Научное кино вне формата: как ФАНК меняет взгляд на документалистику ( 5 фото )
Создательницы одного из самых масштабных проектов в сфере научной документалистики поделились опытом организации показов по всей стране, секретами взаимодействия с учёными и размышлениями о будущем жанра.
Ирина Белых и Арина Пушкина объясняют, как выстроить работу крупного фестиваля, соединить мир режиссёров и исследователей и удержать внимание зрителя при обсуждении сложных тем.
Ирина Белых и Арина Пушкина
В эпоху коротких роликов и быстрого потребления контента возникает вопрос: зачем современному зрителю тратить полтора часа на сложный документальный фильм?
Ирина Белых отмечает, что для неё это всегда удовольствие. Каждый просмотр приносит новые открытия, позволяет наблюдать за взаимодействием знания и творчества, анализировать авторские приёмы, которые делают сложный материал доступным, но не упрощённым. Хорошая научная лента не требует предварительной подготовки, она сама разжигает интерес. Если после сеанса появляется желание изучить тему подробнее — картина удалась.
Арина Пушкина признаётся, что полнометражный фильм всегда требует определённых усилий, ведь привычнее встречаться с уже знакомыми героями сериалов. Научно-популярное кино — это ещё большее вовлечение. Вероятность просмотра значительно возрастает, если речь идёт об офлайн-событии, а дополнительным стимулом становится последующее обсуждение.
Впрочем, уже во время просмотра возникает то самое приятное чувство от открытия нового — человека, судьбы или научного факта. В качестве примера приводится фильм «Однажды в Ленинграде» из программы текущего года. История советского режиссёра Клушанцева, который создал настолько реалистичную модель ракеты по собственным расчётам, что её запретили показывать, поражает воображение.
Путешествуя по крупнейшим научпоп-фестивалям мира, организаторы наблюдали разные портреты аудитории. В Чехии залы заполняла молодёжь, во Франции приходили семьями с детьми и люди старшего поколения, в Иране основными гостями были школьники, в Австрии — снова семьи и пожилые зрители. На датском CPH:DOX научную программу смотрели профессионалы индустрии. При этом ФАНК благодаря проекту «Дни научного кино» остаётся крупнейшим научно-популярным смотром в мире, а зарубежные коллеги не раз пытались перенять эту модель.
Удивительно, но такая масштабная инфраструктура была создана без серьёзного государственного финансирования. Отчасти сыграл роль удачный момент: научные коммуникации в стране только формировались, существовали гранты и запрос от публики. Это обеспечило стремительный рост, хотя ядро команды всегда оставалось небольшим.
Ставка была сделана на локальных организаторов, которые самостоятельно проводили показы. Центральная команда сосредоточилась на создании инфраструктуры: разработала сайт с личным кабинетом, где можно было выбирать фильмы, регистрировать сеансы и сдавать отчёты. Партнёрам предоставлялись готовые макеты, тексты и изображения, чтобы те могли сконцентрироваться на работе со зрителями.
Были и сложные периоды, когда «Дни научного кино» проводились фактически за свой счёт. Однако вера в проект и желание организаторов возвращаться помогли преодолеть трудности. За 10 лет существования ФАНК показы прошли более чем в 370 населённых пунктах, собрав свыше 420 тысяч зрителей.
Отбор картин для программы — процесс, основанный на вкусе, личном опыте и ощущении трендов. Технически действует двойной контроль: отборочный комитет из кинематографистов оценивает драматургию, операторскую работу, монтаж и звук, а экспертный совет из учёных проверяет достоверность фактов. Если раньше в программу включались только полнометражные ленты, то теперь добавились короткий и средний метры, которые неожиданно стали хитами. Собственные альманахи также пользуются спросом — выпущено уже три сборника, готовится четвёртый. Зрители хотят пробовать науку небольшими порциями.
Запущенная в 2022 году Лаборатория научного кино решила непростую задачу — соединить учёных и режиссёров. Секрет кроется в подготовке: исследователям помогли представить свои работы так, чтобы за короткую встречу кинематографист мог уловить суть и заинтересоваться. Этот навык оттачивался годами общения с зарубежными продюсерами. Отношение режиссёра к герою строится на искреннем восхищении и желании понять, даже не будучи специалистом. Процесс напоминает поэтический перевод: сначала нужно осмыслить автора и его мотивацию, а затем перевести это в другую систему образов.
После коротких встреч участники выбирали, с кем им комфортно и интересно продолжать работу, и выборы часто совпадали. Так появился короткометражный фильм «Служба солнца». Однако не всегда контакт возникает сразу — это нормальный процесс. В этом году работа над фильмом о математике «Как я перестала беспокоиться и полюбила математику» не заладилась с первоначальным режиссёром. Ситуацию обсудили со всеми участниками и пригласили Дениса Соколова, чьё первое образование в Физтехе помогло блестяще справиться с задачей.
