Rambler's Top100

84 года одиночества (16 фото)

В маленькой деревне Дуяновка, что под Гомелем, доживает свои годы Ибрагим Мухтардуст Фарзанде Юсуф Али — человек с персидским происхождением и белорусским паспортом. В 13 лет он вместе с другими беспризорниками ушел из родного Тегерана, спасаясь от войны и голода. Долгая пешая дорога через горы, путешествие по воде и суше — и вот в 1955 году Ибрагим оказался в городе-герое Минске. С тех пор и вплоть до своего 84-летия мусульманин живет в Беларуси.

184 года одиночества

Дуяновский дом-интернат для престарелых и инвалидов, очевидно, не самое лучшее место для веселой старости. Но выбирать дедушке Ибрагиму не приходится: его дом в Речице сгорел, а детей и внуков бог не послал. Каждую пятницу правоверный мусульманин садится в старенький автобус и едет в гомельскую мечеть совершать джума-намаз — коллективную молитву. Рассуждения одинокого человека, который, соблюдая законы шариата, больше полувека прожил в Беларуси

В уютном саду дуяновского интерната цветут поздние цветы, плодоносит яблоня, радует глаз сделанная умелыми руками теплица с помидорами. Жизнь демонстрирует свою неудержимую силу. С бурно растущей природой контрастирует горстка благообразных старичков, которые тихо стучат тросточками в направлении беседок.
Дедушка Ибрагим ждет корреспондентов с самого утра. Маленький, как лунь седой, с натруженными руками, он почти ничем не отличается от классического белорусского дедушки. Хотя акцент и смуглость кожи выдают в нем уроженца Ирана.

284 года одиночества

«Я родился в Тегеране 1 сентября 1930 года. Мой отец был богатым человеком, но в 1941 году, во время Второй мировой войны, его убили. Потом убили и мать. Сестра пропала. Я остался один, никого нет. Кому я пойду жаловаться? Немцы, англичане, американцы и советские войска оккупировали Тегеран. Это было ужасно. Мой дядя, жестокий человек, преследовал меня, хотел убить, чтобы завладеть отцовским богатством. Поэтому в 13 лет из города Тегерана я бежал через горные хребты сначала в Афганистан, а потом в Ашхабад. Конечно, я был не один. Нас было много — таких детей-беспризорников. Младшему было восемь лет, а самый старший был я. Из Ашхабада по железной дороге мы добрались до берега Каспийского моря, а потом на катере в Баку — столицу Азербайджана. Это уже был Советский Союз», — начинает свой неторопливый рассказ дедушка Ибрагим.

384 года одиночества



Никаких документов у маленького беспризорника, попавшего в Баку, конечно же, не было. На улице потрепанного мальчика словили милиционеры и отправили в детдом. А вскоре Ибрагиму выдали паспорт гражданина Советского Союза. Местом рождения записали Баку.
«Хорошо, все-таки оставили мое персидское имя — Ибрагим Мухтардуст», — говорит дедушка. О Баку он рассказывает кратко: детдом, стеклозавод, общежитие, тяжелая черная работа.

484 года одиночества

«Ни русского, ни азербайджанского я тогда совсем не знал, говорил только на персидском. Сам не знаю, как выжил без языка. Наверное, жизнь заставила, — рассуждает мусульманин. — В Баку было много взяточников, воров. Трудные были времена. И вот на стеклозавод, где я работал, приехал белорус. Он сказал мне, что в Беларуси — справедливый народ. Поэтому в 1955 году я приехал в Минск, в город справедливых людей».
В Беларуси Ибрагим отслужил в армии, выучил язык, закончил институт сельского хозяйства и женился на белоруске. Работал на железной дороге, а профессия его называлась «башмачник». Сегодня это уже анахронизм, как и рассказы дедушки о жестоком шахском режиме в Иране.
«Груженый вагон едет с горки, а я должен башмак вставить под колеса. Тогда поезд затормозит. Вот эта работа и называется „башмачник“. Сейчас уже нет такого, все устроено автоматически», — дедушка Ибрагим улыбается всеми морщинами своего обветренного лица.

