fghfghfg

Наши «Войны Пентагона». Реалии отечественных военных НИОКР ( 8 фото )


Наши «Войны Пентагона». Реалии отечественных военных НИОКР армия

Поднятые в краткой статье «Беспилотные «рои» готовятся к бою» вопросы требуют пояснения в части Научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ (НИОКР) (вообще и перспективных робототехнических комплексов (РТК) в частности) и противостояния ПВО-БЛА («На острие противостояния: БЛА против ПВО»). Данная статья первая в серии материалов о наших НИОКР.

В фильме «Войны Пентагона» режиссера Ричарда Бенджамина (1988 г.) в острой и гротескной форме показана изнанка некоторых военных научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ (НИОКР) США. Умный хороший фильм с большим количеством юмора (причем не американского, а скорее английского) очень рекомендуется к просмотру. Лица, имеющие отношение к военной сфере или ОПК, получат отдельное эстетическое удовольствие.

Возникает вполне резонный вопрос: «А как все это выглядит у нас?» Особенно в обстановке после срыва сроков многих ОКР, фактически происходящей военно-технической революции и значительного обострения военно-политической обстановки?

Описать, как у нас все это «фунициклирует», простым русским языком затруднительно. Хотя бы потому, что он может сломаться, и ему (для точной передачи действительности) необходима будет помощь очень крепких боцманских выражений. Но мы попробуем.

Вся «глубина наших глубин» - короткий экскурс

По этой тематике есть серия (в том числе доступная в сети «Интернет») прекрасных статей известных и уважаемых в ОПК и Минобороны специалистов. Несмотря на то, что ими подняты далеко не все проблемные вопросы, но и того, что ими было сказано, «на валидол хватит». Тем, кто хочет понять, что вообще происходит с созданием военной техники у нас, серия этих статей настоятельно рекомендуется к прочтению. Журнал «Средства и технологии автоматизации»:

№ 3/2017 «Бумажная изнанка военной электроники»
№ 3/2015 «Военная электроника: обзор нормативной базы и практики её применения»
№ 3/2013 «Военная электроника: броуновское движение в бумажных лабиринтах, или жизнь по понятиям»
№ 3/2011 «Военная электроника: сводка с «бумажного» фронта»
№ 3/2009 «Бумажные» особенности национальной военной электроники»
№ 3/2007 «Процедурные вопросы применения электронных средств в военной технике: нормативная база и правда жизни».

Взяв с авторов пример (и во избежание использования крепкой боцманской лексики для точного описания происходящего), будем максимально ссылаться на официальные источники, но со своими комментариями, считая также возможным иллюстрировать их подходящими скринами из фильма «Войны Пентагона».

Для начала выясним, что такое нормальная организация НИОКР?

Это (кратко):

- Нормальная этапность НИОКР вооружения и военной техники (ВВТ) и их сроки: поисковые НИР (научно-исследовательские работы), прикладные НИР (с детальным обоснованием и формированием необходимого задела для этого облика и требований к перспективным образцам вооружения), опытно-конструкторские работы (ОКР), обеспечение серийного производства и эксплуатации (применения по предназначению) ВВТ с выполнением ее модернизации.

- Эффективные и дееспособные разработчики и структуры заказчиков.

- Адекватная нормативная база и нормальное финансирование (и его размер здесь далеко не самое главное).

- Крепкий научный фундамент и технологические и кадровые возможности промышленности.

Как это выглядело в СССР?

В качестве иллюстрации можно процитировать (ключевое выделено) хорошую статью д.т.н. генерал-майора С. Колганова «Заказ вооружения по-советски»:

Решения по вопросам развития вооружения и военной техники (ВВТ) принимались на высших партийном (ЦК КПСС) и государственном (СМ СССР) уровнях. Всю организационную и директивную работу в этом направлении осуществлял специальный орган – Комиссия Президиума СМ СССР по военно-промышленным вопросам (ВПК)... Непосредственно подготовкой материалов, направленных на обоснование и разработку программных документов по развитию вооружения, занималось Министерство обороны (Генеральный штаб ВС, аппарат заместителя Министра обороны СССР по вооружению – начальника вооружения ВС) совместно с управлениями главнокомандующих и главными штабами видов ВС, командующими и штабами родов войск.

Основной же объем работ непосредственно выполнялся заказывающими управлениями и научно-техническими комитетами видов ВС и родов войск…. руководством вида Вооруженных Сил, родов войск, заказывающих управлений и научно-технического комитетов формировался перечень задач по развитию вида Вооруженных Сил и созданию перспективных образцов ВВТ с требуемыми характеристиками.

На основании этого перечня разрабатывался план научной работы вида Вооруженных Сил…
Наличие этого плана обеспечивало персональную ответственность всех должностных лиц за результаты работы… Приемка результатов исследований, как правило, проходила в острых и принципиальных дискуссиях, позволявших находить наиболее рациональные решения по самым сложным вопросам.

Кроме того, главный штаб, управления главкомата, рода войск, заказывающие управления выступали заказчиками научных исследований по роду своей деятельности, что существенно повышало объективность исследований, проводимых НИИ и вузами (и их качество). Все основные результаты научной работы доводились до главнокомандующего (или командующего), который в тот период являлся генеральным заказчиком вооружения для своего вида Вооруженных Сил (рода войск). Как будущий потребитель создаваемого вооружения именно главнокомандующий в полном объеме представлял себе роль и место новой техники в войсках, при ведении боевых действий и был заинтересован в принятии нужных для войск решений.

… Несомненным плюсом существовавшей системы являлись ее прозрачность и наличие первых лиц, объективно заинтересованных в получении высококачественных образцов вооружения. Недостатком же являлась слабая координация на межвидовом уровне, в результате чего иногда появлялись образцы ВВТ, решавшие близкие задачи.

То есть сильной стороной «советской системы» было то, что ресурсы (финансовые, производственные, человеческие) находились у тех, кто непосредственно отвечал за дело (в отдельных видах ВС РФ их было несколько). Благодаря тому, что военные представительства (ВП) входили в систему заказывающих управлений видов ВС СССР, заказчики хорошо знали реальную обстановку, возможности и проблемы в организациях ОПК, имели постоянную и эффективную обратную связь по принятым и реализуемым решениям.

