Зачем снайперу штык и при чём тут Женевская конвенция ( 5 фото )

Винтовка снайпера, оснащённая штыком, выглядит настолько необычно, что в это с трудом верится. Тем не менее, штык-нож выпускался даже для СВД, хотя представить стрелка, идущего в рукопашную, очень сложно. Именно этот парадокс служит отправной точкой для разговора о традиции, которая однажды привела мировые державы за стол переговоров и заставила их пересмотреть законы ведения боевых действий — и всё из-за России.

Причина крылась не в снайперах. Дело было в том ударе, которому русских бойцов обучали особым, не имеющим аналогов способом. Достаточно взглянуть на старые кадры, где советские матросы поднимаются в атаку, чтобы понять, насколько глубоко это искусство укоренилось в военной традиции.

Метод, который не подводил

Русская пехота практиковала штыковые атаки с давних времён. Самым известным подтверждением этому служит знаменитое выражение Суворова о «штыке-молодце». Логика той поры была понятна: огнестрельное оружие было капризным и часто давало осечки, в то время как штык действовал безотказно.

Однако именно русская школа штыкового боя, описанная в наставлениях 1853 года и более поздних документах, кардинально отличалась от зарубежных аналогов. Солдата учили бить сверху вниз, целясь в живот, после чего опускать приклад винтовки руками. Такой приём был крайне жесток по отношению к врагу — и воевать с таким безжалостным противником не хотел никто.

Женева против русского приёма

В 1864 году, с целью «приобщить к цивилизации» непокорных русских, была созвана Женевская конвенция. Инициатором выступил швейцарец Анри Дюнан, которому позже суждено было основать Красный Крест.

Сам по себе документ не содержал ничего предосудительного. Договор между государствами был направлен на облегчение участи больных и раненых. Оружие становилось всё более смертоносным, и требовалась регламентация, иначе положение рядового солдата стало бы совсем невыносимым.

Но у конвенции имелась и вторая, более скрытая цель. На встрече 1864 года настояли на том, чтобы Россия отказалась от своей методики обучения штыковому бою. Уступив международному давлению, страна приняла условия: прежний удар в живот был заменён на более «гуманный» — в область груди.

От Суворова до устава РККА

Со временем потребность в штыковом бою неуклонно снижалась. Если при Суворове такая атака была одним из главных видов наступления, то сегодня к ней не прибегает практически никто. Между этими эпохами были и промежуточные периоды, когда старая наука не спешила уходить в прошлое.

Устав РККА тридцатых годов ставил задачу без обиняков — конечной целью пехоты в наступлении называлось:

разбить противника в рукопашной схватке

Техника также не отставала — в 1944 году для Красной армии была выпущена специальная винтовка Мосина с неотъёмным игольчатым штыком, известная как образец 1944 года. Это оружие стало логичным продолжением традиции, ведь в штыковые ходили ещё со времён Гражданской войны — и белые, и красные.

Штык, переживший своё время

Подход не менялся и впоследствии. К автоматам АК-74 прилагался штык-нож, который мог использоваться и как обычный клинок, и как штык по прямому назначению. Солдат, отправлявшихся в Афганистан, также обучали штыковому бою — сцены такой подготовки можно увидеть в фильме «9 рота».

Именно на этом фоне и появляется тот самый штык-нож для снайперской СВД, с которого начинался рассказ. Сегодня такие клинки выдаются дежурным по роте или КПП, патрулям и другим военнослужащим, хотя вряд ли кому-то в современной войне действительно понадобится примкнуть штык и пойти в атаку — это скорее исключение, чем правило.

Правила, утратившие актуальность

В 1864 году штыковой бой был основой наступательной тактики, и именно вокруг «русского штыкового боя» ломались дипломатические копья, созывались конвенции и вводились запреты. Но времена изменились. Раз потребности в штыковой сегодня нет, то и правила первой Женевской конвенции, некогда созданные для того, чтобы обуздать русский удар сверху вниз, больше не интересуют решительно никого.

Как вы думаете, если бы русский штыковой удар не был таким эффективным, нашлось бы у Запада хоть одна причина созывать конвенцию именно в 1864 году?