Мейерхольд.фест: авангард возвращается на сцену ( 10 фото )
С 5 по 13 сентября в столице пройдёт первый российский фестиваль авангардного театра Мейерхольд.фест, организованный Театром современной драматургии. Мероприятие посвящено наследию Всеволода Мейерхольда — реформатора, изменившего язык сцены. Тринадцать независимых коллективов готовы продемонстрировать: экспериментальное искусство живо, а пытливому зрителю есть на что посмотреть.
Когда привычный мир рушится: психотерапия сценой
Ключевой нерв фестиваля — постановки, исследующие человека в моменты столкновения со страстями и экзистенциальными вопросами. Где пролегает граница между интимным и универсальным, между нормой и безумием, между изоляцией и поиском смысла? Каждая работа предлагает собственный ответ на эти эмоционально заряженные вызовы.
«Поцелуй со вкусом суздальской медовухи» от Независимого театра ТЭТ открывает программу и по атмосфере напоминает сеанс групповой терапии. Героиня Алиса после болезненного расставания пытается заново выстроить жизнь. Интереснейшая деталь: роль Алисы исполняют сразу несколько актрис. Каждая переживает утрату через собственный опыт, превращая историю в универсальную карту возвращения к себе. Сценическое действо наполнено живой музыкой панк-группы «Что ты делаешь?!?!?!!» и стихами Валеры Ленской — авторы определяют жанр как «спектакль-терапия».
Сцена из спектакля «Поцелуй со вкусом суздальской медовухи»
«Паралич» (работа выпускников мастерской А. Э. Нордштрема) отталкивается от прозы Джеймса Джойса и исследует состояние, при котором жизнь словно замирает, а воля к действию атрофируется. Речь идёт не о медицинском диагнозе, а о мире, охваченном всеобщей стагнацией. Постановщики не оставляют зрителя в пучине отчаяния: финал напоминает, что право на самостоятельное решение и достойный поступок сохраняется даже в самой безвыходной ситуации.
Сцена из спектакля «Паралич»
«Монолог» Московского негосударственного театра Валентина Варецкого — ещё одна исповедь, теперь — о неумолимом беге времени. Заслуженный артист России Валентин Варецкий выходит на подмостки, чтобы из фрагментов воспоминаний сложить целостную картину прожитых лет. Жанр заявлен как «фарсовая драма»: в этом калейдоскопе событий соседствуют горькая ирония и пронзительное одиночество. Лейтмотив: остановитесь, примите перемены и полюбите себя, иначе есть риск остаться «пилигримом», никому не нужным в бесконечной гонке.
Сцена из спектакля «Монолог»
«Очень странное место» Театральной лаборатории «КУКЛАБ» — философское погружение в глубины личности. Режиссёры переосмыслили известный сюжет о путешествии девочки в Стране чудес как внутренний маршрут по лабиринтам страхов, привычек и памяти. Здесь нет попытки искоренить «негативные» эмоции — лишь честное наблюдение и безоценочное принятие. Возможно, это одно из самых важных странствий в жизни — без морализаторства, но с глубоким уважением к человеку.
Чудовища внутри и снаружи: Гоголь как зеркало
Ещё одна громкая тема смотра — истории бунтарей, по-своему сопротивляющихся системе, когда она обретает форму… гигантской шинели.
«Шинель» Независимого театрального проекта «Шинель» превращает хрестоматийную повесть Гоголя в мистическую историю с чердачной жутью. В этом мире предметы оживают и начинают диктовать волю людям. Шинель здесь — не просто верхняя одежда, а живое создание, которое растёт, дышит и однажды решает, что способно существовать без владельца. Визуальное решение отсылает к эстетике Тима Бёртона: гротескные костюмы, шаржированные образы и ледяная атмосфера отчуждённого Петербурга. Сквозь мистический флёр звучит ключевая мысль: «Я брат твой» — за любой оболочкой скрывается человек.
Сцена из спектакля «Шинель»
«86 мартобря» Независимого театра «АРХИВ» — ещё одно свидание с Гоголем, столь же безумное и жутковатое. Протагонист Поприщин, точильщик карандашей, проделывает путь от унижений до мнимого испанского трона. Авторы выстраивают мир, где реальность безоговорочно проигрывает фантазии, а музыка становится голосом хаоса. Центральный образ спектакля — разумеется, шинель. Она же — полноценное действующее лицо, вобравшее атрибуты разных эпох и состояний. То она символизирует тревожный, сумбурный мир героя, то является его нежной возлюбленной. Постановка ставит извечный вопрос: кто по-настоящему безумен — индивид или социум?
Сцена из спектакля «86 мартобря»
До и после страшного: смех и воображение как панацея
Значительная часть афиши балансирует на грани комедии и трагедии, провоцируя смех в самых неожиданных местах.
