Внутренний стержень: истории культовых моделей, бросивших вызов индустрии ( 18 фото )
Существует расхожий стереотип, будто подиумные звезды — это всего лишь пустоглазые манекены, механически демонстрирующие наряды. Однако реальность куда сложнее и интереснее. Многие легенды фэшн-индустрии обрели бессмертную славу вовсе не из-за миловидных черт лица или идеальных пропорций. Секрет их величия скрыт внутри — это несгибаемая воля и магнетическая харизма, которые вели их к вершинам признания.
Довима
Звучный псевдоним Довима придумала себе еще будучи ребенком. Она скомбинировала начальные слоги своего полного имени — Дороти Вирджиния Маргарет Джуба — и использовала эту подпись для своих рисунков. Тяжелый ревматизм на восемь лет приковал ее к постели, однако в восемнадцать врачи вынесли вердикт о полном выздоровлении. Начав с должности продавщицы сладостей, она параллельно посещала художественную школу.
Судьбоносная встреча с модельным скаутом произошла около лифта, после чего ее взлет стал стремительным. Довима стала олицетворением журналов Glamour, Vogue и Harper’s Bazaar. Индустрия была очарована ее мистическим взором, осиной талией и фантастическим даром к перевоплощению. Особенно трепетно к ней относился Кристиан Диор. Вершиной ее портфолио признана легендарная серия снимков Ричарда Аведона «Довима со слонами».
Финал ее карьеры оказался неожиданным. Прямо на площадке Harper’s Bazaar в 1959 году она поставила точку, сообщив Аведону, что эта съемка — последняя. Отработав смену, она без лишнего шума покинула модный мир.
Дориан Ли
Дориан Ли с ранних лет отличалась недетской рассудительностью. Школьную программу она осилила к пятнадцати годам, а позже заслужила степень бакалавра в области машиностроения. В разгар Второй мировой она приложила руку к проектированию самолетных крыльев. Впоследствии жизненный путь завел ее в рекламное бюро копирайтером.
В фэшн-бизнес она ворвалась в возрасте двадцати семи лет, уже воспитывая двоих наследников. Ее дебютом стала обложка Harper’s Bazaar — предел мечтаний многих коллег, но для нее лишь разбег. При росте, не дотягивавшем до классических стандартов, всего 165 см, она украшала собой все ведущие глянцевые издания. В тридцать пять лет она подписала контракт с косметическим гигантом Revlon.
Свою автобиографию, озаглавленную «Девушка, которая смогла все», она презентовала в 1980 году. Жизненный путь Дориан завершился в 2008 году, причем она пережила двух из пяти своих отпрысков.
Верушка
Верушка являет собой феномен женщины, сотворившей себя с нуля. Она превратилась в настоящий миф при жизни. Вышедшая недавно книга мемуаров приковала взгляды не только фанатов глянца, но и взыскательных литературных гурманов. Ее биографические повороты могли бы поразить воображение даже великого выдумщика Сальвадора Дали.
Поначалу работа под паспортным именем Вера фон Лендорф не клеилась, но таинственный никнейм Верушка мгновенно заинтриговал аудиторию. Сочинив себе экзотическую родословную, она молниеносно взошла на Олимп. Особенная внешность, почти двухметровый рост и замкнутый нрав, прежде считавшиеся помехами, превратились в козыри. К этому добавилась невероятная гибкость и энергетика.
В объективе она мастерски перерождалась: становилась то иным человеком, то неодушевленным предметом. Случалось ей имитировать фактуру камня, повадки зверя, облик рэперов, а порой она буквально растворялась в архитектурном фоне.
Джин Шримптон
До того как стать иконой «свингующего Лондона» и музой фотографа Дэвида Бэйли, Джин Шримптон почти не мелькала в журналах. В ее портфолио значилась лишь реклама кукурузных хлопьев. Даже заполучив статус звезды и оккупировав обложки, Джин сохранила трогательную простоту. Она не терпела вычурных нарядов, предпочитая собственноручно связанные свитера. Скандал разразился, когда она посетила скачки без чулок, перчаток и шляпки — неслыханная дерзость для той эпохи. Преданные фанаты из-за игры слов в ее фамилии дали ей ласковое прозвище Креветочка.
