Пираты, цари и спасенные святыни: история без глянца ( 102 фото )
Ушкуйники — древнерусские речные пираты, бороздившие воды с XI по XV век. Их суда, ушкуи, были парусно-гребными и отличались удивительной маневренностью. По одной из версий, название происходит от реки Оскуй, притока Волхова, где новгородцы строили свои ладьи. Лингвист Макс Фасмер связывал слово с поморским «ошкуй» — так называли полярного медведя. На носу ушкуя действительно часто красовалась резная медвежья голова.

Новгородские ушкуйники были не просто разбойниками. Они нанимались к купцам и боярам для охраны речных караванов, а иногда действовали как самостоятельная сила. В 1374 году под предводительством некоего Прохора они дошли до Каспия, разграбили персидские торговые суда и захватили множество пленников. Первые упоминания о них относятся ко временам Ярослава Мудрого.
В 1181 году ушкуйники взяли черемисский город Кокшаров (ныне Котельнич), а в 1187-м вместе с карелами разорили шведскую столицу Сигтуну. В 1360-м, спустившись по Волге, они напали на ордынские земли, а в 1364–1365 годах на боярские деньги снарядили поход из 150 ушкуев до Нижнего Новгорода и Булгара. В 1374 году основали Хлынов (будущую Вятку), построили деревянный кремль и создали независимую Вятскую республику. В 1380-м разорили Кашан и Сарай-Берке, а в 1471-м вновь захватили ханский гарем в Сарай-Берке. Упадок ушкуйничества начался после присоединения Новгорода к Москве в 1478 году. Именно эти речные пираты, по мнению историков, заложили основы казачьих традиций.

Ипатьевский монастырь в Костроме — место, где началась история династии Романовых. По легенде, в 1330 году татарский вельможа Чет, направляясь к московскому князю, тяжело заболел. У слияния Костромы и Волги ему явились Богородица, апостол Филипп и священномученик Ипатий. Чет исцелился, принял православие под именем Захария и основал на этом месте обитель.

Монастырь пользовался покровительством Бориса Годунова: на его средства в XVI веке возвели каменный пятиглавый Троицкий собор. В 1580-е обитель окружили стенами толщиной полтора метра и длиной 518 метров, превратив в настоящую крепость. В Смутное время ее захватили сторонники Лжедмитрия II, но в 1609 году костромичи отбили монастырь.

Осенью 1612 года здесь скрывался шестнадцатилетний Михаил Фёдорович Романов с матерью-монахиней Марфой. 14 марта 1613 года его призвали на царство — с этого момента началась история династии. Нынешний Троицкий собор расписан артелью Гурия Никитина в четыре яруса. До XVIII века в монастыре хранилась Ипатьевская летопись — важнейший список «Повести временных лет». В XIX веке по приказу Николая I реконструкцией руководил Константин Тон, автор Храма Христа Спасителя. После революции монастырь закрыли, но в 1992 году возродили. Сегодня это действующая обитель, музей и место паломничества.






16 марта 1921 года Турция и Советская Россия подписали Московский договор о дружбе и братстве. Он определил границу в Закавказье и действовал вплоть до распада СССР. После Первой мировой войны территория на стыке распадающихся империй оказалась в зоне интересов США, Британии и других стран. Мустафа Кемаль (Ататюрк) возглавил войну за независимость, но его главный союзник Германия была повержена. Кемалисты воевали против греков, армян, британцев, французов и итальянцев. Единственной страной, способной помочь, оказалась Советская Россия.