«Очень Смертельная История» театра Blacklist/«Чёрный список» — трагикомедия всего с двумя актёрами, вмещающая целую вселенную переживаний. Герой, потерявший кров и веру, встречает собственную Судьбу. Времени в обрез, и он отчаянно пытается ощутить вкус жизни. Его метания показаны через сплав драмы, клоунады и пантомимы. Постановка строится на контрастах: гротескный хохот сменяется обнажённой уязвимостью, а трюк становится последней попыткой вырваться из замкнутого круга. По словам создателей, это рассказ не о финале, а о том, сколько можно уместить в последние мгновения.
Сцена из спектакля «Очень Смертельная История»
«Лисистрата» Театрального особняка — древнегреческая комедия Аристофана, которой более двух тысячелетий, но звучит она поразительно современно. Женщины решают прекратить войну единственным радикальным способом — сексуальной забастовкой. Действо разворачивается шумно, музыкально, дерзко. Это ода женской воле и свидетельство того, что смех — тоже оружие против стадности.
Сцена из спектакля «Лисистрата»
«Альманах фантастики: Мир полудня / Дневник старшины Михайлова» от Futurist theatre — история, стартующая в конце восьмидесятых на афганской границе. Десантник Михайлов запечатлевает в дневнике павших товарищей не такими, какими они были, а бессмертными космическими десантниками. Черты, близкие этим образам, он находит во вселенной «Звёздных войн» и решает снять собственную космическую сагу вместе с друзьями из Дома культуры. Спектакль о том, как фантазия становится единственным механизмом выживания перед лицом невыносимого.
Игры с классикой: Кафка, Беккет, Джойс, Шекспир и постдраматический гротеск
Финальный аккорд смотра — интерпретации великих текстов в формате авангардного эксперимента.
«Исследование одной собаки» от «Собаки-исследователи» — кафкианская притча на стыке физического театра и драмы. Пёс внутри огромного пушистого храма-декорации (символ убежища, мохнатый приятель и голос подсознания одновременно) отправляется на поиски истины. Глазами зверя непросто разглядеть её, ведь постичь человеческое одиночество, отчуждённость и асоциальность собачьей душе почти не под силу. Это попытка рассмотреть абсурдность нашего бытия сквозь оптику кафкианской притчи, где самый значимый путь — дорога к себе.
Сцена из спектакля «Исследование одной собаки»
«Эндшпиль» Театральной компании братьев Рагимовых переносит зрителя на постапокалиптические просторы, где герои Беккета в ожидании конца разыгрывают своё последнее представление. Шахматный термин в названии подчёркивает фатальность их положения — партия проиграна, однако они продолжают сражение. Это трагикомический абсурд, где диалоги сродни подшучиванию над судьбой, а сценическое действие сведено к минимуму.
«Гамлет» театра Sürguthen — прочтение Шекспира, далёкое от академизма. Постдраматический гротеск труппы тотально вдохновлён традициями мейерхольдовской биомеханики. Спектакль существует на грани балагана и ритуала, игры и яви. Режиссёры смешивают жанры и стили, выводя знакомые сцены за пределы классической трагедии. Это разговор о природе насилия, страха и человеческого выбора в эпоху, ощущающую себя «гамлетовской».
Сцена из спектакля «Гамлет»
Вне сцены: всё, что вы хотели знать про авангардный театр
Фестиваль не ограничивается спектаклями. С 5 по 13 сентября в рамках образовательного блока пройдут бесплатные воркшопы по биомеханике, мастер-классы от ведущих педагогов, а также лекции, посвящённые наследию Мейерхольда и истории авангарда. 13 сентября в 12:00 состоится творческая встреча с автором идеи, продюсером фестиваля и художественным руководителем Театра современной драматургии Артёмом Даниным — возможность из первых уст узнать, как сегодня живут идеи великого реформатора и развивается актуальное сценическое искусство.
«Театр сегодня переживает непростое время: с одной стороны, его пытаются загнать в рамки развлекательной функции, с другой — требуют понятности и простоты. Но театр никогда не был простым, и великие режиссёры всегда это понимали, — говорит Артём. — Мейерхольд не искал лёгких путей — он создавал новый язык, который ломал привычную оптику. Наш фестиваль — это попытка напомнить, что театр — это прежде всего территория свободы. Свободы мыслить, чувствовать, интерпретировать. Мы собрали 13 коллективов, каждый из которых по-своему отвечает на вопрос, что такое современный авангард. И каждый из них рискует. Потому что без риска нет искусства».
Современному зрителю действительно нужен авангардный театр или это лишь элитарная игра для узкого круга?