Пожарный о профессии и гаджетах ( 9 фото + 1 видео )
- 11.07.2018
- 845
Вы удивитесь, но гаджетами на работе пользуются не только программисты и дизайнеры. Технологии запрыгнули во все рабочие отрасли — включая самые неожиданные. Сегодня у нас в гостях боевой пожарный офицер, который расскажет не только о тяжёлом ремесле огнеборца, но и про то, как цифровой век отразился на его профессии: от экзоскелетов до L.A.Noire.
Александр Лучек
Он прошёл длинный путь: от рядового пожарного до начальника территориального отдела управления гражданской защиты ГУ МЧС России по Красногвардейскому району Санкт-Петербурга. Сейчас Александр дистанцировался от «боевой» деятельности и основал Научно-исследовательский центр пожарно-технических экспертиз, где анализирует причины всевозможных возгораний.
Как стать пожарным
Можно сказать, профессия нашла меня с детства: отец был пожарным, много времени проводил в боевых частях, поэтому выбора у меня особо и не было. Хотя папа честно предупреждал обо всех подводных камнях этого ремесла и ненавязчиво спрашивал: «Саш, может, лучше на стоматолога?»
«Может, и лучше», — пронеслось у меня в голове, когда на первом тренировочном марш-броске я увяз в грязи по колено в полной экипировке и с болтающимся на груди автоматом. Откуда автомат? Раньше пожарные относились к ведомству МВД — со всеми отсюда вытекающими. И учёба у нас была с казармой, чётким распорядком, караулами, дежурством, стрельбами и тактико-специальной подготовкой по программе внутренних войск. Пока мозги не перестроились, ломало где-то полгода. Ну и в мороз не очень хорошо — когда на улице -45 градусов, а у тебя боевая экипировка покрыта коркой льда, невольно пожалеешь, что не работаешь в офисе.
Учиться, впрочем, нравилось: мы регулярно друг друга подкалывали. Например, когда на лекциях кто-то засыпал, завязывали ему шнурки, чтобы он свалился после резкой команды: «Встать! Смирно!» Приклеивали к берцам петарды и поджигали их на построении. Поскольку это достаточно реалистичная имитация стрельбы по ногам, у курсантов срабатывал определённый рефлекс, они начинали танцевать или пытались спрятаться в укрытии. Шутили, но по-доброму — без злых приколов.
Первые выезды и стереотипы
На первые пожары мы выезжали ещё во время стажировки в институте. Было волнительно — опыта-то никакого. Я ещё застал преподавателей-практиков по боевым дисциплинам, поэтому обучали нас на личных примерах. Но одно дело, когда сидишь на лекции в тёплой аудитории, и совсем другое — тушишь объект где-нибудь под Ханты-Мансийском в 45-градусный мороз. Пока пламя бушует, вроде как ещё тепло. Но когда возгорание ликвидировано, а ты слегка намокший, — приятного мало.
Ещё расстраивают стереотипы населения. И я даже сейчас не о слове «пожарник» говорю, хотя, как выражаются обитатели Гарлема, «только ниггеры могут называть ниггеров ниггерами!» Скорее о том, что работников нашей профессии представляют как ленивых тюфяков, которые спят на работе и ничего не делают. «Всё хорошо, но как пожар — хоть увольняйся» — анекдот из этой оперы.
На деле же — загруженность сотрудника зависит от объекта. Определили нести службу на отдельном посту, который охраняет музей, где вероятность возгорания минимальна? Будешь приходить, проверять объект — ну а потом и правда, можно и поспать, и телевизор посмотреть. Но есть и другой сценарий: когда пожарная часть находится в большом городе, где бывает по 10-15 выездов за сутки. Или случается крупное возгорание, на котором можно провести целый день. Разумеется, тут уже не до шуток от обывателей.
Конечно, отдельно раздражает стереотип, что огнеборцы, как термиты, тащат из квартир всё, что плохо лежит. Это не так. Да, какой-то процент мерзавцев есть, однако он ничтожен по отношению к людям, которые ежедневно рискуют жизнью, выполняя свой долг. И расскажу ещё такую вещь: настоящий пожарный ничего не станет брать в горящей квартире. По одной простой причине. Брать что-то у погорельцев и тащить к себе в дом — значит, приносить с собой беду. Это очень сильное профессиональное суеверие.
Ещё один стереотип, что людей нашей профессии поголовно любят и считают героями. На самом деле рядовые граждане не вспомнят о ваших подвигах, потому что пожарный у них прочно ассоциируется с личной бедой. Обижаться на это глупо: наоборот, нужно, как хорошему хирургу или онкологу — вырабатывать в себе здоровый профессиональный цинизм.
