Женская тайна и утончённая красота на полароидных снимках Джан Паоло Барбьери ( 17 фото )
Полароидные снимки Джан Паоло Барбьери, несмотря на своё «простое», как для профессиональной фотографии происхождение, не оставляют равнодушным никого – классическая на первый взгляд модельная съёмка не создаёт впечатление напыщенной серьёзности, наоборот, большинство снимков выглядят живыми и лёгкими, при этом сохраняя метафоричную двусмысленность.
По мнению Барбьери, каждая женщина скрывает в себе секрет, который не может быть разгадан и поэтому фотографу дано право беззастенчиво манипулировать этой тайной, ведь секрет этот – есть залог существования женщины и если бы кому-нибудь было под силу его разгадать, то она бы просто исчезла, растворилась в воздухе. От гламурного модельного позирования Барбьери переходит к «фотоэкранизации» статуи Венеры Милосской, а следом легко сдвигается в сторону фривольно-романтической эротики. При этом привычные женственность и соблазнительность здесь – не более, чем дань жанру, ведь фотограф оперирует более тонкими материями: не сексуальностью, но чувственностью, не постановочностью, но театральностью. В последнем случае сказалось сотрудничество на заре карьеры с великими итальянскими кинематографистами Федерико Феллини и Лусино Висконти, оказавшими большое влияние на будущего мастера. Вообще тема кино долго находила отражение в творчестве Барбьери, буквально воссоздававшего на своих фото кадры культовых кинолент и охотно снимая кинозвёзд: Софи Лорен, Одри Хепберн, Монику Беллуччи и других.
Такой нестандартный подход обеспечил в своё время фотохудожника работой с крупнейшими модными домами: Valentino, Armani, Versace, Gianfranco Ferré. Однако Барбьери не остановился на этом, не стал «карманным» творцом на поводке миллионных контрактов; всю жизнь он продолжал творческие поиски. Не отбрасывая врождённой искушённости и приобретённого профессионализма, мастер искал наиболее выразительные средства для воплощения своего видения. Именно так Барбьери и пришёл к мгновенной профессиональной фотографии непрофессиональной техникой, почти за полвека до появления Instagram и других подобных сервисов. Помимо этого, мастер снимал природу и жителей Мадагаскара, экспериментировал с фотонатюрмортами etc.
Барбьери за продолжительную творческую карьеру получил ряд престижных премий: Biancamano, как лучший итальянский фотограф, был назван в числе четырнадцати лучших фотографов моды в мире немецким журналом Stern. На счету Барбьери более пятнадцати личных изданий, его работы находятся во многих музеях мира, таких как Музей Виктории и Альберта в Лондоне, Палаццо Реале в Милане, Институте изящных искусств в Миннеаполисе и др.
Линн Кестер, Милан, 1991.
Даниэла Гионе.
Даниэла Гионе, Милан, 1986.
Фелиситас Бох, Милан, 1982.
Моника Беллуччи, Милан, 2000.
Линн Кестер.
Мариса Беренсон для Карло Тивиоли, Милан, 1999.
Неореализм, Милан, 2000.
Татьяна, Милан, 2004.
Катрин Нойес, Милан, 1986.
Моника Беллуччи, Милан, 2000.
Неореализм, Милан, 2000.
Милан, 1999.
Верушка для Вивьен Вествуд, Лондон, 1997.
Линн Кестер, Милан, 1991.
Моника Беллуччи, 2000.
По мнению Барбьери, каждая женщина скрывает в себе секрет, который не может быть разгадан и поэтому фотографу дано право беззастенчиво манипулировать этой тайной, ведь секрет этот – есть залог существования женщины и если бы кому-нибудь было под силу его разгадать, то она бы просто исчезла, растворилась в воздухе. От гламурного модельного позирования Барбьери переходит к «фотоэкранизации» статуи Венеры Милосской, а следом легко сдвигается в сторону фривольно-романтической эротики. При этом привычные женственность и соблазнительность здесь – не более, чем дань жанру, ведь фотограф оперирует более тонкими материями: не сексуальностью, но чувственностью, не постановочностью, но театральностью. В последнем случае сказалось сотрудничество на заре карьеры с великими итальянскими кинематографистами Федерико Феллини и Лусино Висконти, оказавшими большое влияние на будущего мастера. Вообще тема кино долго находила отражение в творчестве Барбьери, буквально воссоздававшего на своих фото кадры культовых кинолент и охотно снимая кинозвёзд: Софи Лорен, Одри Хепберн, Монику Беллуччи и других.
Такой нестандартный подход обеспечил в своё время фотохудожника работой с крупнейшими модными домами: Valentino, Armani, Versace, Gianfranco Ferré. Однако Барбьери не остановился на этом, не стал «карманным» творцом на поводке миллионных контрактов; всю жизнь он продолжал творческие поиски. Не отбрасывая врождённой искушённости и приобретённого профессионализма, мастер искал наиболее выразительные средства для воплощения своего видения. Именно так Барбьери и пришёл к мгновенной профессиональной фотографии непрофессиональной техникой, почти за полвека до появления Instagram и других подобных сервисов. Помимо этого, мастер снимал природу и жителей Мадагаскара, экспериментировал с фотонатюрмортами etc.
Барбьери за продолжительную творческую карьеру получил ряд престижных премий: Biancamano, как лучший итальянский фотограф, был назван в числе четырнадцати лучших фотографов моды в мире немецким журналом Stern. На счету Барбьери более пятнадцати личных изданий, его работы находятся во многих музеях мира, таких как Музей Виктории и Альберта в Лондоне, Палаццо Реале в Милане, Институте изящных искусств в Миннеаполисе и др.
Линн Кестер, Милан, 1991.
Даниэла Гионе.
Даниэла Гионе, Милан, 1986.
Фелиситас Бох, Милан, 1982.
Моника Беллуччи, Милан, 2000.
Линн Кестер.
Мариса Беренсон для Карло Тивиоли, Милан, 1999.
Неореализм, Милан, 2000.
Татьяна, Милан, 2004.
Катрин Нойес, Милан, 1986.
Моника Беллуччи, Милан, 2000.
Неореализм, Милан, 2000.
Милан, 1999.
Верушка для Вивьен Вествуд, Лондон, 1997.
Линн Кестер, Милан, 1991.
Моника Беллуччи, 2000.