Красный внизу, зелёный сверху: забытая логика советских светофоров ( 7 фото )
В старых выпусках «Дяди Стёпы» с иллюстрациями Аминадава Каневского можно заметить странную деталь: светофор изображён перевёрнутым — красный глаз внизу, а зелёный наверху.
Это не ошибка художника. Именно так выглядели уличные регулировщики на советских перекрёстках почти три десятилетия. Когда порядок огней изменили, иллюстрацию для новых тиражей книги перерисовали.
Первым в стране светофор получил Ленинград в 1930 году — его установили на пересечении Невского проспекта и Литейного. 
Москва обзавелась своим аппаратом в конце того же года, разместив его на Петровке у Кузнецкого моста. Столичное устройство совершенно не походило на привычный трёхглазый ящик — оно напоминало часы.
Диск делился на цветные секторы: сверху зелёный, снизу красный, по бокам два жёлтых, а стрелка обходила их с равномерной скоростью.
Позже на смену циферблатам пришли светофоры американского типа с тремя лампами. В Москве разрешающий сигнал остался на прежнем месте — над красным, а порой он светил не зелёным, а синим.
Единого порядка не придерживались даже две столицы: в Ленинграде зелёный горел внизу. 
Почему на железной дороге красный до сих пор внизу
Красный и зелёный пришли на улицы с рельсов. Первый уличный светофор зажёгся в Лондоне в 1868 году возле здания парламента — его создал Джон Найт, до этого работавший с железнодорожными семафорами.
Днём на столбе поворачивались семафорные стрелки, а с наступлением темноты зажигали газовый фонарь и вращали его, показывая то красный, то зелёный свет.
На железнодорожном семафоре путь открывало крыло, поднятое под углом, а закрывало — лежащее горизонтально, то есть ниже.
Электрические светофоры унаследовали эту логику, и на путях зелёный по сей день горит над красным. Машинисту так даже удобнее: из кабины лучше всего виден нижний фонарь, а верхний в яркий солнечный день теряется в лучах.
В чём отличие дороги
Водителю, как и машинисту, запрещающий сигнал нужно заметить как можно раньше, только на дороге раньше всего виден верхний огонь. Он показывается первым, когда машина выезжает на гребень подъёма, и его труднее заслонить автобусу или грузовику, который едет впереди.
Если водитель поздно заметит зелёный, он потеряет секунду на старте. Если поздно заметит красный, может не успеть остановиться. Поэтому самое заметное место отдали красному. 
В горизонтальном светофоре красный ставят на тот край, что обращён к середине дороги. В России это левый край. В Японии, где ездят по левой стороне, всё зеркально: красный горит справа, а зелёный слева.
Вторая причина — люди, которые путают красный с зелёным: таких от 5 до 9% мужчин, в одних США около 13 млн человек. Им светофор подсказывает не цветом, а местом: горит верхний — стой, нижний — езжай. Подсказка работает, только если порядок везде одинаковый.
В канадском Квебеке, где светофоры вешают горизонтально, огням дали ещё и разную форму: зелёный оставался круглым, жёлтый делали ромбом, а красный квадратом. На некоторых перекрёстках красных квадратов ставили сразу два, слева и справа. 
Как договаривались о едином порядке
В Америке 20-х порядок огней каждый производитель выбирал сам. У маленьких городков самым ходовым был подвесной светофор фирмы «Дарли»: ящик на 4 стороны, в котором на каждый ярус приходилось всего по 1 лампе.
Верхняя лампа светила сразу во все стороны, поэтому на главную улицу она смотрела через красное стекло, а на поперечную — через зелёное. Нижняя наоборот.
На одном и том же перекрёстке водитель с главной улицы видел красный наверху, а тот, кто подъезжал сбоку, — внизу. Зато вместо 12 ламп хватало 3, а механизм переключения помещался прямо в днище, и отдельный шкаф на углу был не нужен.
Перекрёсток с таким светофором обходился городу более чем вдвое дешевле. Продали их тысячи, и во многих городках они провисели до 60-х.
Американские городские инженеры ещё в 1927 году рекомендовали ставить красный наверх, но обязательным для всех это стало только в 50-х. Международный порядок закрепили в 1949 году на конференции в Женеве, где приняли протокол о дорожных знаках и сигналах.
Советская делегация его подписывать не стала, и СССР присоединился к нему лишь через 10 лет. В 1959-м советские светофоры перевернули, и в том же году в стране впервые появились общие для всех правила движения. 
Сегодня то же требование записано в Венской конвенции: если огни идут столбиком, красному положено быть наверху, а жёлтому — между ним и зелёным.
Перекрёсток, на котором зелёный до сих пор горит сверху
Квартал Типперэри-Хилл в американском Сиракьюсе, штат Нью-Йорк, ещё в XIX веке заселили выходцы из Ирландии. На его главном перекрёстке в 1925 году повесили обычный светофор, красный над зелёным.
Местные увидели в этом обиду: красный считался цветом Британии, зелёный — Ирландии. Мальчишки от 11 до 17 лет принялись бить красное стекло камнями, которые в квартале называли «ирландским конфетти». Стекло меняли, его разбивали снова.
Депутат городского совета от этого квартала Джон Райан уговорил власти повесить светофор зелёным вверх. Вмешался штат и потребовал вернуть всё как было, потому что перевёрнутый светофор собьёт с толку водителей, которые не различают цвета.
Светофор перевесили, и красные стёкла снова стали бить. В День святого Патрика 1928 года городской чиновник встретился с жителями, услышал, что бить будут и дальше, и город сдался.
С тех пор это единственный в США светофор, на котором зелёный горит над красным. Бумаг 20-х годов об этой истории найти не удалось, она держится на рассказах старожилов. 
В 1997 году на месте снесённого по соседству здания разбили сквер и поставили скульптуру ирландской семьи: отец указывает семье на светофор, а из заднего кармана у сына выглядывает рогатка.
Один из тех мальчишек, Патрик Корбетт, позже стал шерифом округа и своего участия так и не признал. А накануне каждого Дня святого Патрика кто-то рисует под светофором зелёный трилистник.
Если бы вы жили в Сиракьюсе в 1928 году — поддержали бы ирландцев, ломающих красные стёкла, или встали бы на сторону властей, требующих единого стандарта ради безопасности?