Последний рубеж: Трагедия 456-го полка НКВД в Крыму ( 10 фото )

Именно на этом месте, среди багровых цветов, напоминающих кровавые следы на серых скалах, завершили свой путь солдаты прославленного 456-го сводного полка войск НКВД. Их история — это образец невероятной храбрости и стойкости в противостоянии с многократно превосходящими силами врага, страница, навечно вписанная в летопись обороны Севастополя.

Давайте пройдем этот путь вместе: от первых дней отчаянной борьбы до финальной черты у моря.

Осенью 41-го года разразилась настоящая катастрофа. Танки вермахта неслись к Москве, пали Киев и Харьков, Ленинград оказался в блокадном кольце. На юге разворачивалась не менее жестокая драма: прорвав оборону на Перекопе, немецкие и румынские части вторглись на территорию Крыма. В хаосе отступления советские подразделения отходили кто к Керчи, кто к Севастополю. Командование бросало в бой любые доступные силы, лишь бы замедлить продвижение врага и выиграть время. Так восточнее Балаклавы на пути оккупантов оказались совсем юные курсанты школы младших командиров пограничных катеров. Рядом расположилась рота войск НКВД, охранявшая железнодорожные пути.

По воспоминаниям генерала Моргунова, первый удар принял на себя взвод полка НКВД, оборонявший водоснабжение. Силы были неравны, но неожиданно бойцам оказала помощь зенитная батарея старшего лейтенанта Белова. Группа смельчаков с несколькими орудиями на время сдержала натиск. Вскоре подоспели морские пехотинцы и два взвода пограничников, вызванных по телефону. Враг отступил. Эта небольшая победа подарила драгоценные часы — в город успели войти основные силы Приморской армии. Первый штурм Севастополя захлебнулся.

Увидев невероятную стойкость пограничников, командование приняло решение создать сводный пограничный полк НКВД. Основой стали курсанты школы и остатки одесского отряда. Так родился 456-й полк. Первый бой нового соединения оказался неудачным — враг отбросил его на три километра. Командира полковника Шейкина отстранили, назначив подполковника Герасима Рубцова. Тот рискнул проявить инициативу и отвел батальоны из опасной низины на две господствующие высоты с крутыми склонами, где стояли руины генуэзской крепости Чембало. Это решение спасло полк.

Центром обороны стал замок Святого Николая, где засел усиленный взвод младшего лейтенанта Григория Орлова, бывшего строителя московского метро. Его опыт оказался бесценен: в древних стенах пробили узкий проход и амбразуры, а в скале оборудовали помещение с печкой — служившее и столовой, и казармой. Генуэзская цитадель ожила, став неприступной для пограничников. Обойти её было невозможно: справа море, слева — другая высота. Немцы штурмовали её в лоб, поливали огнем, бомбили с воздуха. Но гарнизон держался.

Тогда враг пошел на хитрость: в тумане три отряда одновременно атаковали замок. Пулеметчики скосили первые ряды, но огнеметчики сумели подползти к стенам. Тогда из крепости в контратаку бросились всего семнадцать бойцов под началом уроженца Великоустюгского уезда Михаила Трофимова. Все они погибли, но уничтожили огнеметчиков и спасли товарищей.

В декабре 41-го, при втором штурме, взвод Орлова за четыре дня отразил более шестидесяти атак. Командир автоматчиков вологжанин Иван Логинов скрытно зашел немцам в тыл и разбил минометную батарею, которая долго мучила защитников замка. После этого наступило затишье — позиционная война, снайперская дуэль. Зимой и весной 42-го бойцы полка взяли шефство над школой: дети учились в подвалах при светильниках из гильз. Тогда же корреспондент ТАСС Александр Хамадан записал в дневнике: за три месяца по башне выпустили 2500 мин и 1500 снарядов, 24 попадания, но стены выстояли.

Однако третий штурм в июне 42-го стал последним. После недель чудовищной бомбежки тяжелый снаряд попал в уже разрушенную стену замка — верхняя башня рухнула, похоронив почти весь гарнизон. Но полк продолжал драться. Чтобы выкурить бойцов из домов на окраине Балаклавы, немцы скатывали горящие бочки с горючей смесью. Защитники по ночам ставили металлические рогатки, которые опрокидывали эти бочки.

456-й полк сражался до 1 июля 1942 года, пока не поступил приказ отходить. Но было поздно. Офицеров эвакуировали, а солдаты отошли на мыс Херсонес, где их ждал лишь пустой горизонт — корабли не пришли. 4 июля сообщили, что после 250-дневной обороны Севастополь оставлен. О трагедии мыса, где в плен попали почти 80 тысяч человек, долгое время молчали. Даже после того, как полк официально расформировали, горстка пограничников во главе с раненным насмерть подполковником Рубцовым продолжала бой среди камней Херсонеса. Без еды, воды, почти без патронов, в жару — они держались еще две недели. Большинство погибло. До Победы дожили лишь тринадцать бойцов 456-го полка.

Теперь вы знаете, почему самые яркие маки в Крыму растут на склонах Чембало и у Херсонеса. Это память о тех, кто до конца исполнил свой долг. Их подвиг навсегда останется в сердцах как один из самых трагичных и мужественных эпизодов обороны Севастополя. Вечная слава героям!

Красные маки или белые розы?