил он. — Я не думаю, что есть что-то плохое в том, чтобы иметь много денег и привлекать ими людей. Посмотрите, кого вы привлекаете — всех!
В 2010 году компания Bentley представила книгу, посвящённую истории модели, которая так и называлась — The Bentley Brooklands. Покупатели книги, как правило, выбирали цвет кожаной обложки таким же, как интерьер их собственного Bentley — благо такая возможность имелась. Свой выбор также можно было подчеркнуть специальным набором чемоданов Asprey, а также лимитированным хронографом.
Увы, славное прошлое Bentley не получило продолжения в настоящем. Купе Continental GT — это другое, а Brooklands — чистая классика британского люкса в его самом изысканном воплощении. Аудиосистема Naim, сиденья с массажем и памятью положений, бесконечный список опций — ничто не мешало этому автомобилю быть наследием той самой эпохи, когда за рулём такой машины могли встречаться исключительно британские джентльмены. Которые и воплощали те самые вечные ценности, за которые в мире так уважают автомобили Bentley.
Как сказал Уорхол, «Зарабатывать деньги — это искусство, работать — это искусство, а хороший бизнес — это лучшее искусство».
Как думаете, такие автомобили, как Bentley Brooklands, — это вершина инженерной мысли или просто дань традициям, за которую переплачивают?