23 апреля 1920 года в Анкаре учредили парламент, а 26 апреля Кемаль предложил Ленину установить дипломатические отношения и попросил финансовой и военной помощи. В обмен обещал бороться против империалистических правительств. В августе 1920 года Анкаре выделили 10 млн золотых рублей, поставили оружие, боеприпасы и два миноносца — «Живой» и «Жуткий». Советские специалисты помогли построить пороховые фабрики и патронный завод. Михаил Фрунзе участвовал в разработке наступательных операций, а Климент Ворошилов был военным советником Ататюрка.
В сентябре 1920 года кемалисты объявили войну Демократической Республике Армения и вернули часть территорий. В конце ноября в Армении провозгласили советскую власть, что спасло армянскую государственность. 21 марта 1921 года подписали Московский договор: Турции отошли Сурмалинский уезд с горой Арарат, Карсская и южная часть Батумской области. Северный Батуми передали Грузинской ССР, но Турция получила торговые привилегии в порту. В 1922–1923 годах большевики поддержали право Турции на черноморские проливы.
После этого дружба сошла на нет. В 1923 году Кемаль стал президентом, в стране запретили Компартию, а ее лидера Мустафу Субхи и 14 соратников утопили в Черном море. В 1942 году на советской границе сосредоточили 25–30 турецких дивизий, готовых воевать на стороне Гитлера. Их пыл охладила победа под Сталинградом. Но идея Великого Турана никуда не делась.

16 марта 1919 года солдаты пришли на Путиловский завод не как защитники, а как штурмующие. Двумя годами ранее этот завод дал большевикам оружие для переворота, а теперь его рабочие бастовали против голода и продразверстки. Красноармейцы и части особого назначения прорвались на территорию, где недавно праздновали революцию. В тот день арестовали около девятисот человек — тех самых пролетариев, которых называли властелинами страны. Их отправили в тюрьмы и лагеря, а завод на время остановили.


«Халат! Халат!» или «Тряпок, костей, банок, бутылок!» — выкрикивали тряпичники, ходившие по дворам для скупки старья. Жильцы выносили ненужные вещи и получали мелкую плату — деньгами или галантереей: лентами, мылом, зеркальцами, игрушками. Тряпичники работали в артелях: утром брали деньги у хозяина, днем обходили участки, вечером сдавали добро.

Холщовые тряпки, бумагу, лапти и веревки сдавали на производство бумаги. Кости шли на костеобжигательный завод для клея и удобрений. Шерстяные тряпки перерабатывали ткацкие фабрики. Бутылки и пробки после мытья отправляли на водочные заводы. Часть одежды перепродавали бедноте на воскресной барахолке Сенного рынка. Переработка и вторичное использование — самая экологичная профессия прошлого! Тряпичники работали и в советское время, как минимум до конца 1950-х.

Осенью 1919 года, в разгар наступления Северо-Западной армии генерала Юденича на Петроград, улицы стали ареной срочной мобилизации. Группы вооруженных комсомольцев проходили боевую подготовку на Исаакиевской площади. 29 октября 1918 года на I Всероссийском съезде союзов рабочей и крестьянской молодежи создали Российский коммунистический союз молодежи (РКСМ).

Эти события происходили в рамках операции «Белый Меч» Гражданской войны. Несмотря на угрозу захвата города, Красная армия перешла в контрнаступление и отбросила войска Юденича, а Северо-Западную армию окончательно разгромили и разоружили.

В Дарвиновском музее есть чучело африканского слона, история которого началась в 1896 году. Его привезли в Царское Село к Николаю II как дипломатический дар от императора Эфиопии Менелика II. Слон стал жемчужиной зверинца и прожил здесь 20 лет и 3 месяца в теплом павильоне в индийском стиле с отоплением, летними прогулками и ежедневным купанием в пруду. Содержание обходилось в 18 тысяч рублей в год, пока не началась Первая мировая война.

Осенью 1916 года слона решили перевезти в Московский зоопарк. Из-за холода и плохих условий он простудился и умер в пути. Сохранить тело целиком было невозможно. С него сняли шкуру весом более тонны, разрезали на три части, засолили в бочках и отправили на хранение. Около 10 лет бочки хранились в разных местах, в том числе на задворках Политехнического музея.

Основатель Дарвиновского музея Александр Котс, узнав о бочках, увидел в них будущий центральный экспонат. Ему потребовалось около 10 лет на сбор справок, чтобы получить шкуру. В 1927 году слон перешел в распоряжение музея. Перед таксидермистами стояла задача невероятной сложности: из десятков деформированных кусков соленой кожи собрать фигуру животного, которого они никогда не видели живым. Работу возглавил сооснователь музея Филипп Федулов. Процесс занял пять месяцев.