Про гаджеты
Технологии внедрились и в нашу отрасль — без них никуда. Например, совершенствуются системы раннего обнаружения пламени и системы оповещения. Скажем, сейчас в доме вы можете поставить видеокамеру со встроенным термодатчиком — если повысится температура, вам придёт сигнал на телефон. И в режиме реального времени посмотрите, что там происходит.
Меняется, конечно, защитное снаряжение. За последние 15 лет эволюционировали приспособления для охраны дыхания. В стандартный набор экипировки теперь входят тепловизоры, помогающие определять эпицентр горения, а там — находить людей, запертых стеной огня. В навороченные костюмы внедрены дополнительные средства когнитивного контроля: устройство для измерения частоты пульса, фактора усталости человека, а также приборы для мониторинга условий внешней среды — температуры и содержания кислорода в воздухе. Умная система автоматически подаёт сигнал, что вы находитесь в зоне риска, и рекомендует либо надеть маску, либо срочно эвакуироваться.
Уже готовы прототипы пожарных экзоскелетов, созданных отечественными НИИ. Вот это действительно технологии XXI века! Правда, не знаю, когда эти штуки пойдут в массовое производство. Увы, такие высокотехнологичные новинки стоят недёшево.
Спецтехнику тоже апгрейдят. Новые экземпляры оснащены бортовыми компьютерами, помогающими рассчитывать расход противопожарных материалов, оптимизировать напор воды. Используются в том числе и дроны-беспилотники — для оценки сложности очага возгорания, разведки и планирования боевых операций.
Есть и специальные роботы. Правда, искусственный интеллект железных друзей пока ещё далёк от совершенства, да и стоят они безумных денег. Поэтому их пускают в дело в основном тогда, если горит какое-то промышленное или нежилое строение, а сама операция хотя и сложна, но не требует большого интеллектуального труда. А вот когда на кону человеческие жизни — в бой идут гуманоиды.
Планшеты в нашу профессию внедряют уже лет пять, но они, если честно, приживаются с трудом. Командиры пожарных расчётов по старинке пользуются бумажными картами. Дело не в том, что с огнём борются люди консервативные и не доверяющие электронике: просто это очень серьёзная специфика работы с кучей профессиональных данных. Перенести всю эту информацию на планшет — в специальное мобильное приложение — пока ещё никому не удалось. Но смартфоны, конечно, используем: не для селфи, а чтобы фотографировать объекты.
Резюмируя техническую часть нашей работы в целом, скажу, что инновации и гаджеты — это хорошо. Но всё-таки, какой бы совершенной ни была техника, ключевую роль играет человеческий фактор.
О людях
Поскольку у пожарных боевое подразделение, от характера человека зависит всё. Происходит естественный отбор. Если кто-то не прижился в коллективе, то быстро его покинет тем или иным способом. Невозможно рисковать жизнью в звене с напарником, к которому нет полного доверия. Закулисные интриги могут быть в административных подразделениях, в боевых — исключено. Дружба между членами пожарных подразделений проносится через всю жизнь, и она крепка так же, как дружба ветеранов войны.
Если человек с гнильцой, это проявляется моментально. Разумеется, у каждого новичка есть право на ошибку. Но старшие товарищи будут смотреть, как он себя ведёт, какие делает выводы, как относится к критике. Так что естественный отбор проходит очень быстро.
О взятках
Инспекторов, которые вымогают взятки, нет — а если такие и остались, у них атрофирован инстинкт самосохранения. Хотя УСБ как таковое в МЧС отсутствует, за министерством следят ФСБ, ОБЭП и прокуратура, для которых поймать на горячем сотрудников поднадзорного ведомства — настоящее счастье. В лучшую сторону изменилась и ментальность сотрудников.
Да и предпринимателей тоже. Если ты ему указываешь на нарушение, он скорее скажет «Ок, оперативно исправим», чем предложит взятку. Это раньше было принято в каждом удобном случае совать инспектору в карман 500 рублей, даже если всё в порядке. Сейчас это чревато для обеих сторон. Какой смысл во взятке, если эти деньги проще направить на устранение нарушений? Ну, возьмёт у тебя проверяющий купюру, завтра уйдёт на повышение, на его место придёт другой — и что, ему тоже платить? Ей-богу, безопаснее просто устранить проблему.