Главной же слабой стороной было даже не (указанное у С. Колганова) дублирование ряда работ, а серьезные проблемы там, где начинались «межвидовые согласования». Более того, там, где тематика оказывалась без «хозяина», мог быть просто полный завал. Наглядный пример этого – средства противоторпедной защиты (ПТЗ) ВМФ СССР. Имея необходимый научно-технический задел для того, чтобы иметь их на самом современном уровне, ВМФ СССР получил по факту полный провал, по причине откровенного «сиротства» тематики («потерялась» между минерами, акустиками, РЭБовцами, «вычислителями», «механиками»).

Примечание. Сегодня с организацией этого вопроса ситуация еще хуже, ибо то (ПТЗ), что формально и фактически относится к МПО (морскому подводном оружию), «отдали» в «епархию» «РЭБовцев», которые по природе своей занимались «верхней полусферой» (то есть электромагнитными волнами), и о том, что такое гидроакустика и средства гидроакустического противодействия (СГПД), они имели и имеют весьма относительное представление.

Таким образом, советскую систему действительно нужно было реформировать. Вместо этого ее сломали.

Что же происходит у нас сегодня?

Первым этапом стало «укрупнение заказчиков» с формированием в видах ВС РФ в 2006 году «единых заказчиков» (в ВМФ это стало Управление заказов и поставок кораблей и вооружения).

«Логичным» (в кавычках) последующим решением было создание в 2011 году единого заказчика в Минобороны (Департамента ГОЗ).

Кроме того, в тот период времени была совершена еще одна крупная ошибка – вывод из подчинения заказчиков видов ВС РФ военных представительств и формирование единого Управления военных представительств МО РФ. В результате заказчики практически сразу потеряли даже не «обратную связь», а представление о реальной «обстановке».

Наглядный пример – история с дизелями для серии МРК проекта 22800, когда ВМФ до самого последнего момента (пока катастрофа с этим ГОЗ не стала свершившимся фактом) не имел представления о реальной обстановке по предприятию-изготовителю (и о том, что его руководство изначально и сознательно шло фактически на срыв ГОЗ и серии кораблей).

В 2007 году было принято решение отлучить от денег силовых госзаказчиков (МО РФ, МВД, ФСБ и др.) по причине вороватости генералов. Их распорядителем стала Рособоронпоставка, созданная в качестве антикоррупционной прокладки между заказчиками и исполнителями ГОЗ. На страже эффективности расходования бюджетных средств с 2004 года стоял Рособоронзаказ. Роль арбитра и координатора между силовиками и промышленностью выполняла Военно-промышленная комиссия (ВПК) при Правительстве РФ. Решения ВПК стали обязательными для всех органов исполнительной власти.

1 января 2014 года вступил в силу 44-ФЗ. Основная цель его принятия – победить коррупцию, при которой разворовывается сегодня каждый пятый «военный» рубль. Победил? Похоже, нет.

С 1 января 2015 года Рособоронпоставка и Рособоронзаказ упразднены. Роль их «могильщика» выполнил С. Шойгу, обратившийся в мае к В. Путину, который на этом обращении наложил резолюцию «Согласен». В ОПК это событие восприняли на ура. В Минобороны по адресу Рособоронпоставки, как следует из официального сайта Минобороны, появился новый Департамент государственных закупок. Распорядителями денег снова стали генералы, посредник исчез. Надзорные функции, которые ранее выполнял Рособоронзаказ, распределены между другими существующими органами исполнительной власти.

Восстановлен практически уничтоженный А. Сердюковым институт военной приёмки. Её численность увеличена почти c 7,5 до 25 тысяч человек. Постановление Правительства РФ № 612 летом 2014 года вернуло к классическому виду и функции ВП, включая контроль ценообразования и участие в договорной работе.

Текущее положение дел

Кратко по структуре организаций Минобороны, ответственных за НИОКР (функционал взят с официального сайта МО РФ).

Наши «Войны Пентагона». Реалии отечественных военных НИОКР армия

Военно-научный комитет (ВНК) Вооруженных Сил Российской Федерации: предназначен для решения задач научного обоснования перспективных направлений строительства, развития, подготовки, применения и обеспечения Вооруженных Сил РФ в реальных и прогнозируемых условиях военно-политической, экономической и демографической обстановки. ВНК ВС РФ – это орган управления военной наукой, который непосредственно подчиняется начальнику Генерального штаба.

Кроме того, Начальнику генерального штаба напрямую подчинено Управление (строительства и развития системы применения беспилотных летательных аппаратов) ГШ ВС РФ.

С далеких советских времен за вооружение отвечал заместитель Министра по вооружению (в статусе, как и Начальник Генштаба, первого заместителя). Последним «главным вооруженцем» - первым заместителем Министра был генерал армии Борисов Ю.И., однако с назначением нынешнего «главного вооруженца» МО РФ Криворучко А.Ю. статус должности оказался существенно понижен, и сегодня на официальном сайте Минобороны она занимает 10 строчку.

Заместитель Министра обороны РФ отвечает за организацию военно-технического обеспечения Вооруженных Сил (ВС). Руководит деятельностью органов военного управления, воинских частей и организаций по планированию развития вооружения, военной и специальной техники (ВВСТ); организует разработку предложений и реализацию Основ военно-технической политики РФ в ВС и координирует их выполнение федеральными органами исполнительной власти; осуществляет возложенные на Минобороны функции государственного заказчика в области обороны в части ВВСТ и мероприятий по их ликвидации в рамках реализации международных договоров; организует и руководит совместно с Генштабом разработкой и проведением в ВС единой военно-технической политики по вопросам создания и модернизации ВВСТ…

Ему подчинены ряд структур, ключевыми из которых являются следующие.

Главное управление вооружения Вооруженных Сил РФ:

отвечает за организацию и координацию деятельности органов военного управления, осуществляющих заказы научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ (НИОКР), испытания, закупки, ремонт, утилизацию и ликвидацию вооружения и военной техники (ВВТ), военно-технического имущества и других материальных средств, …в рамках государственного оборонного заказа.