Наоми Симс
Наоми Симс вошла в анналы истории как первая чернокожая супермодель. На старте ее пути расовые барьеры были колоссальны. Агентства и редакции глянца методично захлопывали перед ней двери из-за цвета кожи. Однако отступать она не собиралась. Ей удалось сагитировать фотографа Госту Петерсона провести съемку для обложки приложения New York Times Magazine. Этот смелый шаг сломал лед, и индустрия наконец сдалась.
Вскоре ее портреты украсили Cosmopolitan и Life. Несмотря на триумф, в 1973 году Наоми испытала глубокое разочарование в профессии и навсегда покинула подиум.
Твигги
Девочка-тростинка, урожденная Лесли Хорнби и известная планете как Твигги, в шестидесятых годах ввела моду на субтильность, мальчишеские стрижки, неестественно огромные глаза и ресницы-лапки. Она стала эмблемой декады и до сих пор служит ориентиром для девушек, грезящих о модельной худобе. Неспроста расстройства пищевого поведения иногда именуют синдромом Твигги.
При этом сама Лесли до знакомства с парикмахером Леонардо, который разглядел в ней будущее и сделал лицом своего салона, мучительно стеснялась внешности. Ее легендарная стройность была для нее источником переживаний. Модельную карьеру она свернула уже в 1970-м, просияв на небосклоне всего пять лет. И все же, звание иконы стиля за ней закрепилось навсегда.
Дониель Луна
Ничто в детстве не предвещало головокружительного успеха. Скромное имя Пегги Энн Фриман и мрачная семейная драма — мать, застрелившая отца-алкоголика, — сулили ей лишь незавидную долю, максимум карьеру медсестры. Но девушка совершила побег в мегаполис, перепридумала себя и стала звездой.
1966 год вошел в историю моды благодаря ей: Дониель Луна стала первой афроамериканкой, попавшей на обложку Vogue. Издание Time окрестило тот период «Годом Луны».
Лорен Хаттон
Американка Лорен Хаттон первой превратила заметную щербинку между передними зубами в фирменный шик. Сегодня мы боготворим за подобные «изъяны» Роузи Хантингтон-Уайтли или Лару Стоун, но в те годы агенты требовали немедленного исправления. Лорен проявила характер и отказалась — и судьба вознаградила ее. Вскоре на нее положила глаз Диана Вриланд, легендарный главред американского Vogue, что вылилось в десятилетия плодотворного тандема.
Итог впечатляет: обложка Vogue покорялась ей более двадцати пяти раз! В 1974 году она заключила умопомрачительный контракт с Revlon — один из первых миллионных в истории — и оставалась амбассадором до сорока лет. Активность Лорен не угасает: в возрасте 68 лет она стала лицом Mango, а спустя еще три года снялась в кампании H&M.
Иман
Красота сомалийки Иман покорила самого Ива Сен-Лорана, называвшего ее женщиной грез. Американский дизайнер Майкл Корс величает ее нетленной иконой. Даже эпатажный Дэвид Боуи не устоял перед ее чарами, и их брак оказался на удивление прочным.
Сложно представить, но в юности она метила в политологи и планировала строить политическую карьеру. Съемки служили лишь способом покрыть расходы на учебу. Иман пришлось изрядно попотеть, чтобы развеять миф о неотесанной дикарке. Например, поначалу агентство приставило к ней переводчика, уверенное в ее безграмотности. На деле же она свободно владела пятью языками.
Ныне она — успешная предпринимательница, создательница косметического бренда для различных оттенков кожи, дизайнер украшений и автор книг.
Дженис Дикинсон
Зрителям MTV хорошо знакомо шоу «Модельная школа ведьмы Дженис». Его бессменной ведущей была Дженис Дикинсон — первая, кто дерзко нарекла себя супермоделью. В конце семидесятых она разразилась тирадой в эфире Entertainment Tonight, потребовав, чтобы ее величали супермоделью, и предрекла появление целой касты сверхманекенщиц. Пророчество сбылось.
К двухтысячным буйный темперамент и увлечение пластическими операциями исказили ее внешность почти до потери идентичности. Однако ее имя навечно вписано в скрижали моды как символ бунтарства и дерзкой инновации.
Джиа Каранджи
Трагическая биография Джии Каранджи знакома многим по киноленте «Джиа» с Анджелиной Джоли. Увы, истории, оборванные наркотиками, не такая уж редкость для фэшн-среды. Внешность Джии выбивалась из канонов ее времени, когда царил культ ледяных блондинок. Но ее удивительная способность менять амплуа стремительно привела ее к успеху.
