Кантри встречает диско: как Миранда Ламберт меняет правила игры ( 6 фото )
Миранда Ламберт собрала практически все возможные награды в мире кантри-музыки, однако сама она измеряет успех довольно необычным способом: исполняют ли дрэг-квин ее композиции на сцене?
Артистка признается, что не представляет более радостного места, чем дрэг-бранч, где льются коктейли «Мимоза», а люди ведут себя раскованно и остаются собой. По ее мнению, именно такая атмосфера идеально передает настроение новой пластинки.
Название *Crisco* как нельзя лучше отражает этот дух — смесь кантри и диско. Можно представить Долли Партон времен хита «Islands in the Stream», пышные струнные аранжировки и ковбоев в расшитых стразами костюмах. На том этапе карьеры, когда ее ценят особенно высоко, Ламберт захотелось просто повеселиться. «Я подумала: сейчас — самое время, да и что мне терять?» — признается она.
За последние годы 42-летняя Ламберт вывела свою и без того яркую карьеру на совершенно новый уровень. Она пробует себя в роли продюсера: недавно помогла Элле Лэнгли записать прорывной альбом *Dandelion*. У нее есть собственный лейбл, модный бизнес, а теперь она как соавтор песни Лэнгли «Choosin’ Texas» причастна к созданию композиции, ставшей рекордсменом в истории чарта Billboard Hot 100. Она номинирована на семь наград CMA — и это в год, когда собственного альбома она не выпускала (пластинка *Crisco* поборется за награды лишь в следующем году). Ламберт понимает, что влияние диско может удивить поклонников кантри, но ей так понравилось экспериментировать со звучанием 70-х в заводной «A Song to Sing» — прошлогоднем дуэте с Крисом Стэплтоном, — что они с со-продюсером Джесси Фрейжером решили написать еще несколько песен в этом ключе. Это грань жанра, которую Ламберт прежде почти не исследовала: она чуть менее «крутая», чем эпоха бунтарей-аутло, и чуть менее модная, чем 90-е. «70-е — это невероятно вдохновляющее время для музыки в целом и для кантри в частности, — говорит Ламберт. — Хорошие песни оставались хорошими песнями, и их не нужно было загонять в рамки какого-то одного формата».
Альбом действительно отличается приятным поп-лоском. Достаточно послушать композицию «To Everything», набирающую мощь к финалу, или дуэт с Лэнгли «Snakeskin Boots», открывающий пластинку с фирменной энергией Ламберт. Но есть здесь и классические кантри-баллады — например, «Two Things Can Be True», вдохновленная творчеством Пэтси Клайн; она напоминает о том, что Ламберт — одна из лучших вокалисток не только в этом жанре, но и за его пределами. Она по-прежнему дерзка и не стесняется женской сексуальности — взять хотя бы песню «Whiskey Business», где она обещает «гулять всю ночь, а спать весь день». Впрочем, выезжать на сцену верхом на гигантских диско-шарах в форме яичек, как это делала Кейси Масгрейвс, она вряд ли станет. «У меня будут диско-шары, но не в форме яичек — если вы понимаете, о чем я», — шутит Ламберт.
Недавно Масгрейвс записала с Ламберт песню «Horses and Divorces» — этот забавный трек ознаменовал примирение двух звезд, между которыми, по слухам, годами существовала вражда. В жанре, где на долю женщин приходится менее 10% эфирного времени кантри-радиостанций и им постоянно приходится бороться за одно-два места на вершине чартов, Ламберт хочет сосредоточиться на поддержке других женщин, а не на конкуренции с ними.
Когда Ламберт выпустила свой дебютный альбом в 2005 году, рядом с ней было не так уж много женщин, способных помочь ей сориентироваться на первых порах славы. Стать такой опорой для начинающих артисток — вроде Лэнгли — в качестве наставника, советчицы, творческого партнера и группы поддержки — вот что во многом движет ею сегодня.
Это сотрудничество окупилось с лихвой благодаря «Choosin’ Texas», которая в этом году не только возглавила чарты, но и стала предметом обсуждения, поскольку критики и поклонники пытались понять, почему и как она так сильно прорвалась сквозь шумиху. Что иногда упускалось из виду в этих разговорах, так это то, что наследие Ламберт отчасти сделало возможным «Выбор Техаса». Ее хиты, такие как «The House That Built Me», «White Liar» и «Mama's Broken Heart», привнесли в радиоэфир особый техасский акцент, в то время как «The Marfa Tapes» 2021 года, записанный в ее родном штате, сохранил акцент на написании сильных песен.
Криско чувствует себя такой же, как Ламберт сейчас. Она так же серьезно относится к песенному мастерству, как и всегда, но в то же время счастлива и готова немного раскрепоститься на танцполе. Ламберт нравится быть одновременно во многих вещах, даже если условности выбивают ее из колеи. Сегодня она стреляет из пистолета верхом на лошади, а на следующий день танцует в гей-баре. Она может записывать акустические альбомы в техасской пустыне, а может добавить струнную партию и перенести ее в Studio 54.
Пришло время отправиться на очередное представление Crisco, на этот раз в квир-тусовку Нижнего Ист-Сайда под названием HiLot, поэтому Ламберт ныряет в комнату, чтобы переодеться в рубашку, украшенную стразами, которая когда-то принадлежала Партон — она ласково называет их «Dolly drops». Ламберт надела обручи Партон в клипе на песню «A Song to Sing», и в новом доме, который она строит в Теннесси вместе со своим мужем, бывшим офицером полиции Нью-Йорка, а ныне автором песен Бренданом Маклафлином, у нее много «кукольных наггетсов». «Сидел бы я здесь без [Партона]? Наверное, нет», — говорит Ламберт.
Как и Партон, Ламберт предпочитает держаться подальше от партийной политики, но это не значит, что она не будет защищать некоторые из своих традиций (и икон) «Одинокой звезды». В прошлом году на церемонии вручения наград в Кеннеди-центре, где она отдала дань уважения легенде Техаса Джорджу Стрейту, меры безопасности вызвали у нее раздражение. Бар в отеле закрылся рано, и до Ламберта дошли слухи, что Стрейт (он же «Король») хочет устроить там небольшую вечеринку после гала-концерта. Маклафлин, как всегда, добросовестный партнер, приступил к делу.
День выдался долгим. В туалетах за кулисами засорилась канализация («Это был полный пиздец — в буквальном смысле», — говорит Ламберт), а хуже всего то, что ей запретили проносить с собой аэрозоли.
Миранда Ламберт смешивает кантри с диско и говорит об объединении женщин в музыке. А как вы считаете: такие эксперименты со звучанием — это смелый творческий рост или попытка угнаться за трендами ради хайпа?