Про «Зимнюю вишню»
Главная проблема — у нас в стране начисто отсутствует культура безопасности. И дело касается не только профилактики возгораний. Посмотрите, как некоторые мамочки с колясками переходят дорогу на красный свет. До того, как случилась трагедия в «Зимней вишне», были совершены все ошибки, которые только можно совершить. Госприёмка и строительные нормативы здания не соответствовали нормам, не работала сигнализация, отсутствовал огнетушитель в помещении, где был очаг возгорания.
В результате рядовой эксцесс, который мог ликвидировать обычный сотрудник, не спавший на инструктаже по противопожарной безопасности, превратился в ЧП общенационального уровня. Так что вину, собственно, огнеборцев, приехавших на вызов, я бы оценил как минимальную. Зная, что в здании находятся люди, они работали на совесть и сделали всё, что могли.
И причём здесь игра L.A. Noire
Сейчас я занимаюсь экспертно-аналитической работой. Меня всегда интересовали вопросы, связанные с расследованием причин возникновения пожаров, человеческий фактор, стечение обстоятельств, которое могло привести к катастрофе. Вы играли в L.A. Noire и распутывали серию поджогов в Лос-Анджелесе 1940-х? Значит, примерно представляете, чем занимается наш Научно-исследовательский центр пожарно-технических экспертиз.
Правда, пироманы, как в расследовании Коула Фелпса, нынче редкость — за всю карьеру я сталкивался лишь с парой подобных случаев. Зато умышленные поджоги встречаются регулярно: народ хочет либо выбить страховку, либо скрыть финансовые махинации. К счастью, поджигатели-дилетанты обычно забывают о законах физики.
Классический пример по страховому мошенничеству — преднамеренное ДТП с последующим горением, вызовом пожарных, ГИБДД и страховой компании. Но потом приезжают эксперты нашего центра, находят на земле след от троса, а затем забирают машину на исследование. И выясняется, что очаг возгорания находился извне. Бывает, имитируют столкновение с деревом с последующим возгоранием, забывая, что у некоторых современных автомобилей в случае ДТП автоматически отстреливаются клеммы. Скажу честно: если кто-то хочет устроить умышленный поджог, в 80% случаев у него ничего не выходит, а из-за случайных инцидентов выгорают целые кварталы.
Мы также активно практикуем противопожарную профилактику и принимаем участие в создании обучающих компьютерных игр для крупных компаний. На стандартный инструктаж государство и бизнес тратят огромные деньги, а по факту на подобных мероприятиях сотрудники скучают, уткнувшись в смартфоны. А потом вся страна с ужасом смотрит, как горит ТЦ. Если же инструктаж проходит в рамках увлекательной компьютерной игры, в голове у персонала остаётся гораздо больше, чем после нудной лекции.
Александр Лучек
Он прошёл длинный путь: от рядового пожарного до начальника территориального отдела управления гражданской защиты ГУ МЧС России по Красногвардейскому району Санкт-Петербурга. Сейчас Александр дистанцировался от «боевой» деятельности и основал Научно-исследовательский центр пожарно-технических экспертиз, где анализирует причины всевозможных возгораний.
Как стать пожарным
Можно сказать, профессия нашла меня с детства: отец был пожарным, много времени проводил в боевых частях, поэтому выбора у меня особо и не было. Хотя папа честно предупреждал обо всех подводных камнях этого ремесла и ненавязчиво спрашивал: «Саш, может, лучше на стоматолога?»
«Может, и лучше», — пронеслось у меня в голове, когда на первом тренировочном марш-броске я увяз в грязи по колено в полной экипировке и с болтающимся на груди автоматом. Откуда автомат? Раньше пожарные относились к ведомству МВД — со всеми отсюда вытекающими. И учёба у нас была с казармой, чётким распорядком, караулами, дежурством, стрельбами и тактико-специальной подготовкой по программе внутренних войск. Пока мозги не перестроились, ломало где-то полгода. Ну и в мороз не очень хорошо — когда на улице -45 градусов, а у тебя боевая экипировка покрыта коркой льда, невольно пожалеешь, что не работаешь в офисе.
Учиться, впрочем, нравилось: мы регулярно друг друга подкалывали. Например, когда на лекциях кто-то засыпал, завязывали ему шнурки, чтобы он свалился после резкой команды: «Встать! Смирно!» Приклеивали к берцам петарды и поджигали их на построении. Поскольку это достаточно реалистичная имитация стрельбы по ногам, у курсантов срабатывал определённый рефлекс, они начинали танцевать или пытались спрятаться в укрытии. Шутили, но по-доброму — без злых приколов.
