116 метров вглубь и ни капли ( 10 фото )

В 1828 году ссыльный декабрист и литератор Александр Бестужев-Марлинский отправил из Якутска письмо, в котором рассказал о местном жителе, затеявшем рытьё колодца. К тому моменту было пройдено около 15 метров, а вода так и не появилась. Бестужев предположил, что её там не будет никогда.

Этим человеком был Фёдор Шергин. Он решил выкопать колодец во дворе собственного дома, чтобы обеспечить себя хорошей водой. В итоге его творение стало самым глубоким рукотворным колодцем на территории России.

Почему в Якутске не было колодцев

Город расположен на Лене, однако с питьевой водой здесь всегда была беда. Литератор Николай Щукин, зимовавший в Якутске в начале 1830-х, поражался: неподалёку течёт одна из крупнейших рек планеты, а жители страдают от жажды и летом, и зимой. Чистая вода по главному руслу находилась более чем в двух километрах от домов, а ближние протоки были мутными и грязными.

Попытки копать колодцы предпринимались ещё в XVII веке. Казак Яков Светогоров потратил 4 месяца и углубился примерно на 28 метров в сплошную мерзлоту.

Якутский воевода отправил царям донесение, что колодец в городе сделать «некоими мерами нельзя»: летом земля оттаивает лишь на полтора аршина, чуть больше метра, а глубже она всегда мёрзлая. До XIX века о новых попытках сведений не сохранилось.

Шергин прибыл в Якутск, чтобы возглавить контору Российско-Американской компании, торговавшей мехами и управлявшей русскими владениями на Аляске. Купец был родом из Великого Устюга, а перед Якутском несколько лет прожил в Качуге, в верховьях Лены.

Там местные крестьяне умели пробивать мёрзлый слой и добираться до чистой воды, и Шергин наблюдал это лично. О том, что под Якутском земля промёрзшая круглый год, купец знал. Он рассчитывал, что и здесь мерзлоту удастся пройти насквозь.

Как рыли мёрзлую землю

Колодец заложили во дворе купеческого дома, квадратом примерно 2,5 на 2,5 метра. Грунт брали «пожогом»: над ямой разводили костёр, а оттаявшую землю рабочие выбирали вручную, лопатами и долотами. За первый год удалось углубиться почти на 13 метров, за следующий — лишь на 6.

В летний период внизу скапливался воздух: от костров накапливался углекислый газ, и дышать становилось тяжело. В мороз тяжёлый холодный воздух сам опускался в ствол и вытеснял наружу спёртый, поэтому копать начали только зимой.

Горожане подходили к яме с опаской: по якутским поверьям, в глубине обитали злые духи абасы. За все годы работ в колодце никто не пострадал.

Немецкий физик Адольф Эрман, проезжавший через Якутск в кругосветном путешествии, весной 1829 года замерил температуру на дне ямы. На глубине 15 метров термометр показал -7,5.

Согласно расчётам Эрмана, мёрзлая земля должна была простираться как минимум до 600 футов, это около 183 метров, и только глубже следовало ожидать воду.

Врангель и деньги компании

Шергин был готов отказаться от затеи: воды не было, а каждый новый метр обходился всё дороже. Удержал его барон Фердинанд Врангель, полярный исследователь, назначенный главным правителем Русской Америки, то есть русской Аляски.

Барон гостил у купца и заинтересовался его ямой. Он уговорил хозяина не прекращать работу и продолжать её уже как научный опыт. Расходы, по его обещанию, должна была взять на себя Российско-Американская компания.

Компания действительно платила: несколько сезонов подряд она финансировала работы, а Шергин отправлял в петербургскую дирекцию отчёты. С каждым новым метром он проверял, насколько холодна порода, ежедневно фиксировал температуру воздуха у себя во дворе, получал из Академии наук приборы с инструкциями и посылал туда образцы грунта. После письма Щукина о якутском колодце написали российские и европейские газеты.

Последний сезон, оплаченный компанией, довёл ствол до 93,3 метра. Врангель к тому времени покинул Аляску и вернулся в Европу, и из Петербурга перестали поступать распоряжения о дальнейших работах.

О том, что барон обещал купцу, в правлении компании никто не знал. Шергин продолжал копать на собственные средства.

116 метров за свой счёт

В 1837 году купец сообщил в Петербург, что довёл колодец до 116,4 метра. Его собственные замеры показали, что и на дне грунт оставался ниже нуля. Возле колодца сейчас стоит девятиэтажка: по глубине шергинский ствол равен 4 таким домам, поставленным друг на друга.

К письму Шергин приложил счёт на 1362 рубля 50 копеек. Платить не стал никто: ни компания, ни Академия наук, хотя доклады о колодце там заслушивали. Зато президент Академии похлопотал перед Николаем I, и император пожаловал Шергину золотую медаль и перстень с бриллиантом.

В том же году ствол до отметки 52 метра обшили лиственничным срубом. Самого Шергина компания вскоре уволила. Он вернулся на родину, в Великий Устюг, и прожил там недолго.

Где на самом деле была вода

28-летний естествоиспытатель Александр Миддендорф приехал в Якутск в 1844 году, уже после отъезда Шергина. Подготовка к замерам заняла 7 недель: столько потребовалось, чтобы насверлить в стенах ствола отверстия под термометры.

В наблюдениях ему помогали местные краеведы, купец Неверов и учитель Давыдов, тот самый, что потом сочинил песню «Славное море, священный Байкал».

Записав, на сколько теплеет порода с каждым метром вниз, Миддендорф первым рассчитал, где под Якутском кончается мерзлота: на глубине 187-204 метра. Учёные XX века уточнили цифру до 210-214 метров, так что Шергин прошёл чуть больше половины пути.

Сомнения в том, что вечная мерзлота вообще существует, после этих замеров отпали. В 30-х годах XX века со дна ствола пробурили скважину ещё примерно на 24 метра, почти до 140 метров. Воды не было и там.

При советской власти обеспечение Якутска водой стало одной из главных задач. В 1932 году на поиски подземных вод выделили 2 млн рублей, и учёные ждали водоносный слой ниже мерзлоты, на глубине от 220 до 350 метров.

Первую разведочную скважину пришлось бросить на 80 метрах: горячий буровой раствор растопил мёрзлые стенки, и они обвалились. Следующая дошла до 500 метров, но замёрзла раньше, чем из неё начали качать воду, и её разбуривали заново.

Наконец в центре города пробурили скважину на 600 метров. В 1947 году она начала давать 500 кубометров воды в сутки. Впервые жители Якутска получили воду из-под мерзлоты, и случилось это через 110 лет после того, как Шергин отправил в Петербург свой счёт.

В 2009 году трое исследователей решились спуститься на дно шергинского колодца. Ствол затянуло льдом, и на пути вниз сначала пришлось раздолбить ледяную пробку в 10 метров.

На улице стоял мороз -20, а на дне термометр показал -1,3. Внизу не хватает воздуха, поэтому с собой взяли кислородные баллоны.

Людей вниз больше не пускают, это опасно. Температуру мерзлоты в колодце снимают электронные датчики, и цифры уходят в якутский Институт мерзлотоведения.

А среди якутян ходит легенда, будто на дне колодца так и остались царская медаль и перстень Шергина.

Шергин потратил состояние и полжизни на колодец без воды — это упорство достойное восхищения или обычное упрямство, граничащее с безумием?