Научно-технический комитет (развития вооружений):

предназначен для выполнения функций по военно-научному обеспечению разработки проекта основ военно-технической политики Российской Федерации по вопросам создания и совершенствования вооружения, военной и специальной техники (ВВСТ), сопровождения и оценки результатов их реализации; организации информационно-аналитического обеспечения процессов планирования, размещения и реализации заданий государственного оборонного заказа (ГОЗ) в части ВВСТ; сводному планированию и организационно-методическому обеспечению научной, военно-исторической работы, издательской и конгрессно-выставочной деятельности воинских частей и организаций планирования развития вооружений.

Департамент Министерства обороны РФ по обеспечению государственного оборонного заказа (ДОГОЗ):

предназначен для осуществления Министерством обороны Российской Федерации функций государственного заказчика государственного оборонного заказа в части подготовки к размещению заданий государственного оборонного заказа, контроля и учета выполнения государственных контрактов на разработку, поставку, сервисное обслуживание, модернизацию, ремонт по закрепленной номенклатуре вооружения, военной, специальной техники и материальных средств.

Управление военных представительств Министерства обороны РФ:

предназначено для организации работ по контролю качества и приемки вооружения, военной и специальной техники (ВВСТ), контроля качества и приемки продукции военного назначения, предназначенной для экспорта (ПВН), авиационной техники гражданского назначения и космических систем и комплексов научного, социально-экономического и коммерческого назначения.

Кроме того, есть еще Заместитель Министра обороны РФ, генерал армии Попов П.А., в подчинении которого находится Главное управление научно-исследовательской деятельности и технологического сопровождения передовых технологий (инновационных исследований) Министерства обороны РФ (ГУНИД):

предназначено для организации в Министерстве обороны инновационной и конгрессно-выставочной деятельности, осуществления полномочий Министерства обороны в области государственной поддержки инновационной деятельности, сопровождения научно-технических и инновационных проектов, а также формирования условий для их реализации в целях создания перспективных образцов вооружения.

Примечание. При создании изначально ГУНИД задумывался как «второй заказчик» (к основному заказчику – ДОГОЗ), по отношению к перспективной тематике Минобороны. Однако (в силу ряда причин) это не было реализовано, в результате новая (уже не новая) структура де-факто искала себе место на НИОКРовской «кухне» Минобороны. Не имея функции заказа (и при наличии ряда других структур), сегодняшний статус ГУНИД несколько «двусмыслен».

Здесь же необходимо вспомнить о такой очень серьезной и уважаемой структуре как Главное ракетно-артиллерийское управления (ГРАУ), которое отвечает за:

- планирование и организацию обеспечения Вооруженных Сил РФ вооружением, военной техникой и другими материальными средствами по закрепленной номенклатуре;
- организацию совершенствования элементов системы ракетно-технического (РТО) и артиллерийско-технического обеспечения (АртТО) и координации деятельности органов военного управления по вопросам РТО и АртТО.

При этом ГРАУ входит в структуру Тыла ВС РФ генерала армии Булгакова Д.В. Будет уместно вспомнить:

06.2011 г. в Минобороны России не ликвидировали архив Главного ракетно-артиллерийского управления (ГРАУ), где хранились исторические сведения о российских арсеналах, говорится в сообщении управления пресс-службы и информации Минобороны РФ со ссылкой на начальника ГРАУ генерал-майора Александра Романовского.

«Информация в СМИ о том, что в Минобороны РФ ликвидирован архив Главного ракетно-артиллерийского управления, где хранились сведения о всех российских арсеналах и производстве оружия за более чем 500-летнюю историю, не соответствует действительности», - сказал А. Романовский.

«Это невозможно по определению, так как все документы по ГРАУ до XVIII века хранятся в Российском государственном архиве древних актов, с XVIII–XIX века в Российском государственном военно-историческом архиве, с начала XX века и до 40-х годов (прошлого века - ИФ-АВН) в Российском государственном военном архиве. Все эти архивы входят в систему Росархива, и история ГРАУ хранится в его фондах», - добавил он.

«Архивные документы с 40-х годов XX века и по настоящее время бережно хранятся в Центральном архиве министерства обороны Российской Федерации, часть документов по истории ГРАУ сосредоточена непосредственно в управлении", - уточнил руководитель ГРАУ.

Между тем, ранее бывший начальник ГРАУ генерал-полковник Николай Свертилов сообщил, что в Минобороны РФ ликвидирован архив ГРАУ, где хранились сведения о всех российских арсеналах.

«Даже у большевиков в 1917 году не поднялись руки на то, чтобы ликвидировать архив Главного артиллерийского управления царской армии, как называлось тогда ГРАУ. А вот теперь при оптимизации центральных управлений военного ведомства под предлогом того, что нет лишних площадей, принято решение уничтожить ценнейший архив ГРАУ. Фактически мы уничтожаем историю собственными руками», - сказал Н.Свертилов.

Н.Свертилов подчеркнул, что после нынешней реорганизации ГРАУ фактически утратило главенствующую роль главка по организации, хранению и обеспечению войск ракетно-артиллерийским вооружением и боеприпасами.

«Сейчас из ГРАУ, как единого целого, остались рожки да ножки. Науку передали в одно управление, капитальный ремонт - в другое, хранение и сборку боеприпасов и ракет - в третье»
, - сказал он.

В данной публикации «Российской газеты» представитель МО РФ, мягко говоря, говорил неправду, точнее занимался «подменой тезиса». Да, львиная доля исторических документов была в указанных им архивах, но в архивах ГРАУ они тоже находились! Однако главное было другое, уничтожение большей части документации по текущим НИОКР (и стоящей на вооружение техники). И такое (фактически – сознательная диверсия) было не только с архивом ГРАУ, а по всем реформируемым тогда структурам МО РФ. Фактически шло прямое уничтожение накопленного опыта и научно-технического задела по созданию перспективных ВВТ.

Еще есть виды вооруженных сил (ВМФ, ВКС, Сухопутные войска, РВСН, ВДВ) и их научные организации, которые вроде бы и отвечают за дело по своему предназначению, однако все ресурсы не у них, а в центральных органах Минобороны.

