Мигранты обходят Чечню и Дагестан стороной: названы истинные причины ( 3 фото )

Более половины российских регионов уже ввели ограничения на трудовую деятельность иностранцев. По данным Торгово-промышленной палаты, опубликованным в июне, такие меры действуют в 52 субъектах страны.

Ограничения в первую очередь касаются сфер, где работник напрямую контактирует с людьми: такси, розничная торговля, доставка и ряд других направлений. Однако существуют два региона, которые мигранты почти полностью игнорируют — Чечня и Дагестан. В чём причина? На этот счёт есть два объяснения.

Даже регионы, традиционно привлекающие большое число приезжих, постепенно ужесточают правила. В Санкт-Петербурге иностранцам запрещено работать водителями такси и курьерами, в Ленинградской области — только таксистами. В Московской области ограничения распространяются на общественное питание, продажу алкоголя и табака, образование, медицину, сферу досуга и спорта — везде, где предполагается прямое взаимодействие с людьми.

Похожие меры действуют в Татарстане. Помимо запрета на работу в такси и частной охране, ограничения затронули ветеринарию, перевозку опасных грузов, финансовый и страховой сектор, игорный бизнес, лотереи, а также ремонт компьютеров и бытовой техники.

Наиболее масштабные ограничения введены в Краснодарском крае и Калининградской области. Это объяснимо: оба региона остаются популярными направлениями для внутренней миграции русских. В Краснодарском крае иностранным работникам фактически разрешено трудиться только на строительстве социальных объектов. В Калининградской области список шире — под запрет попали такси, пассажирские перевозки, торговля, производство продуктов питания, школы, детские сады и многие другие сферы.

ФОТО: КОЛЛАЖ ЦАРЬГРАДА

Однако эффективность таких мер сомнительна. Большинство региональных ограничений распространяются только на иностранцев, работающих по трудовым патентам. По оценкам, это около 2,3 миллиона человек.

При этом обладатели разрешения на временное проживание, вида на жительство, граждане стран Евразийского экономического союза — Белоруссии, Казахстана, Армении и Киргизии, а также те, кто уже получил российское гражданство, под действие большинства таких запретов не подпадают.

Число новых граждан России остаётся значительным. Только в 2025 году российские паспорта получили около 110 тысяч бывших иностранцев. Хотя официально этот показатель оказался почти на треть ниже, чем годом ранее, цифры всё равно высоки. При этом почти 78,5 тысячи новых граждан составили выходцы из Таджикистана, что также привлекло внимание наблюдателей.

На практике региональные ограничения нередко обходятся. Показательный случай произошёл в декабре 2025 года в Калининграде: водитель-мигрант сбил на пешеходном переходе трёх студенток. Несмотря на действующий запрет на работу иностранцев в такси, он продолжал возить пассажиров, арендовав автомобиль у другого человека и принимая заказы через популярный агрегатор.

ФОТО: КОЛЛАЖ ЦАРЬГРАДА

Жители Калининградской области рассказывают, что аналогичные схемы используются в торговле и общественном питании.

Подобные истории происходят и в других регионах. В Санкт-Петербурге водитель-иностранец, работавший через тот же агрегатор на арендованной машине, признался, что после остановки сотрудниками ГИБДД ему предложили два варианта: оформить официальный штраф, что означало бы передачу информации в МВД о нарушении запрета на работу в такси, либо заплатить значительно большую сумму неофициально. По словам водителя, он выбрал второй вариант.

Всё это показывает, что одних лишь формальных запретов недостаточно, если существуют возможности их обходить.

При этом статистика демонстрирует любопытную закономерность. Наименьшее число трудовых мигрантов сегодня сосредоточено в северных регионах с суровым климатом, в экономически слабых районах российской глубинки, на новых прифронтовых территориях, а также в республиках Северного Кавказа — прежде всего в Чечне, Ингушетии и Дагестане.

Именно этот факт многие называют своеобразным феноменом. На первый взгляд, объективных причин для низкой миграционной привлекательности этих республик нет. Климат там значительно мягче, чем на севере страны. Региональных запретов на трудовую деятельность иностранцев практически нет. Более того, большинство местного населения исповедует ислам, как и многие приезжие из стран Средней Азии. Тем не менее массового притока мигрантов в эти регионы не наблюдается.

ФОТО: КОЛЛАЖ ЦАРЬГРАДА

Можно выделить две основные причины. Первая — демографическая ситуация. Благодаря высокой рождаемости местного населения потребность в привлечении большого числа иностранных работников здесь значительно ниже, чем во многих других субъектах России.

Вторая причина связана с общественными традициями и нормами поведения. В республиках Северного Кавказа сохраняются жёсткие требования к уважению старших, женщин, местных обычаев и правил общественной жизни. Любые проявления неуважения или вызывающего поведения могут иметь для приезжих куда более серьёзные последствия, чем в большинстве других российских регионов.

Таким образом, ключевым фактором оказывается не количество административных запретов, а действующая в обществе система моральных и традиционных норм. Именно она становится наиболее эффективным механизмом, который не только снижает число конфликтов, связанных с миграцией, но и сам по себе делает отдельные регионы малопривлекательными для массового притока иностранных работников.

В Чечне отлично работают полиция и миграционные службы. Чеченский народ в силу национальной сплочённости весьма внимательно следит за приезжими. Поэтому мигрантам на чеченской земле особенно не разгуляться.

Провинившихся хоть на йоту мигрантов из Чечни тут же выдворяют. Даже если окажется, что они просто работали без разрешения. Нарушителей доставляют в московский аэропорт Внуково, а оттуда — на историческую родину. Впрочем, иногда могут и просто вывести на границу республики, запретив возвращаться.

В общем, в Чечне мигранты есть, но местные власти и сам народ внимательно следят за их поведением. И если что — быстро реагируют. Потому никаких особых проблем с гастарбайтерами в Чечне не наблюдается.

Глава Чечни, кстати, не поддерживает митинги недовольных мигрантами, вроде недавних московских. Он считает, что такие шествия могут собирать и использовать в своих грязных целях проплаченные подстрекатели. Но и внезапные рейды столичных силовиков по мечетям Рамзан Ахматович тоже порицает.

Жёсткие традиции и самоконтроль местных жителей — это более действенная защита от миграционных проблем, чем официальные запреты?