Первые выезды и стереотипы
На первые пожары мы выезжали ещё во время стажировки в институте. Было волнительно — опыта-то никакого. Я ещё застал преподавателей-практиков по боевым дисциплинам, поэтому обучали нас на личных примерах. Но одно дело, когда сидишь на лекции в тёплой аудитории, и совсем другое — тушишь объект где-нибудь под Ханты-Мансийском в 45-градусный мороз. Пока пламя бушует, вроде как ещё тепло. Но когда возгорание ликвидировано, а ты слегка намокший, — приятного мало.
Ещё расстраивают стереотипы населения. И я даже сейчас не о слове «пожарник» говорю, хотя, как выражаются обитатели Гарлема, «только ниггеры могут называть ниггеров ниггерами!» Скорее о том, что работников нашей профессии представляют как ленивых тюфяков, которые спят на работе и ничего не делают. «Всё хорошо, но как пожар — хоть увольняйся» — анекдот из этой оперы.
На деле же — загруженность сотрудника зависит от объекта. Определили нести службу на отдельном посту, который охраняет музей, где вероятность возгорания минимальна? Будешь приходить, проверять объект — ну а потом и правда, можно и поспать, и телевизор посмотреть. Но есть и другой сценарий: когда пожарная часть находится в большом городе, где бывает по 10-15 выездов за сутки. Или случается крупное возгорание, на котором можно провести целый день. Разумеется, тут уже не до шуток от обывателей.
Конечно, отдельно раздражает стереотип, что огнеборцы, как термиты, тащат из квартир всё, что плохо лежит. Это не так. Да, какой-то процент мерзавцев есть, однако он ничтожен по отношению к людям, которые ежедневно рискуют жизнью, выполняя свой долг. И расскажу ещё такую вещь: настоящий пожарный ничего не станет брать в горящей квартире. По одной простой причине. Брать что-то у погорельцев и тащить к себе в дом — значит, приносить с собой беду. Это очень сильное профессиональное суеверие.
Ещё один стереотип, что людей нашей профессии поголовно любят и считают героями. На самом деле рядовые граждане не вспомнят о ваших подвигах, потому что пожарный у них прочно ассоциируется с личной бедой. Обижаться на это глупо: наоборот, нужно, как хорошему хирургу или онкологу — вырабатывать в себе здоровый профессиональный цинизм.
Про гаджеты
Технологии внедрились и в нашу отрасль — без них никуда. Например, совершенствуются системы раннего обнаружения пламени и системы оповещения. Скажем, сейчас в доме вы можете поставить видеокамеру со встроенным термодатчиком — если повысится температура, вам придёт сигнал на телефон. И в режиме реального времени посмотрите, что там происходит.
Меняется, конечно, защитное снаряжение. За последние 15 лет эволюционировали приспособления для охраны дыхания. В стандартный набор экипировки теперь входят тепловизоры, помогающие определять эпицентр горения, а там — находить людей, запертых стеной огня. В навороченные костюмы внедрены дополнительные средства когнитивного контроля: устройство для измерения частоты пульса, фактора усталости человека, а также приборы для мониторинга условий внешней среды — температуры и содержания кислорода в воздухе. Умная система автоматически подаёт сигнал, что вы находитесь в зоне риска, и рекомендует либо надеть маску, либо срочно эвакуироваться.
Уже готовы прототипы пожарных экзоскелетов, созданных отечественными НИИ. Вот это действительно технологии XXI века! Правда, не знаю, когда эти штуки пойдут в массовое производство. Увы, такие высокотехнологичные новинки стоят недёшево.
Спецтехнику тоже апгрейдят. Новые экземпляры оснащены бортовыми компьютерами, помогающими рассчитывать расход противопожарных материалов, оптимизировать напор воды. Используются в том числе и дроны-беспилотники — для оценки сложности очага возгорания, разведки и планирования боевых операций.
Есть и специальные роботы. Правда, искусственный интеллект железных друзей пока ещё далёк от совершенства, да и стоят они безумных денег. Поэтому их пускают в дело в основном тогда, если горит какое-то промышленное или нежилое строение, а сама операция хотя и сложна, но не требует большого интеллектуального труда. А вот когда на кону человеческие жизни — в бой идут гуманоиды.
Планшеты в нашу профессию внедряют уже лет пять, но они, если честно, приживаются с трудом. Командиры пожарных расчётов по старинке пользуются бумажными картами. Дело не в том, что с огнём борются люди консервативные и не доверяющие электронике: просто это очень серьёзная специфика работы с кучей профессиональных данных. Перенести всю эту информацию на планшет — в специальное мобильное приложение — пока ещё никому не удалось. Но смартфоны, конечно, используем: не для селфи, а чтобы фотографировать объекты.
