Пульс Земли: почему катастрофы повторяются каждые 27,5 миллиона лет ( 3 фото )
Массовые вымирания, колоссальные излияния лавы, океаны, лишенные кислорода. События разной природы, разделенные десятками миллионов лет, — и все же кто-то упорно вычитывает между ними скрытое расписание. Новый анализ геолога из Нью-Йоркского университета вновь разжег дискуссию, которой уже четыре десятилетия.
Возвращение к старой гипотезе
Идея о том, что крупнейшие геологические потрясения происходят с равными промежутками, впервые была высказана в исследованиях 1980-х годов. Тогда внимание фокусировалось преимущественно на вымираниях: сразу несколько групп ученых независимо друг от друга заметили подозрительное сходство интервалов между ними. Гипотезу подвергли критике, объявили статистической ошибкой и в целом предали забвению.
Однако она не исчезла. Майкл Рампино опубликовал в журнале Evolving Earth работу, в которой заново проверил с помощью статистики 89 крупных геологических событий за последние 260 миллионов лет. В этот раз использовались современные шкалы возрастов, которые за прошедшие десятилетия стали значительно точнее.
В выборку попали морские массовые вымирания, океанические бескислородные события, излияния континентальных трапповых базальтов, колебания уровня моря, вымирания наземных четвероногих, изменения скорости спрединга океанического дна и вспышки внутриплитного вулканизма. Все данные взяты из ранее опубликованных исследований; собственных полевых работ Рампино не проводил.
Основная частота, которая выделяется из этой смеси, — около 27,5 миллиона лет. Рядом прослеживается более слабый ритм примерно в 8,9 миллиона лет.
Поиск источника ритма
Рампино не утверждает, что одна катастрофа запускает следующую. Логика иная: несколько земных систем могут реагировать на общий процесс, длящийся десятки миллионов лет. Какой именно — остается загадкой, и в статье рассматриваются варианты разной степени смелости.
Первый вариант — мантия. Она перемешивается конвекцией, невероятно медленной по человеческим меркам, но непрерывной. Перестройки этого движения или зарождение новых мантийных плюмов способны отразиться на вулканизме, тектонике плит и горообразовании. Системы тесно связаны, и возмущение из глубин рано или поздно достигает поверхности, океанов, климата и биосферы.
Второй вариант разворачивает картину сверху вниз. Долгопериодические изменения земной орбиты управляют климатом и уровнем моря, а значит, перераспределяют по планете огромные массы воды, льда и осадков. Рампино допускает, что меняющаяся нагрузка слегка перестраивает напряжения в коре и верхней мантии — и этого достаточно, чтобы подтолкнуть тектонику и вулканизм на геологических отрезках времени.
Третий вариант выводит причину за пределы планеты, и к нему автор возвращается еще с 1980-х. Солнечная система, обращаясь вокруг центра Млечного Пути, колеблется относительно плоскости Галактики. Моменты пересечений совпадают с датами крупнейших земных потрясений. Другие исследователи добавляли к этому механизм: такое пересечение способно гравитационно потревожить кометы в далеком облаке Оорта и повысить вероятность крупных столкновений.
Четвертая идея гораздо более спекулятивная. Если темная материя действительно сгущается у галактической плоскости, часть ее может захватываться Землей. За миллионы лет это дало бы небольшой дополнительный разогрев недр — по этой логике, достаточный, чтобы влиять на геологическую активность.
Прямых свидетельств ни в пользу третьего, ни в пользу четвертого механизма нет.
Открытый вопрос
Отдельный сюжет — астероидные удары. В статистический анализ 89 событий они не входили, но возрасты нескольких крупнейших известных кратеров, по оценке Рампино, ложатся в тот же такт. Он предлагает присмотреться к совпадению и при этом воздерживается от разговора о причине и следствии.
Слабое место конструкции — сам материал. Геологическая летопись дырявая, возрасты древних событий известны тем хуже, чем глубже уходишь во времени, а статистика на таких рядах умеет находить циклы, которые растворяются при добавлении новых данных. Ровно в этом гипотезу и упрекали все сорок лет.
Аргумент Рампино в том, что периодичность никуда не делась. Шкалы возрастов пересматривали, наборы данных росли, методы становились строже — интервал в 27,5 миллиона лет выживал раз за разом. Автор признает, что его построения лежат в стороне от основного русла геологической мысли, и говорит о них как о первых шагах к другому взгляду на летопись планеты: с глобальной корреляцией крупных событий и с астрономической привязкой, которая поместила бы Землю в ее настоящий космический контекст.
До следующего пика, если отсчитывать от последнего, остается примерно двадцать миллионов лет.
Как вы думаете, что с большей вероятностью управляет этим циклом — внутренние процессы Земли или внешние космические факторы?