Накануне гибели, находясь в тобольской ссылке Николай II говорил: «Всех готов простить, но генерала Рузского не могу». И действительно современники драматических событий 1917 года считали, что именно главнокомандующий армиями Северного фронта Николай Рузский оказал наибольшее давление на Николая II накануне отречения.