Резюмируя техническую часть нашей работы в целом, скажу, что инновации и гаджеты — это хорошо. Но всё-таки, какой бы совершенной ни была техника, ключевую роль играет человеческий фактор.
О людях
Поскольку у пожарных боевое подразделение, от характера человека зависит всё. Происходит естественный отбор. Если кто-то не прижился в коллективе, то быстро его покинет тем или иным способом. Невозможно рисковать жизнью в звене с напарником, к которому нет полного доверия. Закулисные интриги могут быть в административных подразделениях, в боевых — исключено. Дружба между членами пожарных подразделений проносится через всю жизнь, и она крепка так же, как дружба ветеранов войны.
Если человек с гнильцой, это проявляется моментально. Разумеется, у каждого новичка есть право на ошибку. Но старшие товарищи будут смотреть, как он себя ведёт, какие делает выводы, как относится к критике. Так что естественный отбор проходит очень быстро.
О взятках
Инспекторов, которые вымогают взятки, нет — а если такие и остались, у них атрофирован инстинкт самосохранения. Хотя УСБ как таковое в МЧС отсутствует, за министерством следят ФСБ, ОБЭП и прокуратура, для которых поймать на горячем сотрудников поднадзорного ведомства — настоящее счастье. В лучшую сторону изменилась и ментальность сотрудников.
Да и предпринимателей тоже. Если ты ему указываешь на нарушение, он скорее скажет «Ок, оперативно исправим», чем предложит взятку. Это раньше было принято в каждом удобном случае совать инспектору в карман 500 рублей, даже если всё в порядке. Сейчас это чревато для обеих сторон. Какой смысл во взятке, если эти деньги проще направить на устранение нарушений? Ну, возьмёт у тебя проверяющий купюру, завтра уйдёт на повышение, на его место придёт другой — и что, ему тоже платить? Ей-богу, безопаснее просто устранить проблему.
Про «Зимнюю вишню»
Главная проблема — у нас в стране начисто отсутствует культура безопасности. И дело касается не только профилактики возгораний. Посмотрите, как некоторые мамочки с колясками переходят дорогу на красный свет. До того, как случилась трагедия в «Зимней вишне», были совершены все ошибки, которые только можно совершить. Госприёмка и строительные нормативы здания не соответствовали нормам, не работала сигнализация, отсутствовал огнетушитель в помещении, где был очаг возгорания.
В результате рядовой эксцесс, который мог ликвидировать обычный сотрудник, не спавший на инструктаже по противопожарной безопасности, превратился в ЧП общенационального уровня. Так что вину, собственно, огнеборцев, приехавших на вызов, я бы оценил как минимальную. Зная, что в здании находятся люди, они работали на совесть и сделали всё, что могли.
И причём здесь игра L.A. Noire
Сейчас я занимаюсь экспертно-аналитической работой. Меня всегда интересовали вопросы, связанные с расследованием причин возникновения пожаров, человеческий фактор, стечение обстоятельств, которое могло привести к катастрофе. Вы играли в L.A. Noire и распутывали серию поджогов в Лос-Анджелесе 1940-х? Значит, примерно представляете, чем занимается наш Научно-исследовательский центр пожарно-технических экспертиз.
Правда, пироманы, как в расследовании Коула Фелпса, нынче редкость — за всю карьеру я сталкивался лишь с парой подобных случаев. Зато умышленные поджоги встречаются регулярно: народ хочет либо выбить страховку, либо скрыть финансовые махинации. К счастью, поджигатели-дилетанты обычно забывают о законах физики.
Классический пример по страховому мошенничеству — преднамеренное ДТП с последующим горением, вызовом пожарных, ГИБДД и страховой компании. Но потом приезжают эксперты нашего центра, находят на земле след от троса, а затем забирают машину на исследование. И выясняется, что очаг возгорания находился извне. Бывает, имитируют столкновение с деревом с последующим возгоранием, забывая, что у некоторых современных автомобилей в случае ДТП автоматически отстреливаются клеммы. Скажу честно: если кто-то хочет устроить умышленный поджог, в 80% случаев у него ничего не выходит, а из-за случайных инцидентов выгорают целые кварталы.
Мы также активно практикуем противопожарную профилактику и принимаем участие в создании обучающих компьютерных игр для крупных компаний. На стандартный инструктаж государство и бизнес тратят огромные деньги, а по факту на подобных мероприятиях сотрудники скучают, уткнувшись в смартфоны. А потом вся страна с ужасом смотрит, как горит ТЦ. Если же инструктаж проходит в рамках увлекательной компьютерной игры, в голове у персонала остаётся гораздо больше, чем после нудной лекции.
Материал взят: Тут