«Ты что мне посоветовал? Это же хрень!»: Чебатков о книгах, которые стоит прочитать ( 3 фото )
Стендап-комик Евгений Чебатков составил список литературы для летнего чтения. Вместе с Егором Спесивцевым они обсудили, почему Салтыков-Щедрин не так прост, как кажется, чем «Угрюм-река» напоминает вестерн, и почему «Волшебник Изумрудного города» превосходит оригинал. В разговоре также вспомнили книги, которые так и не удалось дочитать, и те, что побоялись перечитывать. Затронули и концерт Канье Уэста в Стамбуле.
Перед тем, как говорить о книгах: как тебе Канье в Стамбуле?
Чебатков признался, что остался в полном восторге. Он давно следит за творчеством Канье, поэтому получил огромное удовольствие от шоу, несмотря на противоречивые отзывы. Многие зрители на стадионе жаловались на однообразие и слабую программу, но сам комик и его жена отлично провели время.
Там действительно билеты не проверяли?
По словам Чебаткова, проблемы с контролем могли возникнуть у обладателей билетов на танцпол. В толпе пронесли множество фаеров, несмотря на запрет. Сам комик сидел на местах VIP-уровня, где проверка была двойной.
Во второй — потому что узнали?
Это стало настоящим сумасшествием. К нему подошел парень сфотографироваться, а затем выстроилась целая очередь из казахских поклонников. Турки, наблюдавшие за этим, не понимали, что происходит, и тоже начали подходить с вопросом: «А ты вообще кто?» Чебатков пошутил, что представился Канье Уэстом, и это вызвало у многих беспокойство — они боялись упустить что-то важное.
От Турции и турок давай к «Москве и москвичам» Гиляровского: это первая книга в твоём списке. Почему она?
Комик признался, что был в замешательстве: что делает книги «летними»? Гиляровского он читал давно, еще до переезда в Москву, а прошлым летом перечитал и ощутил город совершенно иначе. Он вспомнил, как сидел на Трубной и читал с телефона описание этого места из книги — это был интересный опыт.
А помнишь, с какой книги ты вообще начал читать «всерьёз»?
Впервые образы «нарисовались» у Чебаткова при чтении «Тараса Бульбы». Это была первая «взрослая» книга в детстве. Ему понравилась казачья тема, тем более что его семья связана с сибирским казачеством. Исторически запорожские казаки осваивали Сибирь, и это вызывало особый интерес, хотя он и не ощущал себя казаком напрямую.
«Да это же буквально я!»
Такого не было, но казачья тема в детстве часто всплывала благодаря семейным историям. Прапрадед комика был казачьим атаманом в Северном Казахстане, а бабушка использовала в речи казачьи присказки. Чебатков отметил, что слово «казак» означает «свободный человек», и в этом он чувствует преемственность.
Я думаю, это ещё и качество хорошей литературы: она «продает» тебе идентичность, на которую ты прежде не сильно претендовал.
Комик согласился, что именно это его и зацепило. После Гоголя он переключился на Гюго, которого много читал, но французом себя никогда не считал, посмеявшись над теорией собеседника.
Есть книга, которую ты много раз начинал, но так и не смог прочитать?
Чебатков признался, что несколько раз пытался одолеть «Улисса» Джойса, чтобы иметь право сказать: «Я прочитал “Улисса”». Но после трех попыток бросил. Последняя попытка была в университете.
А докуда ты дочитал?
Он даже не помнит, что вызвало смех. Комик предпочитает художественную литературу, которая больше заботится о читателе, но не исключает, что «не дорос» до такой позиции.
Следующая книга — «Плывун» Александра Житинского. Почему она «на лето»?
Чебатков решил, что после книги о Москве нужно дать что-то о Петербурге. «Плывун» — мистическая, но человечная история о пожилом мужчине, у которого «обнуляется» жизнь. Он оказывается в доме своей молодости, где начинают происходить мистические события, и у него появляется миссия. Комику важно видеть в искусстве внимание и сочувствие к человеку, что Житинский транслирует через «человеколюбие».
Дальше Габриэль Гарсиа Маркес — «12 рассказов-странников». У тебя есть любимый рассказ Маркеса?
Чебаткову очень нравится рассказ «Самый красивый утопленник в мире», который запомнился еще из детства.
Я помню, как в школе прочитал «Полковнику никто не пишет», и меня впечатлила концовка.
Финал, где жена спрашивает: «А что мы будем есть всё это время?» — и полковник отвечает «Дерьмо», поразил комика. Он признался, что после прочтения просто сидел и смотрел перед собой.
У тебя есть книга, которую хочется перечитать, но страшно «разлюбить»?
Чебатков рассказал историю. Подруга жены попросила посоветовать что-то интересное, и он вспомнил «Пармскую обитель» Стендаля. Книга ему очень понравилась в свое время. Когда он встретил знакомую, она возмутилась: «Это какой-то прикол? Ты что мне посоветовал? Это же хрень полная!» Комик стоял в недоумении, пытаясь понять, неужели книга настолько плоха. Перечитывать он пока не рискнул.