Сначала шкуру размягчали на фабрике: десять мастеров-сырьевщиков размачивали и срезали толщину с 5 см до 3 см. Затем в течение нескольких месяцев мастер кропотливо срезал слои кожи лезвием косы, пока не добился равномерной толщины в 1 см. Каркас сделали деревянным, с железными прутами для ног и проволокой для ребер. Мышцы создали из двух возов соломы. Художник-анималист Василий Ватагин создал настенный эскиз трубящего слона для точности позы, макет черепа и легкие деревянные копии бивней. На гипсовую форму-манекен вручную, слой за слоем, натягивали и подгоняли выдубленную кожу. Чучело сделали разборным — это не раз пригодилось при переездах.





К 100-летнему юбилею Н.В. Гоголя в марте 1909 года кондитерские фабрики подготовились тщательно: создали специальный дизайн этикеток и целые серии оберток по произведениям писателя.










В 1883 году Александр III отказался от традиционного пышного бала в день коронации. Вместо этого он распорядился направить 1 млн рублей на строительство школ, больниц и помощь голодающим губерниям. Современники назвали это «царской аскезой», но для крестьян такие решения стали спасением. Царь даже на коронации носил военный мундир вместо парадного облачения. Сэкономленные на фейерверках и приемах деньги помогли открыть 10 новых училищ в Поволжье.

Когда придворные возмущались, что «Европа ждет зрелищ», Александр ответил: «Россию нужно поднимать делом, а не блеском». Его коронация вошла в историю как самая скромная, но именно при нем страна 13 лет жила без войн.

В январе 1918 года в Петрограде прошел один из крупнейших крестных ходов в истории — до полумиллиона человек. Несмотря на холод, люди шли с разных концов города в Александро-Невскую лавру, протестуя против антирелигиозной политики большевиков.


21 марта 1913 года, в год трехсотлетия Дома Романовых, тридцать банкиров из Петербурга и Москвы вручили Николаю II чек на один миллион рублей. Не на парады, а на благотворительность. Страна готовилась к юбилею: строили памятники, писали картины, устраивали балы. Но купечество и банкирская элита решили отметить дату иначе. Миллион рублей по тем временам был астрономической суммой: годовая зарплата рабочего составляла около трехсот рублей.

Деньги предназначались для помощи нуждающимся, хотя точное распределение средств история сохранила не полностью. Сам факт остается символом эпохи. За четыре года до революции, когда империя стояла на пороге катастрофы, финансовая элита все еще верила в традицию благотворительности и в самодержавие, готовая поддерживать его не только словами, но и семизначными суммами.

Во времена правления Александра I Императорский фарфоровый завод в Санкт-Петербурге возглавлял Дмитрий Гурьев — человек, не скупившийся на амбициозные решения. Он приглашал к работе выдающихся мастеров из России и Европы, стремясь поднять уровень отечественного фарфора до высочайших стандартов. Одним из ярчайших достижений стал знаменитый «Гурьевский сервиз» — уникальное произведение искусства начала XIX века. Его украшали детально проработанные виды Петербурга и окрестностей, сцены из повседневной жизни и образы народов империи.

Этот роскошный сервиз создавался не просто как утварь, а как символ величия государства и использовался на особо торжественных приемах в Зимнем дворце и Петергофе.

150 лет назад в гимназиях Российской империи дети изучали по 3–4 языка одновременно.



Первую линию московского метро хотели пустить от «Сокольников» до «Дворца советов» (нынешняя «Кропоткинская»). Сначала метро задумали сделать наземным — лишь один участок в центре должен был уйти вниз. Никаких глубинных тоннелей не предполагалось: рельсы хотели укладывать в 4-метровую траншею. Посередине нынешней Мясницкой должна была появиться канава с путями.

Строительство началось в ноябре 1931 года. Во дворе дома 13 по Русаковской семь рабочих начали копать мерзлую землю, грунт вывозили на одной телеге. Местным жителям не понравилось, что кто-то роет яму под окнами. Горожане вызывали милицию, и участковый оштрафовал первых метростроевцев за мусор. Управдом потом не хотел пускать рабочих на территорию.
В январе 1932 года копать начали на всех участках первой ветки. Власти выделили 8 лошадей, 1 грузовик и 80 комплектов сбруй. Лопаты приходилось выпрашивать у дворников. Больше Москва на тот момент дать не смогла, так как рыть котлованы начали до утверждения сметы и выделения денег.