Говоря о национальных особенностях кинематографа, можно заметить, что раньше различия были более явными. В СССР научпоп служил инструментом пропаганды, но именно из этой среды вырастали новаторские, авангардные высказывания. Сегодня общий тренд — фокус на социальной значимости науки, а не на упрощении материала. Авторы подталкивают зрителя самостоятельно захотеть разобраться в вопросе.
Тематически американские картины чаще обращаются к технологиям и их влиянию на общество, скандинавские — к внутреннему миру, сознанию и психологии. В целом наибольший интерес вызывают медицина, мозг, космос.
Бюджет, пожалуй, главное отличие кино из разных стран. То, что российские режиссёры снимают за три миллиона рублей, за рубежом потребует тридцати. Это ограничивает масштаб съёмок и возможности работы в разных точках мира. Зато иностранные авторы смелее в экспериментах: они не боятся отходить от строгих научных тем и снимают фильмы о встречах и диалогах учёных без чёткого посыла. Примером служит картина Observer, где разные исследователи смотрят на мир через красную рамку и делятся впечатлениями. Подобный концепт было бы сложнее реализовать в России.
В конце августа выходит альманах о коренных малочисленных народах России. Это намеренный шаг — организаторы не хотят замыкаться только на естественных науках. Антропология, культура, сохранение идентичности — это тоже исследование мира. Важно показывать, что наука бывает разной: не только формулы и микроскопы, но и живой человек в центре внимания. В альманах вошли пять документальных лент об удэгейцах, эвенках, абазинах, шапсугах и эвенах. Через личные истории героев раскрываются вопросы сохранения языка, семейной памяти, традиций и связи с местом, а также то, как разные поколения определяют свою принадлежность народу.
Идея проекта родилась после знакомства с материалами о голендрах и ингерманландцах — народах, о которых мало кто слышал. Истории оказались невероятно интересными, но практически не попадали в информационное поле, и возникло желание рассказать о них широкой аудитории.
Бэкстейдж со съёмок фильма «Хэвэк» для альманаха о коренных малочисленных народах России «Многоголосие»
Ценность живых встреч, общего зала и разделённых эмоций будет только расти. Кинотеатр даёт ту самую магию соприсутствия, которую не заменит ни один алгоритм. Зрители приходят на «Дни научного кино», остаются после показов, задают вопросы, спорят и благодарят. Именно человеческий контакт является главной целью.
Цифровая среда, в свою очередь, открывает доступ к контенту для тех, кто не может добраться до кинотеатра. В этом году запущена платформа ДНК Онлайн с бесплатными фильмами и лекциями учёных, чтобы больше людей могли прикоснуться к науке.
В планах на этот год — большой фестиваль в Норильске. Последние несколько лет проводился только московский ФАНК, и организаторы соскучились по поездкам по стране. Это одни из самых тёплых воспоминаний: знакомство с новыми городами, архитектурой, историей и местными ритмами. Особое удовольствие — видеть отклик жителей, которые подходят после показов, спорят и задают вопросы. Норильск станет вызовом: это первый полномасштабный городской фестиваль с момента пандемии, но прежде всего — возможность снова встретиться с живой аудиторией.
Среди неохваченных направлений — игровое кино о науке и учёных. Документалисты тонко чувствуют повестку, но художественное осмысление могло бы открыть науку с новой стороны.
В качестве вдохновляющего примера приводится проект лаборатории Cinelan — серия Focus Forward: Short Films, Big Ideas, где оскароносные режиссёры создавали короткометражки об идеях и технологиях, изменивших мир. Было бы интересно реализовать подобную совместную лабораторию, где рождаются маленькие фильмы о больших смыслах. Также любопытно заглянуть в прошлое и увидеть, как работали мастера Павел Клушанцев, Владимир Кобрин, Лана Райтбурт — как выстраивали отношения с героями, погружались в тему и работали с консультантами. Это целая школа, которая почти не оставила после себя методичек.
Среди рекомендуемых к просмотру картин — «Озеро Восток. Хребет безумия» Екатерины Ерёменко. Фильм, снятый много лет назад, остаётся эталоном: великое открытие подлёдного озера, настоящая драматургия событий и уникальная атмосфера.
«Плот» — фильм-провокация об эксперименте по изучению истоков агрессии. Учёный собрал в морское путешествие команду людей с противоположными взглядами по полу, религии и расе, лишив их личного пространства на долгие недели. Агрессии не случилось, и тогда исследователь решил, что требуется его личное включение в процесс. Чем закончилась эта история — нужно увидеть своими глазами.
«Гонка на вымирание» — настоящий тандем учёных и художников. Фильм рассказывает о вымирающих животных и арт-проекте, в рамках которого их изображения и записи голосов последних представителей видов проецировались на небоскрёбы Нью-Йорка. Финальные кадры этой ленты не оставляют равнодушным — это одна из самых эмоционально сильных работ в программе.
Способно ли документальное кино о науке конкурировать с развлекательным контентом за внимание массового зрителя, или оно навсегда останется нишевым продуктом?