Веселый Вьетнам ( 40 фото )
- 05.09.2024
- 3 663
- и его жители семидесятых годов XIX века.
Эмиль Гзелль с детства мечтал стать фотографом. Откуда мы это знаем? Ну, не мечтал бы - не стал. Француз по паспорту, немец по национальности, он поступил в императорскую армию Второй империи в качестве военно-полевого фотографа. На дворе стоял конец пятидесятых, солдаты третьего Бонапарта путешествовали по всему миру и империя хотела запечатлеть неумолимую поступь своих легионов.
Среди них был и наш Гзелль. По всей видимости, молодой Эмиль уплыл на Первую франко-вьетнамскую войну, приведшую к появлению французской колонии Кохинхина. Завоевав большую часть побережья, императорское правительство стало обращаться с Вьетнамом как те хирурги с гашековским Козлом, т.е. отрезать по кусочку от его независимости. Это привело к еще нескольким войнам и образованию Французского Индокитая, но Гзелль во всем это не участвовал, ибо уже умер.
Однако, прежде чем это случилось, он решил выйти в отставку и поселился в Сайгоне. Не оставив занятий фотографией, Гзелль участвовал в экспедициях колониальных войск: в авангарде шли пуалю со штыками, а за ними тащился Эмиль со штативом. Став пионером фотографического дела в этом регионе мира, он открыл собственную студию и бойко торговал альбомами. Даже разгром Второй империи не смог помешать гешефту, как вдруг...
...но прежде несколько слов о представленных ниже снимках. Фотографируя храмовые комплексы Камбоджи и дельту реки Меконг, Гзелль не забывал и о популярной тогда человечине, а именно - снимках туземцев. В те годы это было довольно популярно и альбомы вроде "Аборигены Жапонии" или "Крестьяне Курской губернии" можно было обнаружить в каждом приличном доме.
Поэтому и наш Эмиль не брезговал туземцами, каковые уже тогда были известны мрачным нравом, скверным характером и удивительной для Индокитая надменностью. Казалось бы, а - гордились, мерзавцы. Отсюда и соответствующие выражения раскосых азиатских лиц. Тем не менее, несмотря на и так далее, альбом имеет известное антропологическое значение.
В 1873 году работы фотографа удостоили медали Всемирной выставки.
К сожалению, за всеми этим хлопотами Эмиль Гзелль не успел жениться, а потому и умер от тропической лихорадки в какие-то сорок лет. Как обнаружилось позднее, оставивший нам сотни снимков мастер был сапожником без сапог - не найдено ни одной фотографии Гзелля. Не свидетельство ли это тщетности бытия, а, может быть, и обратного?
Кто знает, а я приглашаю всех под кат.
Эмиль Гзелль с детства мечтал стать фотографом. Откуда мы это знаем? Ну, не мечтал бы - не стал. Француз по паспорту, немец по национальности, он поступил в императорскую армию Второй империи в качестве военно-полевого фотографа. На дворе стоял конец пятидесятых, солдаты третьего Бонапарта путешествовали по всему миру и империя хотела запечатлеть неумолимую поступь своих легионов.
Среди них был и наш Гзелль. По всей видимости, молодой Эмиль уплыл на Первую франко-вьетнамскую войну, приведшую к появлению французской колонии Кохинхина. Завоевав большую часть побережья, императорское правительство стало обращаться с Вьетнамом как те хирурги с гашековским Козлом, т.е. отрезать по кусочку от его независимости. Это привело к еще нескольким войнам и образованию Французского Индокитая, но Гзелль во всем это не участвовал, ибо уже умер.
Однако, прежде чем это случилось, он решил выйти в отставку и поселился в Сайгоне. Не оставив занятий фотографией, Гзелль участвовал в экспедициях колониальных войск: в авангарде шли пуалю со штыками, а за ними тащился Эмиль со штативом. Став пионером фотографического дела в этом регионе мира, он открыл собственную студию и бойко торговал альбомами. Даже разгром Второй империи не смог помешать гешефту, как вдруг...
...но прежде несколько слов о представленных ниже снимках. Фотографируя храмовые комплексы Камбоджи и дельту реки Меконг, Гзелль не забывал и о популярной тогда человечине, а именно - снимках туземцев. В те годы это было довольно популярно и альбомы вроде "Аборигены Жапонии" или "Крестьяне Курской губернии" можно было обнаружить в каждом приличном доме.
Поэтому и наш Эмиль не брезговал туземцами, каковые уже тогда были известны мрачным нравом, скверным характером и удивительной для Индокитая надменностью. Казалось бы, а - гордились, мерзавцы. Отсюда и соответствующие выражения раскосых азиатских лиц. Тем не менее, несмотря на и так далее, альбом имеет известное антропологическое значение.
В 1873 году работы фотографа удостоили медали Всемирной выставки.
К сожалению, за всеми этим хлопотами Эмиль Гзелль не успел жениться, а потому и умер от тропической лихорадки в какие-то сорок лет. Как обнаружилось позднее, оставивший нам сотни снимков мастер был сапожником без сапог - не найдено ни одной фотографии Гзелля. Не свидетельство ли это тщетности бытия, а, может быть, и обратного?
Кто знает, а я приглашаю всех под кат.
Материал взят: Тут