Изысканные европейские деликатесы и обслуживание на трех иностранных языках — все это ждало покупателей в «О Гурмэ» на углу Невского и Большой Морской. Выходец из скромной мещанской семьи Александр Николаевич Рогушин с молодости мечтал о своем деле. Он подрабатывал мальчиком на побегушках у купца и был так расторопен, что в 20 лет стал приказчиком, а затем и личным помощником купца. Позже он оставил престижную работу и отправился на стажировку в торговые учреждения Парижа и Лондона.

Изучив высокие стандарты качества за границей и накопив опыт, Рогушин вернулся в Петербург и открыл сначала небольшой магазин на Литейном, 15 и мясные лавки на Мариинском и Андреевском рынках. В 1904 году он исполнил мечту и открыл в самой фешенебельной части Невского проспекта гастрономический магазин «Aux Gourmets» («О Гурмэ»).

Заведение принадлежало к числу дорогих, но за немалые деньги покупатели получали свежайшие товары исключительного качества и удивительного ассортимента: мясные деликатесы, редкие для того времени ананасы, апельсины и свежие кокосовые орехи.

В прессе магазин рекламировали так: «Лучшая провизия для званых завтраков, парадных обедов и ужинов gala. Ежедневно с центрального рынка Парижа и рынка в Остенде получается морская рыба, устрицы, лангусты, рыба тюрбо, соль, креветы, дичь и птица, омары, пулярки, утки, молодая и ранняя зелень, салаты и все новости сезона. Кроме образцово поставленного мясного отдела — отделы зелени, дичи, гастрономии, деликатесов, морской рыбы и питательных консервов. Мясной отдел устроен по образцу Парижских Boucheries. Оборудование мясных продуктов по принятому заграницей методу. Персонал служащих под контролем врача. В магазине говорят по-немецки, по-французски и по-английски. Специальность фирмы: все лучшее и изысканное для праздничных столов из мясных, курятных и гастрономических продуктов».

Конец успешному бизнесу пришел с мировой войной, когда нарушились поставки европейских деликатесов и запретили торговлю спиртным. Первое время Рогушину удавалось добывать товары, но накануне революции купец перебрался из Петербурга в Куоккалу, где у него была дача, и продолжил торговое дело уже в Финляндии. Невский пр., д.13. Сегодня эти площади занимает сувенирный магазин.




Однажды произошел такой случай. В марте 1912 года служащие «О Гурмэ», открыв утром замки, обнаружили, что вскрыта касса, но следов взлома дверей не было. Полиция выяснила: злоумышленник, хорошо изучивший план магазина и схему передвижения служащих, вошел в торговый зал незадолго до закрытия, проник в складской подвал и спрятался в кладовой. Когда гастроном закрылся, он вышел и опустошил все кассы — около полутысячи рублей. Он также пытался взломать сейфы в кабинете управляющего, но несгораемые шкафы не поддались. Утром преступник дождался, пока служащие отопрут двери и разбредутся по отделам, после чего преспокойно вышел через дверь.


28 мая 1910 года в Петербурге прошел ежегодный крестный ход вокруг Гостиного двора — традиция, возникшая после драматических событий XIX века. Все началось 28 мая 1862 года, в день праздника Духов день, когда в Апраксином дворе вспыхнул крупный пожар. Огонь быстро распространялся по тесно застроенному торговому району и угрожал уничтожить соседние кварталы, включая главный торговый центр столицы.

Когда опасность стала критической, купцы обратились к духовенству. Из подворья Коневского монастыря вынесли список с чудотворной Коневской иконы Божией Матери и обнесли ее вокруг Гостиного двора. По воспоминаниям современников, пламя уничтожило часть окрестностей, но сам Гостиный двор уцелел. Это сочли заступничеством Богородицы. В благодарность купцы построили новое подворье монастыря и учредили ежегодный крестный ход с иконой. Со временем это стало важной городской традицией, объединявшей духовенство, торговцев и жителей Петербурга.