Еще раз подчеркну, обществом считается, что «за корабли отвечает флот», «за самолеты – ВВС (ВКС)», «за танки – сухопутчики», - просто потому, что «так логично», но на деле это не так, ибо ресурсы для всего этого, – у центральных органов Минобороны (а у видов ВС РФ здесь, по сути, только «право совещательного голоса»).

При этом необходимо понимать, что «ресурсы», — это не только и не столько финансовые, сколько это решения по тематике работы, содержанию их ТТЗ, назначению принимающих комиссий. У видов ВС РФ «право голоса» здесь сугубо «содержательное».

Основа безответственности

По сути, за дело отвечают одни, не имея ресурсов. А те, у кого есть ресурсы, очень часто просто ни за что не несут отвественности. При этом бывает, когда ряд тем имеют по нескольку «кураторов». А также и такие ситуации, когда не очень-то и понятно, кто же все-таки должен нести ответственность за конкретный вопрос.

Несколько примеров.

Пример первый:

Сегодня в обществе распространено тиражируемое в СМИ мнение, будто в отличие от подводного кораблестроения, где якобы все хорошо, в надводном идут срыв за срывом. Это не так. Просто именно в надводном кораблестроении были вскрыты долгое время замалчивавшиеся проблемы, и сейчас идет тяжелая работа по их реальному решению.

Пример второй:

Когда говорят о проблемах кораблестроения, обычно поминают ВМФ, забывая, что целый ряд функций по этой части фактически находится вне зоны ответственности флота, а возложены на структуры Минобороны, в том числе и ДОГОЗ. Потому должность начальника отдела ДОГОЗ по соответствующей тематике очень весома и важна. Занимающий ее сотрудник прямо влияет на результат. Окончательные решения принимают начальники куда выше рангом, однако на их уровне объем текущей информации и дел таков, что вникать в частности возможности нет…

Вопрос в «ответственном должностном лице» по данному направлению в ДОГОЗ МО РФ. Это была почти «легендарная» личность новейшей истории ВМФ - экс-начальник отдела надводных кораблей ДОГОЗ Соболевский А.А., «славно» «поруливший» нашим надводным кораблестроением в конце 2000-х – начале 2010-х гг. (т.е. в годы «сердюковского погрома» Главкомата ВМФ), который непосредственно курировал ОКР и закупки в нашем надводном кораблестроении.

И далее ещё один пример «логики» (в кавычках) принимаемых решений:

Ставка в тендере изначально делалась на ООО «Невский ССЗ» и «Спецсудопроект». После подписания контракта НССЗ заключил договор на разработку конструкторской документации с ЗАО «Спецсудопроект» (Санкт-Петербург), а то в свою очередь, не располагая должными возможностями для исполнения заказа, попросту приобрело проект ST33 Одесского морского инженерного бюро. …Но главная проблема не в этом. … танкеры такой размерности флоту не нужны, у проекта малое водоизмещение и дедвейт всего девять тысяч тонн. А этот показатель – важный оперативный фактор, определяющий возможности ВМФ по проецированию силы в дальней морской и океанской зоне. Даже в ВМС Индии дедвейт танкеров, аналогичных по решаемым задачам, значительно превосходит девять тысяч тонн. Есть основания полагать, что в данной ситуации оперативные возможности ВМФ и государства были сознательно принесены в жертву корыстным интересам. Многие странности произошедшего, возможно, объяснимы тем, что организатор и куратор тендера, бывший до начала 2014 года начальником отдела Департамента по организации госзакупок (ДОГОЗ) МО РФ, после того как в надводном кораблестроении стали вскрываться факты, вызывающие вопросы, быстро пересел в кресло руководителя «Спецсудопроекта».

Да, кстати, танкеры, это тоже не ВМФ, а «епархия» генерала армии Булгакова (Тыл ВС РФ), конкретно ДТО (департамента транспортного обеспечения). То, что ВМФ оказался «кастрирован» по возможностям в дальней зоне танкерами, на фоне того, что в бывший Главный штаб ВМФ в Москве в итоге недавних «реформ» въехал… Тыл ВС РФ, это «почти мелочи».

Собственно, проблема в «джунглях» этой дремучей сложившейся организации, где нет четкой ответственности должностных лиц, а у ответственных – нет ресурсов.

Были ли те, кто поднимал вопрос ненормальности сложившейся системы? Были. Например, Командующий ВДВ генерал армии Шаманов и советник МО РФ адмирал Сучков. Кое-что удалось сделать и поменять. Во всяком случае сегодня Главком ВМФ - это не «английская королева» (дословная характеристика, сделанная одним из чиновников МО РФ «сидящем на ГОЗ»), как это было в 2012–2013 гг., а вполне весомое должностное лицо. Т.е. аппаратный вес вырос, но неадекватные «бюрократические рамки» остались.

Это все только «слегка и чуть-чуть». Для большей рельефности нужно привести два наглядных примера.

Первый – морская авиация (с которой у нас просто катастрофа).

И второй – противоминная оборона (ПМО), где еще хуже, чем катастрофа (ПМО фактически просто нет).

При обсуждении проблем нового (модернизированного) вертолета Ка-27М (в т.ч. в части взаимодействия с кораблями ВМФ) с представителем ЦНИИ кораблестроения, все претензии были им немедленно отвергнуты («это все Фонтанка» (филиал 30 НИИ ВВС, ныне присоединенного к 4 ЦНИИ), «модели применения это 24 ЦНИИ» (оперативно-стратегических исследований ВМФ), так что к ЦНИИ кораблестроения «никаких претензий быть не может».

Ирония этой ситуации в том, что «Фонтанка» (научно-исследовательская организация Морской авиации ВМФ) вообще никак не подчинена ВМФ (и научным организациям ВМФ) и находится полностью в системе ВКС.

С противоминной обороной «еще веселее», ведь

«самый простой способ завалить любое дело – назначить за него несколько ответственных».

В итоге имеем соединения тральщиков (антикварное вооружение которых «курирует» Служба морского подводного оружия), части противоподводнодиверсионной обороны (замыкающиеся на начальника Службы противолодочной борьбы ВМФ), которые против современных мин вообще ничего не имеют (даже немагнитного снаряжения водолазов) и… Морскую инженерную службу (в коей нет ничего для решения данной задачи, но задачи и обязанности имеются). При этом МИС вообще относится к «епархии» Тыла ВС РФ.

