Расплата через 30 лет: история ветерана, который нашел предателя в мирной жизни ( 3 фото )

Декабрь 1973 года. В городке Ярцево Смоленской области на почте царила предновогодняя суета. Клим Яковлевич Соболев пришел отправить телеграмму родным. В очереди его взгляд упал на лицо, которое невозможно забыть. Та же глумливая улыбка и холодный взгляд.

В лагере этого человека звали Мишка Лютарь. Предатель и каратель, который прыгал на головах обессиленных пленных, пока те не умирали. Он лично отбирал девушек для немецких солдат, а затем расстреливал их как живые мишени.

Клим выскользнул из отделения, дождался, когда Лютарь выйдет, и проследил до дома. В голове пульсировала одна мысль: теперь он не уйдет.

Ярцево, 1941-й

Август 1941 года. Смоленское сражение. Третий батальон 29-го полка 38-й стрелковой дивизии истекал кровью. Молодой боец Клим Соболев держал оборону родного города. Ярцево восемь раз переходило из рук в руки.

Немцы зажимали город в клещи. Для отхода оставался лишь узкий коридор — Соловьева переправа через Днепр. Клим отстал от своей части и прибился к группе окруженцев. С ними шел молоденький лейтенант, уже никем не командовавший, и еще один боец — Михаил Сергиенко.

Сразу не понравился он Климу. Чем хуже шли дела у отряда, тем шире становилась улыбка Сергиенко. Тем чаще он исчезал в деревнях якобы «найти пожрать». Когда умер один из раненых, он сразу полез обшаривать еще не остывшее тело. На недоуменные вопросы отвечал: «Мертвецу вещи не нужны, а нам пригодятся».

Предательство

Когда бойцы стали рыть могилу, чтобы похоронить товарища, Сергиенко снова улизнул. Вернулся не один, а с немцами.

Тех, кто схватился за оружие, убили на месте. Остальных избили прикладами. Сергиенко тут же указал на лейтенанта: «Это комиссар!» — и жестами попросил у немецкого офицера разрешения связать его. Тот позволил, но даже фашистов удивила жестокость предателя, который связал лейтенанта и стал топтать его ногами, норовя ударить сапогом в лицо. Немцам пришлось оттаскивать его.

Пленных погнали к дороге. Сергиенко, брызгая слюной, орал, что наконец-то «вашу вшивую РККА разгромили». Бил товарищей, смеялся и говорил, что он один знает себе цену.

Лютарь

Клим попал в лагерь в Ярцеве. Через три месяца он понял: из тех, кого взяли в плен вместе с ним, он единственный остался в живых.

В лагере заправляли капо — нацистские холуи. Командиром над ними был уже знакомый Сергиенко. Он требовал уважительного обращения — чтобы его звали Серго. Но пленные за глаза называли его Мишка Лютарь.

Лютарь действительно лютовал. Избивал за косой взгляд, за «недостаточно радостное» выражение лица, а то и просто для развлечения. Даже фашисты удивлялись его жестокости.

У него было любимое «наказание для ленивых». Тех, кто уже не мог работать от истощения, охрана валила на землю. Лютарь прыгал у бедняги на голове, пока та не лопалась. Потом уходил довольный.

Ходили слухи: он лично ездил по деревням, отбирал для фашистов самых красивых девушек. После того как немцам они надоедали, их отдавали Лютарю и его помощникам. Те в живых не оставляли.

Хвастался Лютарь, что не раз его забрасывали в советские тылы, где он выводил отряды красноармейцев на засады фашистов.

Клим выжил только потому, что очень хотел отомстить.

Побег

Весной 1943 года на разгрузке вагонов Соболев попался на глаза Лютарю. Тот узнал его и пообещал расправиться. Но вскоре в лагерь приехали рекрутеры из армии Власова, и Сергиенко записался в РОА одним из первых.

В конце лета 1943-го пленных погнали на запад. Во время сильного ливня Клим сумел залечь в канаву и зарыться в грязь, отстав от колонны.

Он был истощен и почти не мог ходить. Из-за авитаминоза ничего не видел в сумерках, ноги покрылись язвами. Несколько раз пытался перейти линию фронта, но безуспешно.

Его подобрала и несколько недель выхаживала местная женщина. Когда линия фронта откатилась на запад, а Клим смог встать на ноги, он пошел в комендатуру и рассказал о себе все.

Дальше были фильтрационный лагерь, госпиталь и возвращение в строй.

Он воевал до конца войны. Освобождал Белоруссию и Прибалтику. Закончил в Восточной Пруссии. Орден Славы II степени, Орден Отечественной войны, медаль «За отвагу», медали за взятие городов.

Всю войну мечтал встретить Лютаря, но не довелось.

1973-й

После войны Клим вернулся в Ярцево. В начале 1970-х там началась большая стройка — возводили завод АМО «ЗИЛ», и со всей страны съехались специалисты.

В декабре 1973-го на почте он увидел его. Та же ухмылка, тот же взгляд.

Внутри зашевелился животный ужас — тот самый, что он испытывал в лагере. Клим выскользнул из отделения, дождался и проследил до дома.

Чтобы выследить предателя, он взял больничный, упросив врача и пожертвовав ей драгоценные новогодние мандарины и палку дорогой колбасы.

Лютарь жил под фамилией Качесов. Специалист, приехавший на стройку, снимал квартиру на окраине.

Мысль пойти в милицию Клим отбросил. Опознать предателя, кроме него, было некому. Слово ветерана против слова заезжего специалиста — еще неизвестно, кому поверят.

«Это дело только мое и тех, кого он убил», — решил он.

Неделю выслеживал, узнал расписание. В один из вечеров догнал в темном переулке и окликнул.

— Гражданин Сергиенко?

Тот обернулся, опешил. Губы скривились в знакомой улыбке.

— Вы обознались. Моя фамилия Качесов.

Нож вошел в живот. Ладонь зажала рот.

— Привет тебе от красноармейцев ярцевского лагеря!

Орудие Соболев утопил в реке той же ночью. Вскоре он навсегда уехал из родного города и осел в Зеленограде.

В 1995 году он рассказал эту историю московскому журналисту. Знал, что для таких признаний еще не время, и просил изменить фамилии — срок давности не прошел.

Клим Яковлевич Соболев. Солдат, верный присяге и совести. Человек, чья война закончилась только в декабре 1973-го.

Поступок ветерана — это справедливое возмездие за годы страданий или самосуд, который не должен остаться безнаказанным?