26 марта 1906 года начались выборы в первую Государственную думу Российской империи. Они проходили в течение нескольких месяцев, в парламент планировалось избрать 524 депутата. Уже 10 мая (27 апреля по старому стилю) Дума открылась в Таврическом дворце. Появление парламента стало важным шагом к ограничению самодержавия и развитию представительной власти. Однако реальные полномочия Думы оказались сильно урезаны: она выполняла в основном совещательную функцию при монархе и не могла существенно влиять на управление страной.

В таких условиях первый российский парламент оказался недолговечным. Система власти по-прежнему оставалась сосредоточенной в руках исполнительной вертикали, и попытка внедрить элементы парламентаризма не привела к устойчивым изменениям. Позднее, уже в революционный период, Государственная дума была распущена Временным правительством, а затем ее сменило Учредительное собрание, которое также просуществовало недолго и было распущено в январе 1918 года.

Еще недавно у Петергофской дороги стояло место, о котором гремел весь Петербург более двух веков — трактир «Красный кабачок». Он просуществовал 206 лет и пережил почти всю историю Российской империи. Основанный в 1713 году по указу Петра I, кабачок задумывался как «вольный дом» для торговли и отдыха. Здесь бывали сам Петр, Меншиков, Елизавета, Екатерина II, а позже — Пушкин и Лермонтов, который упомянул трактир в поэме «Монго».

«Красный кабачок» стал не просто придорожным заведением, а настоящей точкой притяжения. Здесь отдыхали по пути в Петергоф, устраивали шумные гулянья и делали исторические остановки. Именно сюда заезжала Екатерина II в день переворота 1762 года, направляясь к Петру III. В XIX веке трактир славился атмосферой: в одних залах веселились аристократы и офицеры, в других — купцы и ремесленники. Сюда ездили «на вафли», пили пунш и глинтвейн, а кучеров бесплатно кормили горячими обедами.

Со временем слава угасла: к концу XIX века кабачок превратился в обычный трактир для рабочих. А в 1919 году его разобрали — как символ ушедшей эпохи. Сегодня от «Красного кабачка» осталась лишь одна фотография 1907 года и память в названиях окрестностей. Но этот дом успел увидеть больше, чем многие исторические памятники — он прожил жизнь длиной в целую империю.




27 марта 1968 года, меньше чем через семь лет после своего покорения космоса, погиб Юрий Гагарин — во время учебного полета на самолете МиГ-15УТИ. В стране объявили траур. Его уникальность была в том, что впервые он был объявлен после смерти не главы государства, а простого человека — хотя Гагарина сложно назвать «простым»: он был героем не только для советских граждан, но и для всего мира. На следующий день урны с прахом Гагарина и Владимира Серегина захоронили у кремлевской стены. С тех пор прошло почти полвека, но среди исследователей нет ясности в том, что послужило причиной аварии. Среди версий есть как заслуживающие интереса, так и почти сказочные.


С приходом советской власти Казанский собор закрыли. Вместо креста на куполе храма установили позолоченный шар со шпилем. Церковную утварь распределили между городскими музеями. В 1932 году собор превратили в Музей истории религии и атеизма. Его экспозиция рассказывала о возникновении и развитии христианства, ислама и восточных верований. В стенах храма хранилось самое крупное собрание книг по истории религии и религиоведению. С 1991 года Казанский собор стал снова действующим храмом, правда, несколько лет он сосуществовал с экспозицией музея.




27 марта 1793 года Екатерина II издала Манифест о присоединении Правобережной Украины к Российской Империи. В нем императрица указывала на бесплодность ее попыток в течение 30 лет сохранить «в сей соседней Ей области покоя, тишины и вольности» и подчеркивала нежелание дальше наблюдать «неустройства и насилия, произошедшие из раздоров и несогласий». Этим Манифестом Екатерина II взяла под свою защиту население Правобережной Украины, освободив его от польского гнета:

Екатерина II упоминает про 30 лет раздоров и несогласий. Какое-то мистическое совпадение, не правда ли? Кстати, после этого присоединения обделенная польская шляхта начала сеять смуту, проповедуя своим бывшим рабам о том, что те якобы являются отдельным самостоятельным народом, которому будет лучше жить отдельно от России.