Наши «Войны Пентагона». Реалии отечественных военных НИОКР армия

Или еще. Сверхактуальный для ВМФ БЛА – целеуказатель для комплексов ракетного оружия, это «чьё» вообще будет? «Ракетчиков»? «Летчиков» (в «отстегнувшемся» от ВМФ «отдельном вагоне»)? Или «бежать придется вплоть до 4 ЦНИИ и Управления строительства и развития системы применения беспилотных летательных аппаратов? И «бегать» так понадобится еще много-много раз. Здесь можно вспомнить и то, что недавно в составе Главного командования ВМФ появилась отдельная «беспилотная служба».

И даже не очень получится осуждать соответствующих начальников, которые и так мечутся «как белки в колесе» практически без выходных, а тут им предлагается еще «кратно увеличить длину забегов».

Поэтому и возникают у «служивых» вопросы: «А может, ну его?» и «Войны авось не будет?»

И если на западе БЛА целеуказатели для кораблей массово начали применять еще с 1990 года, то у нас «Красная Звезда» еще несколько лет назад с гордостью писала об инициативном мичмане с ракетного катера ТОФ, использующем на учениях личный беспилотник.

Примечание. Да, учения с «Орланами» и «Форпостами» флот начал проводить - заставили. В некоторых случаях - «тяжелыми армейскими ботинками». Но это совсем не то, что нужно фактически.

Кстати, «замечательный вопрос»: «Кто главнее будет – «летчики» или «ракетчики» (при разных точках зрения в их организациях)?» Особенно с учетом того, что если «что не так», то военная прокуратура «всегда рада помочь»: и разработчикам, и военным. См., например, просто «эпическую историю» с военной прокуратурой Северного флота, требовавшей в 2014–2015 гг. согласования ремонта торпед (в т.ч. боекомплекта МСЯС) с… Киевом (Киевским заводом автоматики). И это лишь то, что «всплыло на поверхность».

По беспилотникам. Мы совершили рывок в начале 2010-х годов, когда не было такого организационного маразма. И то, это смогли сделать прекрасно понимавшие, что «порохом пахнет». «Сухопутчики» (а не ВВС, которые у себя по «беспилотью» «завалили» тогда все). Те более 2000 БЛА (которыми сегодня располагают наши Вооруженные силы) - следствие этого рывка, который сейчас воспроизводится в массовой серии (с некоторыми модернизациями). Однако стремительно устаревает.

В комментариях к статьям по роям БЛА автору пытались возразить: мол, у нас есть «Геоскан» (который устаревает), эффективные «парады коптеров» с огромным количеством задействованных БЛА.

Наши «Войны Пентагона». Реалии отечественных военных НИОКР армия

Увы, но этот пример «мимо». Начиная с того, что это гражданские БЛА, причем с довольно простой «логикой» функционирования «роев». И заканчивая тем, что, по имеющейся информации, в «Геоскане» и так «все хорошо» и «геморрой» с разработками для МО РФ их, мягко говоря, не интересует. По последнему может что и поменялось (но на «Армии-2020» их не было, что вполне наглядно), но еще несколько лет назад это было именно так.
Однако только лишь всем вышеперечисленным проблемы не ограничиваются.

Лицензирование

Вы хотите что-то сделать (разработать и выпустить) для Минобороны (даже простой гвоздь)? Тогда извольте для начала получить лицензию на то, что вы (Ваша фирма) «породистый пёс», а не какая-то «безродная дворняга»:

…На конец лета 2015 года оборонные предприятия Крыма были загружены на 40%. При этом основной проблемой оказалось получение лицензий и допусков. Замкнутый круг, который не разорван и сегодня: нет договора — лицензию не получишь; нет лицензии — договор не заключишь.

Еще раз подчеркну:

Без договора лицензию не получить. Без лицензии договор не заключается.

Реальная ситуация. Организация. Сидят гендиректор и военпред. Ломают голову. Встал вопрос обязательного получения лицензии на выпуск ВВТ (ранее не требовалась). И без неё дальнейшие поставки исключены. Однако получение этой лицензии немедленно становится основанием для уголовного дела: «незаконное предпринимательство». (А как вы поставляли (и принимали) изделия до этого?)

26 ноября 2008 года Правительство РФ сделало новый шаг по наведению порядка в процедуре лицензирования – утвердило Постановление № 889. В нём установлена полная ясность в вопросе, на что лицензия нужна, а на что нет. В понятие «военная техника» теперь включены составные части и комплектующие изделия. Другими словами, лицензия нужна абсолютно на всё! Мы вернулись к исходному состоянию: «оборонка» не имеет права купить достойный «гражданский» продукт, если к нему не «прилеплена» лицензия. Нормальный отечественный производитель без «пропуска» в виде лицензии на оборонный рынок не сможет свою продукцию даже предложить.
Но комплектующие изделия в подавляющем большинстве случаев (а изделия «необоронки» – практически всегда) являются межотраслевыми изделиями…


Наглядный пример дикости сложившейся ситуации с лицензированием, факты после потери двух самолетов на «Кузнецове» во время его боевой службы. После разрыва аэрофинишеров на «Кузнецове» флот срочно вызвал (в Средиземное море) специалистов Пролетарского завода, на что получил отказ. Так как соответствующая лицензия у завода была по месту фактического нахождения. А выполнение работ в Средиземном море в лицензии не упоминалось. То есть являлось уже незаконным предпринимательством и попадало под УК РФ. «Родине надо»? Флоту в ответ напомнили, сколько человек ранее уже реально «присело» за такое «надо» (в точном соответствии с действующим законодательством)… Вопрос все-таки «как-то решили». Но с юридической точки зрения это все равно была «серая зона».