584 года одиночества

Уже в зрелом возрасте Ибрагим вместе со своей женой-белоруской, которая, кстати, приняла мусульманскую веру, переехал в Речицу и построил там дом. Детей у них не было. Поэтому после смерти жены дедушка Ибрагим остался один. А вскоре случилось еще одно несчастье: сгорел дом. Так старенький башмачник и попал в интернат под Гомелем.
Всю свою жизнь, хоть и вдали от родины, Ибрагим Мухтардуст соблюдал мусульманские обычаи.
«Вы меня извините, но я верующий человек. Я верю в Аллаха. Каждую пятницу езжу в Гомель на намаз. Молюсь. Говорю: „Аллах, помоги мне!“ И Аллах помогает. Дает мне здесь хорошее начальство — директора и старшую медсестру. Это дом инвалидов. Дом дураков и инвалидов. Не надо обижаться… Я еще сохранил сознание, но здесь и дураков много. Ну что ж, им же тоже надо жить, правда?» — за этим простым вопросом, ответ на который дедушка Ибрагим давно понял, скрывается безыскусная, настоящая человечность, от которой сжимается что-то глубоко внутри.

684 года одиночества



«Вот и вся моя история, — произносит дедушка. — Ах да, познакомьтесь. Это моя вторая жена — Алла Васильевна. Не какая-нибудь там подруга, а законная супруга. Мы здесь, в интернате познакомились. Спасибо директору, он мне сделал свадьбу в местной столовой. И подарки подарил. Свадьба прошла по белорусским традициям, но моя жена приняла мусульманскую веру. Алкоголь? Не дай бог! Алкоголь я не пью, свинину не ем».

784 года одиночества

«Вы спрашиваете, как я отношусь к белорусским женщинам, обнажающим руки, ноги, плечи? Я их жалею. Наступает лето, им так жарко, так тяжело переносить высокие температуры, что приходится надевать эти короткие одежды. Бог простит их. Я так думаю»

884 года одиночества

— Сейчас многие боятся мусульман, представляют их как террористов в масках и с автоматами…
— А мы таких людей никогда не считали мусульманами и считать не будем. Правильный мусульманин — это тот, кто руку поднимает к небесам и произносит имя Аллаха. Мусульманин не должен убивать людей. Да что там, даже ругаться нельзя! Это грех.
В своей маленькой и скромной жизни в интернате, который в разговоре дедушка Ибрагим упорно называет домом, белорусский мусульманин не привык рассуждать о счастье.
«Счастливый ли я человек? Больше, чем счастливый. Сколько лет живу на этом свете — никогда никого не убивал и не ругал. Моя жизнь идет своим чередом. Я не жалуюсь», — говорит дедушка.

984 года одиночества



Единственное, о чем сожалеет иранец, — что ему так и не удалось попасть в Тегеран, разыскать сестру и ее детей. Ведь документов, удостоверяющих факт его рождения в Иране, сейчас уже не найти. В прошлом году дедушка ездил в иранское посольство за визой, но консул отказался проводить его на встречу с послом: что чиновнику проблемы маленького сгорбленного человека?
«Иранское посольство не дало мне визу. Да, на руках у меня белорусский паспорт. Но фактически я не забыл персидский язык — язык моей матери. Если бы посол выслушал меня…» — взгляд дедушки Ибрагима уходит в какую-то туманную даль. Возможно, там, в этой дали он видит красивую молодую персиянку, которая дала ему жизнь, но не могла предугадать одинокой судьбы своего сына в чужой стране.

1084 года одиночества

1184 года одиночества

1284 года одиночества



1384 года одиночества

1484 года одиночества

1584 года одиночества

1684 года одиночества

Взято: Тут

0

Самое интересное в сети!!!

Обнаружили ошибку?
Выделите проблемный фрагмент мышкой и нажмите CTRL+ENTER.
В появившемся окне опишите проблему и отправьте уведомление Администрации.
Нужна органическая вечная ссылка из данной статьи? Постовой?
Подробности здесь

Добавить комментарий

    • winkwinkedsmileambelayfeelfellow
      laughinglollovenorecourserequestsad
      tonguewassatcryingwhatbullyangry
×
Уже уходишь? Может быть, заинтересуют эти посты?
Мальчик показывает отличное владение фрискейтом (1 видео)
Как открыть заклинившую дверь на «Жигуле» (1 видео)
Грабители проникли в дом под видом почтальона (1 видео)
Солянка прикольных картинок. Часть 467. (105 фото)
Прикольные гифки, подборка дня. Часть 462. (25 гиф)
Нельзя перегружать детей лишними знаниями, причины (4 фото)
Папа Римский Франциск встретился со Стивеном Хокингом (3 фото)
Что делать ребенку, если он потерялся (8 фото)
Внимание!!! Интернет ресурс Шняги.НЕТ может содержать контент, запрещенный к просмотру лицам не достигшим 18 летнего возраста.