Наиболее яркой и цитируемой работой осталась обложка Cosmopolitan, где модель красуется в желтом купальнике. Этот кадр по праву считается одним из самых знаковых в ее портфолио.
Наоми Кэмпбелл
«Черную пантеру» Наоми Кэмпбелл земной шар знает не только по рекордам на подиуме, но и по крутому нраву. Метание телефонов, уличные потасовки и последующее искупление вины на общественных работах — часть ее образа. Однако колоссальный след в моде невозможно игнорировать, она стала живым мифом.
В девяностых ей выпало куда больше испытаний, чем ее белым коллегам. Расовые предубеждения никуда не делись. Красноречивый факт: между первой обложкой британского Vogue с темнокожей моделью (Дониель Луна) и появлением на ней Наоми пролегла пропасть в три десятка лет. А французский Vogue капитулировал лишь после ультиматума Ива Сен-Лорана, пригрозившего разорвать все отношения с изданием, если те не прекратят бойкот.
Кристи Тарлингтон
Культовый рекламный лозунг «Все в восторге от тебя — а ты от Maybelline» родился благодаря Кристи Тарлингтон. И действительно, как тут не восхищаться? Ее сделка с косметической маркой стала одной из самых дорогих в 90-е: за двенадцать рабочих дней в году она клала на счет 800 тысяч долларов.
Ее лицо появлялось на обложках более пятисот раз, а список коллабораций с модными домами необъятен. Но самые теплые отношения сложились с Calvin Klein. На протяжении многих лет она была их музой, а в 2013 году триумфально вернулась в статусе главной героини бренда. С лихих 90-х, прозванных эпохой супермоделей, ни лицо, ни формы Кристи, кажется, не подвластны времени.
Синди Кроуфорд
«Девушка с родинкой над губой» — этот титул закрепился за Синди Кроуфорд на заре ее карьеры, и выразительная отметина до сих пор служит ее главным паспортом. Никто из домочадцев не делал ставок на Синди, считая ее гадким утенком в семье сплошных красавиц. Однако в шестнадцать лет ее заприметил фотограф локальной газеты, а уже в семнадцать она числилась в легендарном агентстве Elite. На старте ее нарекли Baby Gia, проводя параллели с Джией Каранджи, но Синди проявила куда больше благоразумия: сегодня она жива, здорова, воспитывает потомство и активно занимается филантропией.
Клаудиа Шиффер
Златовласая Клаудиа Шиффер, кажется, позаимствовала свой шарм у Брижит Бардо. Пусть ее киноопыты и не стали такими же яркими, а в фильмографии значится по-настоящему лишь «Реальная любовь», зато фэшн-карьера сложилась безупречно. Случайное знакомство в ночном клубе с главой Metropolitan, скорый переезд в Париж, обложка ELLE, сотрудничество с Chanel — и маховик славы закрутился без остановки.
Линда Евангелиста
Путь Линды Евангелисты начался с детских конкурсов красоты, а решающим трамплином стал титул Miss Teenage Niagara 1988. Юную «Мисс Ниагара» приметили, и очень скоро она осваивалась в Нью-Йорке, сблизилась с фотографом Питером Линдбергом и отважилась на свою революционную короткую стрижку. За плечами у нее уже более шести сотен обложек, и она продолжает сниматься, хотя и сбавила обороты.
Кейт Мосс
Возникновение Кейт Мосс в девяностых совершило тектонический сдвиг в мире моды. На контрасте с роскошными супермоделями-гигантами она смотрелась болезненно-уязвимой и пугающе простой — абсолютной противоположностью «богинь» типа Евангелисты или Шиффер. Ее неидеальные пропорции лица, гипнотический взор, миниатюрный рост и угловатая фигура стали знаменем новой эры. Именно Кейт запустила тренд на андрогинность и эстетику героинового шика. Рекламная кампания Calvin Klein с совсем юной Мосс давно обрела культовый статус.
Сегодня Кейт ступает на подиум лишь по старой дружбе, делая исключения для Марка Джейкобса или Донателлы Версаче. Она не бросает съемки, экспериментирует с музыкой, запускает успешные коллаборации с Topshop и ведет массу иных проектов. Талантливый человек, как верно подмечено, талантлив во всем.
Кто из этих легенд, по-вашему, совершил самый смелый прорыв — тот, кто боролся с расовыми предрассудками, или тот, кто разрушал стандарты красоты внешностью и стилем?