Причем лицензирование находится в ведении вовсе не Минобороны, а Минпромторга (с одним нюансом: документы на лицензирование принимаются заверенные в том числе военной приемкой). При этом даже если с документами полный порядок, имеется множество вполне законных формальных оснований для отказа от предоставления лицензии (особенно в ситуации конкурентной борьбы). Разумеется, есть и «добрые самаритяне», готовые «за мзду малую» помочь и «все оформить» (вне зависимости от реальной способности заявителя работать по заявляемой на лицензию тематике).

Является ли справедливым порядок лицензирования в области военной техники? Нет, не является. Хотя бы потому, что существующая нормативная база так и не даёт точный ответ на общий вопрос: «Что лицензированию в области военной техники подлежит, а что нет?». Якорь, двигатель, мебель, аккумулятор, гроб — это военная техника? Если да, то того, кто их производит и поставляет МО без лицензии — в тюрьму (ст. 171 УК РФ). Сообщается о таких уголовных делах, связанных с этой «особенностью» законодательства. Их десятки. Это обстоятельство не только ломает судьбы конкретных людей, но и наносит вред стране в целом, искусственно ограничивая оборот гражданской продукции, используемой в военных целях, и здоровую конкуренцию. Причем иностранные поставщики же таких рисков не имеют — импорт регулируется иначе.

В заключение – о необходимости лицензирования разработки ВВТ. До 2001 года этот вид деятельности лицензированию не подлежал: закон РФ от 25.09.1998 № 158-ФЗ разрешал конструкторам диодов и даже танков без всякой лицензии творить чудеса. Но закон эту идиллию прекратил: чтобы инженер Петров мог легитимно изобретать самые лучшие в мире «гвозди», его гендиректор Иванов должен был получить лицензию на право их разработки.

Парадокс в том, что «если осторожно, то можно» заниматься де-факто разработкой военной техники, «обозвав» данный процесс НИРом (научно-исследовательской работой). «Просто» экспериментальные образцы изделий (или комплексов) нужно делать с РКД и «всеми требованиями», чтобы «ловким приемом» вывести то, что получилось, на испытания в рамках «Положения по инициативной разработке…» ВПК, ныне замененного приказом Минобороны.

Поразительно, но факт: данное «Положение…» ВПК, противореча куче федеральных законов, реально работало (и давало возможность разработчикам действовать по созданию перспективных образцов ВВСТ). В этой связи целесообразность его состоявшейся замены документом гораздо более низкого уровня (приказ Минобороны), мягко говоря, вызывает сомнения.

Будь в 1941 году сегодняшняя нормативная база, мир никогда бы не увидел автомат АК: старшему сержанту Калашникову М.Т. с 9-классным образованием лицензию не только не выдали бы (он в принципе не смог бы выполнить ни одно из лицензионных требований!), а просто посадили бы в тюрьму.

Между тем невольно возникает мысль: а нужно ли лицензирование вообще? Такая мысль, в частности, после прочтения (статьи), где радостно сообщается, что после 205-летней деятельности НПО «Ижмаш» наконец-таки получило впервые лицензию Рособоронзаказа на разработку, производство и реализацию боеприпасов. А как же это предприятие выпускало эти боеприпасы 205 лет без лицензии? И станут ли эти боеприпасы лучшими в мире благодаря лицензии?

Как говорится, без комментариев.

Научно-технический задел - самая критическая проблема НИОКР

Научно-технический задел (НТЗ) – это «фундамент» не только для самих современных образцов ВВСТ, это в том числе осознание того, как их эффективно применять. По сути – понимание современной войны (и способность ее вести).

С официального сайта Минобороны:

Научно-технологический задел — это совокупность имеющихся в наличии новых результатов интеллектуальной деятельности в сфере науки и техники, критических и прорывных технологий, освоение и реализация которых в промышленном производстве ведет к повышению эффективности функционирования отраслей промышленности и освоению в производстве новых технических систем (изделий).

На сегодняшний день уточнены ключевые элементы, определяющие приоритетные направления создания научно-технического задела для перспективных видов вооружения, военной и специальной техники (ВВСТ). Это в первую очередь касается «Перечня базовых и критических военных технологий на период до 2025 года» и «Перечня приоритетных направлений фундаментальных, прогнозных и поисковых исследований в интересах обеспечения обороны страны и безопасности государства на период до 2025 года».

По результатам анализа вопросов разработки новых ВВСТ в перечень военных технологий были внесены существенные изменения, связанные в основном с развитием комплексов нетрадиционного вооружения, гиперзвуковых летательных аппаратов, систем связи и управления. По каждой военной технологии содержится подробное описание в виде паспорта, отражающее ее направленность, критические характеристики, уровень готовности, ориентировочную стоимость и другие параметры, необходимые для дальнейшего использования при подготовке государственной программы вооружения (ГПВ) и государственного оборонного заказа (ГОЗ). В итоге уточненный перечень включает 9 базовых, 48 критических и 330 военных технологий.

Ключевые вопросы при этом: «Кто платит?» и «Кто заказывает музыку?» В целях «экономии» еще при Сердюкове в МО РФ решили, что за формирование перспективного НТЗ должен в первую очередь отвечать Минпромторг (а Минобороны — «покупать (выбирая) в магазине понравившийся товар»).

Получилось же. Не прибегая к боцманским выражениям, просто процитируем материал из журнала «Вооружение и экономика» № 4/2012 г.«Роль научно-технического задела в инновационных процессах создания перспективного вооружения: проблемы и пути решения» (прямая ссылка на PDF-файл)

Наши «Войны Пентагона». Реалии отечественных военных НИОКР армия

По сути, фраза «общие направления для проведения научных и технологических исследований требуют усовершенствование порядка оформления, согласования и реализации перечня» - это «фиговый листок» фактического разгрома системы формирования НТЗ для Вооруженных Сил РФ. Отдельные наши успехи в подавляющем большинстве случаев - личная работа (и заслуга) ряда ответственных руководителей, а не системы (которая фактически разрушена).