27 марта 1811 года император Александр I подписал указ о создании Внутренней стражи — первой в России структуры, отвечавшей за поддержание порядка внутри страны. Уже через несколько лет она была преобразована в Отдельный корпус внутренней стражи и получила широкий круг обязанностей. Стража помогала исполнять законы и судебные решения, занималась поимкой преступников, подавляла беспорядки и следила за порядком на ярмарках, торгах и праздниках. Также ей доверяли сопровождение казны и другие важные государственные задачи.

По сути, это была универсальная служба безопасности своего времени, совмещавшая функции полиции, жандармерии и внутренних войск. К середине XIX века численность корпуса превышала 180 тысяч человек — масштаб, который подчеркивает его ключевую роль в системе государственной безопасности Российской империи.

Большой театр строили по приказу Екатерины II с 1776 года. Первое здание сгорело еще до открытия, вторым «подрядчиком» стал англичанин, инженер и театральный антрепренер Майкл Медокс. Он строил театр всю свою жизнь, вложив в него все силы и деньги. Его успехам многие завидовали, особенно при дворе. Градоначальник Александр Прозоровский предпринял шаги к отстранению Медокса от дел, предъявив обвинение в том, что здание театра построено с нарушением утвержденного плана, а репертуар «никуда не годный».

Медокс не смог продолжать бесконечные судебные тяжбы, которые оказались еще и затратным делом, и в 1801 году Большой театр со всем имуществом перешел в императорскую казну. Вскоре Медокс, расстроенный таким поворотом дел, начал кутить и окончательно разорился. В 1796 году, чтобы оплатить огромные долги англичанина, пустили с молотка все его имущество, включая личный особняк.





Самая большая и самая тяжелая монета в истории Российской империи выпускалась в 1725 году. Вес монеты составлял целых 1,6 кг. Сама монета изготавливалась из меди, размером 18х18 см, и толщиной 5 мм. Номинал, как ни странно, был всего 1 рубль.


1960 год, Нахимовское училище, легендарный крейсер и внезапно лось в кадре. Кажется, у него тоже была культурная программа.


Когда-то Ватный остров был местом, где царила совсем не спортивная обстановка — здесь располагались винные склады и спиртоочистительный завод. Но накануне Первой мировой войны власти решили, что народу нужны не только крепкие напитки, но и крепкое здоровье. Так появилась идея построить на острове стадион. В 1914 году архитекторы Владимир Покровский и Иероним Китнер предложили возвести огромную арену на 30 000 зрителей в «русском национальном стиле». Но коллеги-архитекторы такой размах не оценили — уж слишком резким был контраст с классическими набережными.

После революции было решено, что вместо стадиона Ватному острову больше подойдут термы. В 1920 году объявили конкурс, победил проект «Три моста» — с банями, бассейном, душевыми и даже залом для спортивных состязаний. Но дальше чертежей дело не пошло. В итоге ни стадиона, ни терм остров так и не увидел, а позже исчез и сам — его присоединили к Петроградскому острову.

На фото — унтер-офицер роты дворцовых гренадеров (так называемой «Золотой роты») у Александровской колонны в 1900 году. Это было особое подразделение: сюда отбирали лучших из лучших — заслуженных унтер-офицеров, прошедших войны, проявивших храбрость и имевших безупречную репутацию. Многие из них были георгиевскими кавалерами.

Почти все гренадеры происходили из простого народа — крестьян и мещан. Начав службу рядовыми, они поднимались до командных должностей благодаря опыту, выслуге и личной доблести, но при этом продолжали жить и служить рядом с солдатами. Попасть в эту роту означало достичь вершины солдатской карьеры. Гренадеры получали повышенное жалование, носили парадную форму и несли почетную службу — охраняли императорские резиденции и главные символы столицы. «Золотая рота» была не просто воинским подразделением, а своеобразным знаком отличия — признанием заслуг тех, кто прошел путь от рядового до элиты гвардии.

