Почему в СССР вещи не покупали, а «доставали»: смысл слова, ставшего символом эпохи ( 5 фото )
В СССР можно было иметь много денег и всё равно ничего не купить
В наши дни глагол «достал» употребляют либо в значении «раздобыл», либо как синоним надоедливости. Однако во времена Советского Союза за этим словом закрепился совершенно особый, хорошо знакомый всей эпохе подтекст. Если человек обмолвился: «Я достал сапоги», «достал мебель», «достал колбасу» или «достал магнитофон», речь почти никогда не шла о банальной покупке. И уж тем более это не подразумевало воровства. Слово родилось в недрах тотального дефицита. В мире, где само по себе наличие денег не решало ровным счётом ничего. Можно было получать зарплату, иметь сбережения и жгучее желание приобрести необходимый предмет, однако самого предмета в свободном доступе попросту не существовало. Вот тут-то и вступало в силу главное искусство советского гражданина. Не купить, а именно достать.
Почему нельзя было просто пойти и купить
Чтобы прочувствовать мощь этого слова, необходимо постичь саму логику советской коммерции. Экономика была не рыночной, а плановой. Это означало, что государство единолично решало, сколько и чего производить, куда поставлять, в каких объёмах и по какой стоимости реализовывать. На бумаге всё смотрелось рационально и упорядоченно. В действительности это регулярно оборачивалось нехваткой самых элементарных товаров. Причём в разряд дефицита попадали не только лакомства или заграничная электроника. Вполне заурядные предметы обихода. Добротная обувь, корпусная мебель, стиральная машина, детское приданое, мясо, стройматериалы, литература, автозапчасти. Где-то что-то «выбрасывали», но оно мгновенно исчезало. А что-то номинально числилось в ассортименте, но отыскать его в магазине было сродни подвигу. Именно поэтому слово «купил» звучало слишком пресно. Оно не отражало главного — колоссальных усилий. А вот «достал» отражало всё и сразу.
«Достать» — это не украсть, а обойти дефицит
Крайне важно понимать: в подавляющем большинстве случаев «достал» не означало «украл». Чаще всего подразумевалось, что человек сумел заполучить желаемое окольными путями. Не через обычную магазинную витрину, а посредством связей, знакомств, редкого везения, предварительной договорённости или внезапно подвернувшегося случая. Иными словами, формально вещь всё ещё покупалась за деньги. Но тропа к ней была не прямая, а какая-то особенная. И именно эта «особенная тропа» превращала покупку в событие. «Достать» могло означать: купить через знакомого продавца, взять «из-под прилавка», разведать, куда и когда «выбросят» партию, выпросить через родню или коллег, раздобыть по месту работы, через склад или систему распределения. Получается, человек не столько приобретал, сколько пробивался к вещи сквозь систему.
Почему это слово стало почти символом эпохи
Потому что оно с предельной точностью описывало советские будни. В стандартной потребительской среде ключевым навыком является выбор. Ты сопоставляешь варианты, размышляешь, что предпочтительнее, и покупаешь. В советской системе ключевым навыком был доступ. Не «что выбрать», а «как вообще до этого дотянуться». Именно по этой причине так высоко ценились знакомства, полезные связи, пресловутый блат. Человек, обременённый нужными контактами, обитал в качественно иной реальности, нежели тот, у кого их не было. Один «доставал» финскую обувь, мебельную стенку, ковёр, сервиз, мясо к празднику и добротный магнитофон. Другой обречённо простаивал в очередях, уповая, что хоть что-нибудь да останется. Слово «достал» в этом смысле сообщало не только о вещи, но и о статусе. Оно звенело как маленькая, но сладкая победа над дефицитом.
Почему нельзя было просто сказать «купил»
Да потому что «купил» не передавало драматизма процесса. Когда советский гражданин изрекал «я купил телевизор», за этим нередко скрывалась история длиною в недели, а то и месяцы. Требовалось выяснить, где он ожидается. Договориться. Записаться. Ждать. Примчаться в нужный час. Возможно, прибегнуть к чьей-то помощи. Возможно, отстоять гигантскую очередь. Возможно, задействовать знакомство. И только под занавес — заплатить. То есть деньги являлись финальным аккордом истории, но никак не первым. Вот поэтому «достал» звучало несравненно точнее. Оно вещало: я не просто расстался с деньгами, я пробился, изловчился, выкрутился, отыскал лазейку.
Это слово говорило о системе больше, чем любая статистика
В каком-то роде «достал» — одно из самых правдивых слов о советской экономике. Оно демонстрирует, что проблема была не только в количестве товарной массы, но и в самой ауре потребления. Человек существовал не в мире выбора, а в мире нехватки. Он приспособился не к удобству, а к непрерывной охоте за вещами. И от этого видоизменялся даже язык. Предметы не просто покупали. Их «выбрасывали», «ловили», «урвали», «доставали». Это был лексикон общества, где нормальный товарооборот перманентно подменялся судорожными поисками.
Почему это слово до сих пор так хорошо понимают
Потому что за ним стоит невероятно живая, сочная интонация. В глаголе «достал» слились воедино радость и усталость, хитрость и гордость. Он звучит почти как реляция о маленьком подвиге. А для миллионов людей это и впрямь был подвиг. Добыть то, что по логике вещей должно было преспокойно лежать на прилавке. Сегодня это слово срабатывает как культурная капсула времени. Бросьте фразу «достал сервант», «достал югославскую стенку», «достал колбасу к Новому году» — и моментально всплывает целая вселенная. Очереди, свои люди, дефицит, блат, томительное ожидание и щемящая радость от обладания редкостной вещью.
А вам приходилось «доставать» что-то в советское время или слышать истории об этом от старших родственников?