О реальных причинах протестов в Иране ( 1 фото )

Андрей Медведев: Протесты в Иране, лишь формально являются результатом очередного падения национальной валюты. То есть да, люди вышли на улицы из-за этого, но причина в ином.

Иран шиитская мусульманская страна, где законы шариата являются основой законодательства и социального уклада. Власть религиозных лидеров является параллельной структурой по отношению к власти светской. Пара президент - рахбар (духовный лидер с широкими полномочиями, тот кого у нас чаще не совсем верно называют аятолла) это весьма специфический тандем, который удивляет буквально всех внешних наблюдателей.

Рахбар, Верховный лидер, считается полномочным представителем или наместником двенадцатого имама Мухаммада ибн аль-Хасана, который, по преданию, исчез вскоре после смерти отца имама Хасана аль-Аскари в 874 году. Считается, что имам вернется в Судный день как спаситель. Поэтому Верховный лидер утверждает решения президента и правительства, контролирует назначения ряда министров, является верховным главнокомандующим вооруженными силами, назначает судей, пятничных имамов, губернаторов провинций и высшее военное руководство, включая начальника Объединенного штаба ВС и командующего Корпусом стражей Исламской революции.

Президент же, по сути выполняет функции премьер-министра. И КСИР под контролем рахбара, конечно более важная военная сила, чем иранская армия. Это вам не Пакистан или Египет, где армия отдельная элитная группа и фактически ветвь власти.

Так вот. Живет себе теократия. Однако в исламском государстве где запрещен алкоголь, его можно спокойно купить. Вообще без проблем. За прелюбодеяние положена смертная казнь, но проституция и "временные браки" явление повсеместное. Курс национальной валюты у менял в разы отличается от официального. Жуткий разрыв между заявленной идеологией и реальной жизнью. При этом Иран страна не закрытая, и люди видят прекрасно разницу, между социальным укладом у мусульманских соседей (ОАЭ например) и у себя дома. Даже в Ираке, который придумали английские дипломаты и линейкой границы прочертили, ситуация отличается от иранской весьма заметно. В том смысле, что светский уклад дает людям больше внутренней и внешней свободы. Обидно для иранцев невероятно.

Разрыв в уровне жизни между правящей элитой и обычным человеком, колоссальный, и очень слабый средний класс. Его не то, чтобы нет. Но в силу санкций и экономической ситуации, средний класс живет чуть выше нижней социальной страты. Средний класс в Иране отличает скорее не уровень достатка, а способ заработка. Условно, это мелкие и средние предприниматели. Огромное количество молодежи, которая не может найти работу. При этом, молодежь, живущая в соцсетях, особенно остро воспринимает ситуацию в стране. Есть с чем сравнивать. И главное, молодежь (средний класс тоже) не очень понимает, почему она должна жить в какой-то дремучей архаике, которую к тому же никто всерьез не воспринимает.

И у иранской молодежи вопросы. В чем идея? Мы вот так живем, чтобы что завтра было? Чтобы завтрашний Иран был каким? А ответов нет. Ответ "дождемся Мухаммада ибн аль-Хасана а там видно будет" не устраивает людей в эпоху интернета и вполне свободного выбора религии. Традиция, корни, вера предков, уважение к Церкви (как к социальному институту) - не равно архаике, как форме политического устройства. Нынешняя Саудовская Аравия кстати, прекрасно это понимает, и реформы Бин Салмана не просто так начались. Прививка от революции.

Проблема Ирана еще и в том, что это страна многонациональная. А универсальной идеи, образа завтра, который подошел бы и персам, и кашкаям, и арабам, и азербайджанцам, у страны нет. Ну то есть та, что есть - она описана выше - как выяснилось, уже не работает. А курс валюты тут просто соломинка. которая перегрузила верблюда.

Игорь Дмитриев: Основа протестов в Иране – образованное городское население. Иранцы выходят на улицы не из-за абстрактного недовольства, а потому что видят прямую связь между миллиардами, потраченными на внешнеполитические амбиции аятолл, и крахом национальной валюты.

В Иране грамотность около 90%, а 30% взрослого населения имеют высшее образование, причём женщины составляют большинство студентов университетов. Для сравнения в Йемене грамотность едва достигает 70% среди мужчин и 55% среди женщин, высшее образование – редкость. Образованный средний класс там был немногочисленным и большей частью эмигрировал. Хуситы опираются на племенную структуру и простые идеологические конструкции вроде "Смерть Америке" вместо сложного анализа. Иран же – урбанизированное общество с традициями светского образования, заложенными при шахе и сохранёнными даже после исламизации.

Иранская революция 1979 года – уникальный случай, когда архаичная идеология захватила современное общество, используя его собственные инструменты. Хомейни вернулся на реактивном самолёте, его проповеди распространялись с помощью кассет, мобилизацию провели образованные активисты, которые затем построили теократию. Шах создал светское государство с университетами, промышленностью, эмансипированными женщинами – революцию совершили не крестьяне, а студенты, инженеры, врачи. И они добровольно передали власть средневековой системе велаят-е факих, в которой высшей властью обладает богослов, который как бы удерживает современное общество от ошибок.

Теократический режим не разрушил инфраструктуру модернизации. Университеты работают, женщины получают образование в больших масштабах, чем при шахе. Иран развивает ракетную программу, использует дроны и кибертехнологии, создаёт сложные схемы обхода санкций. Но вся эта технологическая оболочка обслуживает цели, сформулированные в средневековых религиозных терминах.

Режим понимает хрупкость этой конструкции. Без образованных кадров страна станет несостоятельным государством, но каждое новое поколение выпускников – потенциальная угроза. Студенты изучают науки по мировым стандартам, а затем должны принять идеологию, плохо совместимую с этими знаниями.

Для противовеса у режима есть социальная опора – структуры Корпуса стражей и басиджи. Это массовая милиция, идеологически заряженные "титушки", набранные из менее образованных слоёв и провинции. Басиджи получают экономические привилегии, доступ к ресурсам в обмен на готовность подавлять протесты. Басиджам не нужны университеты и критическое мышление – им нужна стабильность системы патронажа. Они искренне верят в идеологию или прагматично защищают источник своего благосостояния. Когда молодёжь выходит на протесты, басиджи их избивают не только по приказу, но и из классовой ненависти. Такая же модель, к слову, в Венесуэле с "колективос" – вооружёнными бандами, лояльными Мадуро.

Противники Исламской республики, Израиль и США, прекрасно понимают этот социальный разрыв и используют его. Западные санкции бьют по среднему классу – ограничения на финансовые операции и падение курса, запреты на технологии больнее всего бьют именно по образованным специалистам, которые потенциально могли бы работать на глобальном рынке. Басиджей эти санкции почти не касаются – они живут в теневой экономике, контролируемой КСИР, их доходы связаны с внутренними привилегиями.

Похожий раскол можно проследить во многих странах: образованный средний класс, интегрированный в глобальную экономику и культуру, против люмпенизированных низов, для которых режим создаёт параллельную систему привилегий. Подобные конфликты могут начаться во многих т.н. развивающихся странах с высоким уровнем образования. Думаю, у руководства этих стран выход один – снижать уровень образования и доходы населения. Образованным давать возможность уехать, а средний класс устранять налогами.

Обсуждаем околополитические темы на моем канале "Гражданин на диване", а интересную и познавательную информацию читаем на канале "Таблетка для головы".