В начале Второй мировой войны СССР испытывал большую нехватку танков, и было принято решение переоборудовать в танки обычные тракторы. Во время обороны Одессы на осаждавшие город румынские части бросили 20 подобных «танков», обшитых листами брони. Основная ставка была сделана на психологический эффект: атака производилась ночью с включенными фарами и сиренами. Благодаря этому румынские части обратились в бегство.


2 апреля 1718 года Петр I учредил Тайную канцелярию — орган для расследования особо важных государственных преступлений. Формально ее возглавлял князь Ромодановский, но реальная власть принадлежала царю, который руководил процессами лично. Поводом стало дело царевича Алексея. Сын Петра от первого брака вернулся из-за границы без разрешения, надеясь на поддержку оппозиции. Тайная канцелярия занялась следствием, а 26 июня 1718 года Алексей умер в Петропавловской крепости после пыток.

Учреждение просуществовало недолго — упразднено в 1726 году, восстановлено в 1731-м как Канцелярия тайных и розыскных дел при Анне Иоанновне, ликвидировано окончательно в 1762 году Петром III. За четыре десятилетия она стала символом самодержавного произвола, где закон уступал место воле монарха.

В ходе стычек с горцами в 1840 году рядовой Архип Осипович Осипов совершил подвиг, взорвав пороховой погреб вместе с собой. Это остановило атаку врага, который нес большие потери. Последними словами героя стали: «Пора, братцы! Кто останется жив — помните мое дело».

На месте взорванного укрепления в 1876 году установили чугунный ажурной работы крест с надписью: «рядовому Архипу Осипову, погибшему во славу русского оружия в 1840 году в укреплении». Памятник стоит по сей день.


Милица и Анастасия Черногорские, имена которых сегодня почти забыты, оказали влияние на ход российской истории. Эти две сестры, известные в императорских кругах как «черногорские паучихи» и «черные женщины», сыграли ключевую роль в знакомстве царской семьи с Григорием Распутиным. Сергей Витте, председатель Совета министров, однажды заметил: «Ох уж эти черногорки, натворили они бед России…».

Сестры родились в королевской семье Черногории, дочерьми Николы I и Милены Вукотич. Несмотря на недоверие к их отцу, дочери получили образование в России, что дало им возможность войти в свет императорского двора. Милица и Анастасия стали женами внуков императора Николая I и вошли в ряды великих княгинь. Счастья в браке им не удалось найти: Милица вышла замуж за великого князя Петра Николаевича, который был ее полной противоположностью — робким и болезненным. Анастасия стала супругой герцога Георгия Максимилиановича, который проявлял к ней явное равнодушие. Оба мужа часто отсутствовали в России, предоставляя сестрам возможность блистать на императорском дворе.
Скоро энергичные черногорки завоевали симпатии членов императорской семьи, особенно Александры Федоровны. Милица, обладая высокомерием, не стеснялась демонстрировать его даже перед представителями высшей знати, тогда как Стана выглядела более простой и искренней. Обе сестры увлекались мистикой и оккультизмом, что привлекало к ним множество «старцев» и «целителей». Григорий Распутин, один из таких целителей, был представлен сестрами при дворе и вскоре завоевал доверие императрицы. Однако у черногорок были свои планы — они стремились использовать влияние Распутина для собственных и патриотических целей. Вскоре он стал настолько близок к царской семье, что сестрам уже не осталось места в этом круге.
Конфликт с императорской семьей и Распутиным стал неизбежным. Когда второй муж Анастасии, великий князь Николай Николаевич, начал расследование против «старца», черногорки попытались подлить масла в огонь, но их усилия не увенчались успехом — император и императрица перестали воспринимать их всерьез. После Октябрьской революции Милица и Анастасия с семьями эвакуировались в Крым, а затем на британском линкоре «Мальборо» перебрались в Европу. Милица какое-то время прожила во Франции, затем в Италии, а после прихода к власти фашистов — в Египте, где и завершила свой путь. Анастасия сначала жила в Италии, а потом переехала в Париж, где ушла из жизни на Лазурном берегу. Эти две черногорские принцессы, некогда сиявшие при дворе, стали символами трагического поворота в истории России.

Если бы вы жили в Новгороде XIV века, вступили бы в ватагу ушкуйников за долю добычи или предпочли бы тихую жизнь ремесленника?