Призрачная остановка: арт-объект, который лечит ожиданием ( 3 фото )

Инсталляция «Остановка» Владимира Чернышёва — это самая настоящая автобусная остановка, установленная посреди леса. К ней не ведёт ни одна дорога. Разбираемся, как этот объект связан с домами престарелых и немецким романтизмом.

Существует практика, которая поражает своей жестокой логикой. В некоторых домах престарелых во дворе или прямо у входа устанавливают полноценную автобусную остановку — со скамейкой и табличкой с номером маршрута. Выглядит она абсолютно реалистично. Но это обманка: автобус сюда не приезжает никогда.

Смысл в следующем. У людей с деменцией часто возникает навязчивое желание уйти «домой». Причём этого дома может уже не существовать в реальности — он остался только в искажённой памяти. Спорить с человеком в таком состоянии бесполезно, а удерживать силой — жестоко. Тогда его мягко подводят к этой остановке. Он садится и начинает ждать автобус. Проходит время, тревога отступает, человек забывает, куда именно собирался, и спокойно возвращается обратно. Получается, что его успокаивает не сама поездка, а процесс ожидания, а затем и забывание.

Эту историю рассказал художник Артём Филатов во время одного из визитов в нижегородскую студию «Тихая». И рассказал не случайно: как раз тогда был приобретён принт с изображением инсталляции другого художника — Владимира Чернышёва.

Работа Владимира Чернышёва

Инсталляция называется «Остановка». Связь очевидна: речь идёт о такой же ненастоящей остановке, только расположена она не во дворе дома престарелых, а посреди леса, и создана не для терапии, а как произведение искусства.

Чтобы добраться до «Остановки», нужно сначала связаться с художником и выпросить у него координаты. Он их нигде не публикует и принципиально не включает работу ни в один туристический маршрут. Затем предстоит поездка за город, а после — пеший переход через лес, мимо заброшенных огородов. И вот на поляне возникает обычная советская автобусная остановка: будка, скамейка, столбик. Только дороги к ней нет. И автобуса, конечно, не будет никогда.

Около десяти лет назад Чернышёв нашёл в этом лесу заброшенное место — остатки бывшего дачного самостроя, которое сам художник называет summer house community. С тех пор он работает там. Сейчас на участке всего пара брошенных огородов и четыре его инсталляции: «Омут», «Остановка», «Замкнутый круг» и «Монумент». Это не разовая акция, а многолетний проект: художник словно по частям хоронит несбывшуюся дачную мечту, устанавливая на её месте свои объекты.

Есть деталь, которая демонстрирует серьёзность этой «фальшивки». Когда строили «Остановку», рабочие до последнего не верили, что создают арт-объект. Они были убеждены, что художник их разыгрывает, и что на самом деле здесь проложат настоящую дорогу, и остановка будет функционировать. Поверили они только после того, как им показали предыдущие работы Чернышёва.

Работа Владимира Чернышёва

Инсталляция Чернышёва абсурдна, но она не вызывает усмешки. Наоборот, она порождает желание успокоиться и замереть. В этом и заключается её притягательность: почему сидение на скамейке, заведомо лишённой смысла, оказывается по-своему приятным?

Ответ кроется в романтизме. Немецкий романтизм, и особенно творчество художника Каспара Давида Фридриха, давно и прочно вошли в круг интересов. «Остановка» неожиданно точно попала в эту эстетику.

У Фридриха человек часто стоит в одиночестве перед чем-то огромным: перед лесом, морем, туманом, руинами. Перед тем, что невозможно ни охватить, ни присвоить, ни остановить. И, как ни странно, его картины не вызывают тревоги. Они дарят ощущение масштабного принятия.

Спокойствие заключается не в попытке дотянуться до бесконечного, а в том, чтобы просто стоять перед ним и признать: это больше меня, и моим оно не станет. В 2024 году на выставке в Дрездене куратор Алеся Веремьёва прямо связала загородные работы Чернышёва с идеями романтизма.

Работа Каспара Давида Фридриха, фото А. Посттригай

Зритель, который специально едет в лес ради этой скамейки, оказывается сразу в двух ипостасях.

С одной стороны, он — романтический паломник: забрался в глушь, чтобы постоять перед красивым запустением. Обстановка вокруг работает на него как ландшафт с картины Фридриха: лес, тишина, чужая дачная жизнь, тихо догнивающая под кустами.

А с другой стороны, он действует как пациент из дома престарелых: садится на остановку и успокаивается.

Однако между пациентом и зрителем есть принципиальная разница, которая и отделяет болезнь от искусства. Пациента лечит ожидание и незнание: он не в курсе, что автобус не придёт. А зритель знает это с самого начала. И всё равно едет, идёт через лес, садится и испытывает большое и сложное чувство. Он ничего не ждёт, выбирает этот опыт по собственной воле и в итоге побеждает беспамятство.

Что сильнее привлекает в этом арт-объекте: романтическая эстетика заброшенности или психологическая глубина, связанная с темой ожидания и принятия неизбежного?