Однако положительные сдвиги в системе заказов ВВТ не коснулись науки, которая играла в советское время важную роль в обосновании необходимой номенклатуры ВВТ и их ТТХ (тактико-технических характеристик). Военная наука перешла на стадию потери функциональности. По крайней мере так утверждает президент Российской академии ракетных и артиллерийских наук В. Буренок. Мы точно не знаем, что нужно нашим Вооружённым Силам и с какими параметрами. Зачастую ТТЗ (тактико-техническое задание) на создание новых образцов содержит требования, находящиеся за пределами законов физики и здравого смысла. Тем временем «реформы» военно-научного комплекса (ВНК) продолжаются. В ходе их проведения военная наука стала «похожа на больного, которого непрерывно оперируют, и он уже не думает о продуктивной жизнедеятельности, его задача – оправиться от бесконечной боли и просто-напросто выжить».

Просто процитируем несколько блоков из предшествующих статей автора (и выступлений на мероприятиях МО РФ).

В ходе военно-технического форума «Армия-2015» был проведен крайне интересный и полезный круглый стол «Морское подводное оружие (МПО): реалии и перспективы».

Острейшая проблема НИОКР ВМФ – заведомо нереальные сроки работ. Реальный минимальный срок разработки торпеды 6 лет (а как правило больше), и эти цифры вполне соответствуют мировому опыту. Нереальные сроки НИОКР - это не только их неизбежный срыв, что заставляет разработчика принимать неоптимальные проектные решения, значительно ограничивая возможность разрабатываемого образца МПО.

Другая проблема – наличие (точнее отсутствие) необходимого научно-технического задела для успешного проведения ОКР. Практически все ОКР последних лет начинались без достаточного и надежного НТЗ, тем самым закладывались и срыв сроков, и проблемы с выполнением ТТЗ ОКР.

Ссылка

На Дне инновации МО РФ 5 октября 2015 года автор поднял вопросы о существующих критических проблемах МПО:
… без проведения комплексных НИР мы не получим современного МПО. Сегодня у нас нет полноценного научно-технического задела даже для того, чтобы написать обоснованное ТТЗ ОКР. Пример: ОКР «Ломонос», который должен был стать базовым в принятой «Концепции развития морского подводного оружия». На форуме «Армия-2015» прозвучало, что ОКР «Ломонос» закрыт. Причины были ясны, и их назвали – нереальные сроки и требования, отсутствие нормального научно-технического задела.

Отдельно следует сказать и об уровне научно-технического сопровождения работ, выполняемых промышленностью. Здесь три составляющие:

- научно-исследовательские организации (НИО) ВМФ;
- Департамент по обеспечению ГОЗ (ДОГОЗ);
- военная приемка.

В НИО ВМФ, где разрабатывали ТТЗ, ОКР «Ломонос» прекрасно знали всю нереальность этого, тем не менее, это делалось.

Далее – Департамент МО РФ по обеспечению государственного заказа (ДОГОЗ) фактически отвечает «за строчку» в плане, за дело – нет.

Система заказчиков, существовавшая в советские времена, имела массу недостатков, но в ней ресурсы находились в руках начальника, отвечавшего за решение проблемы, и он знал реальную обстановку (через приемку).

Для того чтобы система, которую мы сегодня имеем, эффективно заработала, необходимо введение двойного подчинения Управлению военных представительств (УВП) и ДОГОЗ, например на уровне заместителей главкомов по вооружению видов ВС (с формированием соответствующего аппарата).

Но самый главный вопрос – формирование научно-технического задела, для этого нужны комплексные НИР. Если на них нет денег – значит, придется уменьшать число кораблей, потому что без критически необходимых научных исследований и испытаний мы не можем в дальнейшем обеспечить их реальную боеспособность.

Те же лица, представлявшие ложные доклады руководству о мнимом благополучии, под предлогом «отсутствия денег» в «жирные финансовые годы» просто «придушили» все НИР по тематике МПО. Дикость ситуации в том, что даже в тяжелые 90-е годы в МО РФ старались максимально сохранить критические НИР (и сохранили их!), поскольку было понимание – без них будущего нет.

Характерна дискуссия, развернувшаяся на конференции по МПО форума «Армия-2015» по одной из «инновационных систем обнаружения», которую НИО ВМФ «прописывало» практически во все текущие ОКР. Руководитель организации-разработчика признал, что из реального задела имеются только «результаты математического моделирования», причем дальность действия весьма мала. При этом ее внедрение «обосновывали» прекращением перспективных НИР по тематике акустических ССН! Как говорится – «ошибка хуже преступления»! Может быть, дело в том, что у начальника торпедного отдела НИО ВМФ диссертация была как раз по этой «инновационной теме»?

Ссылка

Научно-исследовательские работы (НИР)

Из выступления первого заместителя министра обороны РФ Юрия Борисова перед участниками общего собрания членов Российской академии ракетных и артиллерийских наук 7 декабря 2012 года:

Необходимо искоренить практику открытия ОКР без проведения соответствующих научно-исследовательских работ (НИР). Проведение НИР гарантирует нас от ошибок в будущем, снижает риски неуспешного завершения ОКР. В процессе выполнения НИР, помимо подготовки научно-технического отчета, при необходимости проводится макетирование, по итогам которого исполнитель должен убедить заказчика в возможности реализации тех или иных технических решений. И только после этого на основе объективных данных может быть сформирован проект технического задания, проведено технико-экономическое обоснование будущих ОКР.

Наши «Войны Пентагона». Реалии отечественных военных НИОКР армия

Генерал армии Борисов Ю.И.

Наши «Войны Пентагона». Реалии отечественных военных НИОКР армия

Графика из статьи «Особый задел» Борисов Ю.И. Фаличев О.В., 2017 г.

Ссылка

Обращает на себя превышение в 500% расходов на проект 885 «Ясень» (причем который в виде, предусмотренном Госконтрактом ВМФ и промышленностью, сдать не смогли до сих пор. Например, «Ласту» и все, что с ней связано). Здесь же уместно вспомнить позор с вооружением (и старыми торпедами УСЭТ-80 и «Физик-1»), продемонстрированным Президенту страны год назад в Севастополе (по проекту «Лайка»), несмотря на якобы «успешно выполненную» по нему НИР.

Наши «Войны Пентагона». Реалии отечественных военных НИОКР армия

Следует признать, до этого значительная часть НИР МО РФ представляла собой откровенное «освоение бюджетных средств» с минимальным результатом. Вместе с тем даже в тяжелейшие 90-е годы МО РФ проводились ряд НИР, которые позволили нам сохранить и развить современный научно-технический задел. При всех крайне острых проблемах соответствующие руководители понимали, что нельзя «резать» эти НИР, потому что вместе с ними будет «зарезано» будущее.