Справа: список чтения на лето в блокноте Евгения Чебаткова
Дальше — «Саша, привет!» Дмитрия Данилова. Ты лично знаком с автором?
Чебатков познакомился с Даниловым недавно и был ошеломлен его скромностью и увлеченностью делом. По его мнению, таким и должен быть настоящий художник. Жена комика работала с Даниловым над спектаклем и пригласила его на концерт. Данилову понравилось, что было приятно, ведь в книге много юмора.
Дальше — «Таинственный незнакомец» Марка Твена. Я не читал Марка Твена вообще.
Чебатков назвал книгу крутой. Это история о дьяволе, который спускается в мир и взаимодействует с человеком. Дьявол настолько обаятелен и убедителен, что читатель начинает сомневаться в его злой сущности, хотя знает правду.
Дальше ты рекомендуешь «Защиту Лужина». Это твой любимый роман Набокова?
Нет, больше всего комику нравится «Подвиг», но он его недавно рекомендовал. У Набокова он ценит русский язык, как и у Бунина. «Защита Лужина» — потрясающая книга, от которой невозможно оторваться благодаря психологической трансформации главного героя.
Кто из писателей больше всего «попадает» в тебя своим чувством юмора?
Чебатков выбрал Зощенко, который помещает героев в трагические обстоятельства, а затем одним словом переворачивает всё в комедию. Также он отметил Салтыкова-Щедрина, хотя и не хохотал над «Премудрым пискарем», но нашел интересные находки, например, в «Как мужик двух генералов прокормил».
Ладно, а кроме Салтыкова-Щедрина?
Комику очень нравится Довлатов. Самым смешным он считает «Филиал», где герой приезжает на форум «Новая Россия» в Лос-Анджелесе, и начинается абсурдная ругань. Вся комедия Довлатова работает на фоне его личного кризиса.
Идем дальше: «Похождения бравого солдата Швейка». Здесь у меня снова возникают вопросы...
Чебатков объяснил, что выбирал книги на лето, и мозг подсознательно подбрасывал тексты из школьного списка. Со Швейком связаны приятные детские воспоминания: книга попалась, когда он хотел поступать на исторический. Дедушка переубедил его, посоветовав что-то «посерьезнее», но интерес к Первой мировой остался. Швейк предлагает взгляд на жестокий мир через комедию, как Шоу Бенни Хилла.
То есть Швейк — это такой «брейнрот» своего времени?
Комик согласился, посмеявшись.
А что для тебя «главная» детская книга?
Чебатков рискнул назвать «Волшебник Изумрудного города». Он уважает книгу еще и потому, что автор Александр Волков — его земляк из Усть-Каменогорска. Комик считает, что Волков «улучшил» западную историю.
А ты продолжения читал?
Только про Урфина Джюса. Собеседник заметил, что в продолжениях много политических реалий, и Волков в начале не так сильно «улучшал». Чебатков задумался, но потом признался, что играет в NHL.
Тогда следующая книга: «Угрюм-река» Вячеслава Шишкова.
Летнее чтиво, которое он нашел в библиотеке у деда. Название привлекло внимание. Чебатков считает книгу мастхэвом для понимания сибирского характера — находчивого и деловитого. Это эпопея о золотодобыче, похожая на вестерн, или «истерн». Главный герой Прохор Громов разрушает себя и всё вокруг в погоне за успехом.
Наш русский Red Dead Redemption!
Комик согласился, отметив сочетание кантри-темы с сибирским колоритом: «дикие», свободолюбивые люди.
И последняя книга: «Ингрэм», дебютный роман Луи Си Кея.
Чебатков купил книгу на концерте Си Кея в Стамбуле, но она оказалась на турецком языке. Пришлось заказать другую, на английском, и он получил огромное удовольствие. Он большой поклонник Си Кея и готов «скушать всё, что он сделает». Книга — художественная история о жизни в техасской семье, о выборе, который герой делает с детства. Чебатков заметил, что в американской литературе это частая тема — утверждение воли вопреки всему.
Это всё протестантская этика.
Комик согласился, отметив, что в русской литературе больше предопределения и жертвенности. Американские авторы, как Хемингуэй, ему понятнее: герои всегда выбирают свою дорогу. Си Кей оказался крепким автором.
Стендап и писательство — близкие вещи?
Чебатков считает, что общего много. Он воспринимает себя как автора комедийных текстов. Хотя многие коллеги считают стендап разговорным жанром, ему нравится «посидеть над текстом». Концерт похож на роман: для большой формы важно мыслить концептуально.
Ты примером Си Кея не вдохновился?
Очень вдохновился. У него была мысль что-то написать, и даже выходило издательство, которое его «развеселило и разозлило». Они предложили прислать автора, который напишет его историю, а Чебаткову нужно было только сфотографироваться на обложку. Аргумент «Мы работали с Kizaru!» его особенно насмешил.
А сейчас уже стоит ждать от тебя книги?
Было бы интересно попробовать, возможно, в короткой художественной форме. Биографические вещи писать не хочется, так как весь стендап построен на личных историях. Здорово было бы придумать забавную историю.
Какая книга из списка Чебаткова вас больше всего заинтересовала?