Рояль, который говорит по-турецки: магия Фазыла Сая ( 3 фото )

Турецкий композитор и пианист Фазыл Сай в своей пьесе Black Earth заставляет рояль звучать как традиционный саз. Это одно из самых узнаваемых и необычных сочинений современной академической музыки. Разбором композиции занимается Ксения Яснюк — музыковед, композитор и ассистент куратора просветительских проектов musicAeterna — в рамках рубрики «История одной композиции».

Под видео, где Сай исполняет эту музыку, можно встретить комментарий: «Браво, профессор Снейп». Сходство с героем «Гарри Поттера» действительно поразительное, только вместо зелий он смешивает Моцарта, джаз и турецкий фольклор в достаточно насыщенный музыкальный эликсир.

Фазыл Сай — турецкий пианист и композитор, легко соединяющий академическую традицию с национальной музыкой. Наиболее ярко это проявляется в Black Earth — шестиминутной пьесе 1997 года, написанной по мотивам знаменитой поэмы Ашика Вейселя.

Фазыл Сай на фестивале в Бейруте, 2014 год

Ашик Вейсель — ключевая фигура турецкой народной поэзии XX века. Ослепнув в детстве после оспы, он освоил саз — традиционный струнно-щипковый инструмент, напоминающий лютню с удлиненным грифом, — и стал странствующим певцом.

Его произведение Kara Toprak («Чёрная земля») посвящено земле как самому преданному спутнику человека. Земля кормит, поддерживает и принимает нас после смерти, олицетворяя природу, родину, смерть и память одновременно.

Сай вдохновился образом поэта, но не стал писать романс на стихи, а решил перевоплотить рояль в саз. В начальных тактах правая рука играет на клавиатуре, а левая приглушает струны внутри корпуса. Обычно фортепиано ценится за его резонанс: нажатие клавиши запускает целую жизнь обертонов и вибраций. Сай эту жизнь обрывает.

Прижимая струны рукой, он сокращает время их колебания, создавая короткий, сухой, почти щелкающий звук. Этот прием относится к современным техникам игры на рояле.

В XX веке подобные эксперименты развивал Джон Кейдж, помещавший между струнами дерево, металл и пластик, превращая инструмент в перкуссионную установку.

У Кейджа был предшественник и учитель — американский композитор Генри Кауэлл, который еще раньше работал непосредственно со струнами. Его «Эолова арфа» — пример того, как рояль маскируется под арфу, теряя собственное звучание.

Приглушенный тон в «Черной земле» обрамляет произведение, появляясь в начале и возвращаясь в финале.

Фазыл Сай. Black Earth, op. 8. Фрагмент партитуры

Центральный драматургический ход Black Earth строится по схеме: саз → рояль → саз.

Сначала звучит голос народной традиции. Затем — привычные барочные гармонии. И наконец — возвращение к исходному голосу.

В средней части Сай обращается к языку, понятному западному слушателю: здесь узнается знаменитая аккордовая последовательность, использовавшаяся и Вивальди, и Людмилой Зыкиной, известная как «золотая секвенция». Каждый аккорд требует разрешения в следующий, создавая непрерывный поток музыки. Когда этот поток иссякает, звучание возвращается к сазу и его народному ладу, словно опускаясь обратно в землю. Так выстраивается масштабная музыкальная арка: от турецкой традиции — через западную гармонию — и назад к сазу, соединяя два мира в едином произведении.

Это важно осознавать, поскольку народная музыка разных культур подчиняется собственным законам и не всегда вписывается в классическую теорию. Изучением этих особенностей — ладов, ритмов, строев и исполнительских приемов — занимается этномузыкология.

Как слушать

При первом прослушивании стоит отключить анализ. Просто проследите путь: сухой одинокий звук → постепенное развитие → энергетический взрыв → возвращение к исходному тембру.

При втором — сосредоточьтесь на инструменте. Определите момент, когда рояль перестает быть сазом. Где появляется полноценный фортепианный резонанс? В какой точке музыка перерастает из народной песни в большую концертную пьесу?

При третьем — обратите внимание на гармонию. Проследите, как знакомое аккордовое движение наращивает напряжение. Тогда центральная часть раскроется как нечто большее, чем просто виртуозный фрагмент.

Фазыл Сай на фестивале в Бейруте, 2014 год

Становится слышно, как Сай берет старинный европейский механизм и выкручивает его громкость и темперамент на максимум.

Что же он хотел сказать?

Не стоит притворяться музыкальным экстрасенсом.

Сай не оставил к Black Earth аннотации с пояснением: «Здесь я выражаю вот это». Но сама пьеса говорит достаточно ясно.

Вейсель писал о земле как о самом верном спутнике. Сай переводит эту идею в форму: приглушенный звук в начале, затем музыка становится все более страстной, человечной и масштабной — и, наконец, возвращается к исходному тембру.

Возможно, именно поэтому Black Earth легко воспринимается даже без специальной подготовки. Знание термина «золотая секвенция» не обязательно, чтобы почувствовать этот водопад.

Как думаете, современный композитор должен сохранять национальный колорит в академической музыке или это ограничивает его творческую свободу?

Материал взят: Тут