В ходе «реформ Сердюкова» в Минобороны пришло много «современных и эффективных менеджеров», которых в МВА если чему и научили, то «резать косты» (урезать расходы). И первыми они «резанули» абсолютно непонятную им «науку» (в т.ч. военную). Не будет своего, так «за границей купим»!

Сердюкова в Минобороны нет уже 7 лет, многие его ошибки исправили, но проблема погрома перспективных НИР в Минобороны сохранилась и остро стоит до сих пор. Здесь есть несколько крайне острых и имеющих серьезные долгосрочные негативные последствия проблем:

Минобороны, еще при Сердюкове «зарезало» практически все НИР, полагая что НИР якобы «должен вести Минпромтог».

Денег нет, но очень хочется «не имеющего аналогов» и превосходящего все и всех. Соответственно, буйно «расцвело» откровенное вранье в различных «мультиках» презентаций для руководства. Подчеркну, речь не о пропаганде из телевизора, а о «внутренних» документах Минобороны (и других структур. Например, о докладах в Администрацию Президента).

В МО РФ практически не осталось управленцев, способных эффективно вести и контролировать НИР.

Рано или поздно возобновление ОКР с таким заделом и такими подходами на нормальном здоровом уровне окажется невозможным.

Систему надо менять.

Но об этом – в следующий раз.

PS. Про «мультики и научно-технический задел»

Звонит мобильник:

- Алло, это Вадим Павлович Лукашевич?

- Да, слушаю вас.

- С вами говорит ведущий конструктор НПО «Молния» (называет фамилию). У нас проблема — не могли бы вы объяснить, почему у вас на сайте www.buran.ru «Буран» отделяется от второй ступени ракеты-носителя «Энергия» импульсом четырех маневровых двигателей, а не шести?

Обалдев от такого вопроса (ведь мне звонит ведущий конструктор организации-разработчика «Бурана»), я неуверенно переспрашиваю:

- А почему у вас срабатывают шесть двигателей, а не четыре?

- Мы провели компьютерное моделирование процесса разделения нашего изделия и блока второй ступени, и у нас для гашения возникающих колебаний при плоскопараллельном расхождении, без соударений, нужно задействовать шесть двигателей. А у вас на сайте только четыре… Почему?

- Подождите, но ведь вы разработали «Буран» и реализовали все вопросы разделения! Вы все моделировали тысячи раз и выполнили это в полете 15 ноября 1988 года! При чем тут я? Я просто нарисовал красивый мультик… Для своего сайта… Захотел сделать скринсейвер, чтобы на экране компьютера крутилась красивая картинка, похожая на реальность…

- Но у вас отделение четырьмя двигателями, а у нас получается только шестью. Почему же у вас только четыре?

- Ну, мы рисовали «от фонаря», как я это понимаю, без каких-либо расчетов и тем более динамических моделей. Мы просто нарисовали красивый мультик. Если вы моделируете на реальных исходных данных, и у вас получается шесть — значит, правильно шесть. Проблема-то в чем?

- Так мы для нового изделия и делаем шесть. Моделируем на компьютерном стенде — четырьмя не получается без соударения. Докладываем генеральному. А он собирает большое совещание и говорит, что мы ничего не понимаем, потому что у Лукашевича на сайте разделение производится четырьмя двигателями (он сам это видел). А это экономия топлива. Если не можете сделать самостоятельно — звоните Лукашевичу и выясняйте, как ему это удалось! Вот я и звоню…

И я просто сползаю под стол… Где вспоминаю, что Владимир Путин в своем последнем послании Федеральному собранию, говоря о новой стратегической ракете «Сармат», демонстрировал всему миру мультик, который мы со сценаристом Андреем Почтаревым в середине 2000-х годов сделали в Останкино за пару часов «на коленке» для очередного выпуска передачи «Ударная сила» Первого канала про «Сатану».

Как сейчас помню вопрос 3D-дизайнера: «Что бомбить-то будем?»

И мой ответ: «Хреначь по Флориде!»

И на картинке типа «Сармат» дырявит Флориду нашими разделяющимися боеголовками…

Ну, чем не кино? Про наши «Войны Пентагона»?

Автор:Максим Климов

Материал взят: Тут

+191666
  • 0
  • 6 397
Обнаружили ошибку?
Выделите проблемный фрагмент мышкой и нажмите CTRL+ENTER.
В появившемся окне опишите проблему и отправьте уведомление Администрации.
Нужна органическая вечная ссылка из данной статьи? Постовой?
Подробности здесь

Добавить комментарий

  • Внимание!!! Комментарий должен быть не короче 40 и не длиннее 3000 символов.
    Осталось ввести знаков.
    • angelangryapplausebazarbeatbeerbeer2blindbokaliboyanbravo
      burumburumbyecallcarchihcrazycrycup_fullcvetokdadadance
      deathdevildraznilkadrinkdrunkdruzhbaedaelkafingalfoofootball
      fuckgirlkisshammerhearthelphughuhhypnosiskillkissletsrock
      lollooklovemmmmmoneymoroznevizhuniniomgparikphone
      podarokpodmigpodzatylnikpokapomadapopapreyprivetprostitequestionrofl
      roseshedevrshocksilaskuchnosleepysmehsmilesmokesmutilisnegurka
      spasibostenastopsuicidetitstorttostuhmylkaumnikunsmileura
      vkaskewakeupwhosthatyazykzlozomboboxah1n1aaaeeeareyoukiddingmecerealguycerealguy2
      challengederpderpcryderpgopderphappyderphappycryderplolderpneutralderprichderpsadderpstare
      derpthumbderpwhydisappointfapforeveraloneforeveralonehappyfuckthatbitchgaspiliedjackielikeaboss
      megustamegustamuchomercurywinnotbadnumbohgodokaypokerfaceragemegaragetextstare
      sweetjesusfacethefuckthefuckgirltrolltrolldadtrollgirltruestoryyuno